Чтение онлайн

— Подождите, подождите! — кажется, я начал что-то смутно подозревать. — Вроде бы девушку, с которой я познакомился накануне, звали как раз Катрин. Вот только фамилии ее я не запомнил. Это что она? Ее что убили?!

Вместо ответа, детектив достал из своей папки какую-то фотографию и швырнул мне ее через стол. Я машинально подхватил и посмотрел на снимок. Да, определенно она, все тоже улыбающееся, симпатичное лицо — только на пару лет моложе. Видимо, снимок делали для школьного выпускного альбома. Какой-то звук и на моем краю стола оказалась вторая фотография. На этот раз совсем свежая — прямо из морга.

Сильная боль пронзила мое запястье — я рефлекторно отшатнулся, забыв, что прикован наручниками к столу.

— Что, не нравится? — в его голосе слышались гнев, печаль и усталость одновременно. — А я такое почти каждый день вижу. И, похоже, что с каждым годом становится все только хуже. Люди как будто с ума посходили… Вот вы ни в чем таком не хотите признаться, мистер Найт?

— Это что же… вы думаете, что это я ее?! — до меня только сейчас начал доходить весь ужас ситуации. — Зачем мне такое делать?!

— Я пока лишь строю версии, собираю улики, — детектив откинулся назад, на спинку стула. — С другой стороны, вы с жертвой были знакомы — это факт. Причем, факт, который вы столь удобно предпочли «забыть». И познакомились вы с ней как раз всего за несколько часов до ее гибели.

— И это что, делает меня убийцей? — возмутился я. — Да там кроме меня еще куча народа была!

— Нет, не делает, — согласился Родригес. — Алиби этой «кучи народа» мы, естественно, тоже проверяем. И вы, пока что, не обвиняемый, а всего лишь подозреваемый. Вот только несколько свидетелей единодушно утверждают, что вы с Катрин флиртовали, заигрывали. Так что, и мотив у вас был.

— Какой? — тупо спросил я.

— Похоть, — кратко объяснил детектив. — Ее пытали, изнасиловали, по крайней мере, факт интимного контакта патологоанатом подтвердил, и жестко убили. Знаете, — его голос вдруг перешел на доверительный шепот, — вот как все могло быть. Вы с ней познакомились, она вам понравилась. Вы ей, наверное, тоже. После того, как ваша смена закончилась, созвонились, встретились. И тут выяснилось, что девушка не разделяет ваших … предпочтений.

— Каких еще предпочтений? — поверить не могу, они, что серьезно решили это на меня повесить?

— Садомазохистских, — неохотно пояснил полицейский. — Она вам отказала. Вы пришли в ярость, решили ее проучить. И немного увлеклись. А может быть даже, — его как будто охватило вдохновение, — у вас вообще все было по взаимному согласию. Просто, в какой-то момент вы слишком заигрались, потеряли голову, и перешли грань…

— Подождите, подождите, — перебиваю его мрачные фантазии со мной в роли главного злодея, — но ведь в тот вечер я работал допоздна, закончил уже за полночь. А она к тому времени уже давно ушла вместе со своими друзьями.

— Да, работали, — подтвердил полицейский. — Это мы, естественно, проверили. И, да, она и ее друзья действительно ушли из бара еще до полуночи. Вот, только Катрин почти сразу же и попрощалась с ними — сослалась на то, что у нее, мол, какая-то важная встреча.

— Ну и что? С какого перепугу вы вдруг решили, что встреча у нее была именно со мной?!

— Ах, мистер Найт, мистер Найт — вы нас уж совсем за дураков-то не держите, — чуть ли не проворковал детектив. — Подождите минутку!

Он встал и вышел за дверь. Впрочем, на этот раз долго ждать мне не пришлось — практически сразу же и вернулся с прозрачным пластиковым пакетом, в котором лежал телефон. Мой телефон.

— Узнаете? — по моему взгляду, он и так видел, что узнаю.

— Да, — голос почему-то стал хриплым.

— Так вот, — он подошел ко мне, и положил пакет рядом со мной, так, чтобы мне было видно экран моего мобильника. — Смотрите, кто вам, оказывается, звонил!

На экране и вправду светилось целых три пропущенных вызова — ничего удивительного, во время смены я всегда ставлю телефон на «беззвучный режим». Начальство, знаете ли, не особо приветствует, когда сотрудники отвлекаются на личные звонки, вместо того, чтобы обслуживать клиентов. А для прочих нужд был служебный телефон. Так вот, на беззвучный режим я поставил, а вот обратно забыл. Со мной такое частенько бывает, особенно когда смена ночная.

— Все три от нее, — он многозначительно кивает на телефон.

— И что? — иронично интересуюсь я. — Вы же видите, что все три в «пропущенных».

— Вызовы то да, а вот смс нет.

— Смс?

Вместо ответа он берет телефон и, не снимая пакета, аккуратно нажимает на иконку «сообщения»:

— Пожалуйста, приезжай как можно скорее — клуб «Перед падением»!!! — гласит самое верхнее, уже открытое и прочитанное.

И адрес. И более ничего.

— И что? — я определенно повторяюсь. — Может, ваши же люди его и открыли, когда взяли мой телефон? А даже если его открыл и я — кто сказал, что я туда поехал? Тем более, что я его не читал, и ответной смски нет. Что это вообще доказывает?

— В общем-то, да, пока что все улики косвенные, — вынужденно соглашается со мной детектив Родригес. — Вот только вот что, — он как бы доверительно наклоняется ко мне, — если, вдруг, найдутся доказательства того, что это все-таки действительно были вы, что вы мне сейчас нагло врете в лицо — искренне советую признаться прямо здесь и сейчас. В таком случае, суд может вообще квалифицировать это как непредумышленное. Лет пятнадцать, может вообще десять, если найдутся какие-либо смягчающие обстоятельства. А так, скорее всего пожизненное. А может и вообще — высшая мера.

— А пока что, — мужчина в белой рубашке и черных брюках деловито собирает материалы дела обратно в папку и отключает аудиовидеозапись, — я советую вам воспользоваться вашим законным правом на телефонный звонок. Мы вас задерживаем на двадцать четыре часа. Для начала. Есть у нас такое законное право. А за это время, скорее всего, будут найдены доказательства вашей невиновности или вины.

— Мы закончили, — говорит он, распахивая дверь в комнату для допросов, кому-то вне моего поля зрения. — Сержант, пожалуйста, проводите задержанного в камеру и проследите, чтобы он мог позвонить.

Почти тут же в комнату входит сержант — живая карикатура на то, как патрульных офицеров полиции частенько изображают в сериалах. Рыхлый, полный, заплывший жиром — брюхо свешивается с ремня. Как он вообще нормативы то умудряется сдавать?

Сержант молча отстегивает меня от поручня и тут же весьма ловко вновь сковывает мои руки между собой.

— Пойдемте, сэр, — его голос оказывается неожиданно высоким, чуть ли даже не писклявым, что удивительно для человека таких размеров и комплекции.