Чтение онлайн

— Не знаю в каком прошлом. — прервал его Уваров. — Но ни раньше, ни при нас, таких сооружений, как в центре озера, ни кто не строил. Это настоящая загадка. Есть у вас какие-либо мысли по этому поводу, Павел Иванович?

— Ну, я точно сказать не могу. Если в нашем будущем такое не строили, то есть у меня одна фантастическая версия. — произнес Левковский. — Вы случайно не знакомы с трудами мадам Блаватской Елены Петровны, с ее "Тайной Доктриной"?

— Это вы о созданном ею теософском обществе и ее оккультных идеях, связанных с наличием высших и низших рас на Земле, которые легли в основу идеологии Гитлера и других фашистов? — поинтересовался Климович.

— Вы не правы, уважаемый Алексей Аркадьевич! — возразил Левковский. — Госпожа Блаватская не имеет никакого отношения к фашистам и их идеологии. Сочинения Елены Петровны Блаватской содержат учение об эволюционном цикле рас, сменяющих друг друга. По Блаватской, на Земле должны одна за другой сменить друг друга семь коренных человеческих рас. Первая коренная раса Земли, по её мнению, состояла из студенистых аморфных существ, вторая обладала "более определённым составом тела" и так далее. Существующие в настоящее время люди представляют собой пятую по счёту коренную расу. По мнению Блаватской, духовные силы человечества в ходе этой эволюции уменьшались, пока не достигли минимума у четвёртой расы, но в настоящий момент они снова увеличиваются по мере движения нашей пятой расы к перерождению в шестую, и далее в седьмую, состоящую из богоподобных людей. А изучение теософии, как утверждала Блаватская, способствует преодолению расовых и религиозных предрассудков.

— Так. А какой же идиот это все построил? — не унимался Дулевич, чем дальше шел разговор на эту тему, тем больше у него становилось вопросов и каждый новый, злее чем предыдущий. — Зачем им так издеваться над нами, что берут кого попало и где попало, а затем собирают всех до кучи и кидают куда попало? Что это за извращенцы такие и с чем их едят?

— Ну, с чем едят, я не знаю, не пробовал. А версия у меня такая, что построили это все представители или третьей расы — лемурийцы, или четвертой расы — атланты. Это вполне было им по силам, так как они обладали очень высокими технологиями. — пояснил Левковский.

— А кто знает, что так оно и было? — не унимался Дулевич.

— Ну, это так, пока одни предположения ученых. — уклончиво ответил Левковский.

— А для чего это сооружение предназначено? — спросил молчавший до этого момента Невзоров.

— Я думаю, что это какая-то подстанция для накопления и выплескивания энергии. Для чего именно, точно не знаю. — продолжал высказывать свои мысли Левковский. — Знаю, что в начале нашего века один ученый в Америке, серб Никола Тесла, строил что-то подобное для выделения электрической энергии из Земли. Даже существует версия, что это он в 1908 году уничтожил Тунгусский метеорит с помощью такой станции и энергии Земли. Но это пока предположения.

— Я тоже читал про это, даже фильм документальный смотрел. В своем времени. — подтвердил Уваров. — Но причем здесь лемурийцы или атланты?

— Может быть, они эти станции для подобного использовали или телепортацией занимались? — спросил у всех Кожемяка. — А может, какие другие инопланетяне это все придумали?

— Точно мы сейчас сказать ничего не может. Это тайна пока не по нашим зубам. — ответил Левковский. — Но мы может сейчас осмотреть этот остров. Если вы, конечно, мне в этом поможете.

Конец дискуссии положил Климович.

— Господа. Давайте вернемся к нашим реалиям. Сейчас меня больше интересует возможность выбраться отсюда и спуститься с гор. Пока мы все здесь не вымерли как мамонты. Кто это соорудил и зачем, потом будем разбираться.

Уваров пригласил прибывших офицеров пройти вместе с ним к месту будущего подъема. Но Невзоров и Новицкий попросили отвезти их в свой лагерь, необходимо было переговорить с подчиненными и организовать их на общие работы. Пойти к месту строительства дороги вызвался только подпоручик Костромин, бывший до войны инженером. Перед расставанием удалось немного решить продовольственный вопрос. Отряд Невзорова, в своем времени, захватил обоз большевиков, в спешке отступающих из Киева. В обозе, кроме оружия и разного барахла, оказались четыре подводы с продовольствием, зерном и мукой. Так что, попавшим из девятнадцатого года, голод пока не грозил. Узнав, что в лагере у Климовича заканчивается хлеб, Невзоров предложил взять у них мешок с мукой для выпечки лепешек. Данное предложение было с благодарностью принято. Так же был решен вопрос о совместном выпасе в лесу лошадей и других животных. В ответ Невзоров попросил привезти в лазарет, к Баюлису, вызвавшему у них большое уважение, своих раненых, так как в лагере белых, для них не было никаких условий, да и доктору будет так легче их осматривать. Решили поместить раненных в отдельную землянку, во избежания получения инфекций, ведь люди то, из разных времен!

За ранеными, Климович отправил грузовик ЗИС-5. Офицеров отвез Кожемяка на "Лексусе".

Когда Уваров вместе с Костроминым выходили из лагеря, к нему подошел Максим:

— Олег Васильевич! Все нормально. Никаких движений. Разрешите и я с вами?

— Максим! Помоги лучше, нашему профессору Левковскому осмотреть остров на озере. Ведь у тебя лодка надувная есть. Осмотри, сфотографируй или зарисуй для нас. Еще наработаешься. — остановил его Уваров, затем повернулся к Костромину. — Пойдемте, Антон Афанасьевич. Посмотрите фронт необходимых работ.

Ну что ж, остров так остров. Это не топором махать на такой высоте!

Уговорив Григорова помочь ему спустить лодку в озеро, а заодно и узнать тайну их перемещения, Максим нашел в лагере Левковского и передал ему распоряжение Уварова. Узнав, что ему разрешают осмотреть остров и дают помощников, старик обрадовался, вновь почувствовав себя руководителем экспедиции, как в былые времена.

Андрей взял себе в помощники своих артиллеристов, Петрушкина и Громыхало, остальные ушли на строительство вместе с Левченко. Вчетвером они быстро сняли лодку с УАЗика, бросив на дно весла и моток веревки (на всякий случай), и понесли ее к озеру, вслед за торопящимся профессором.

Озеро уже уменьшилось почти в два раза и вода постепенно продолжала неизвестно куда убывать. В месте расположения лагеря, до противоположного берега было около двухсот метров. Там где наши друзья вышли на берег, до кромки воды было не менее шестидесяти метров. Причем, на расстоянии чуть больше десяти метров от берега, уходящее вниз дно, резко обрывалось. Высота обрыва была около пяти метров, дальше дно было немного ровнее и постепенно снижаясь, уходило в воду. В воде было видно, что дно озера снова обрывается, но уже в темную глубину. Из этой глубины и возвышался остров. По-прежнему между водой и островом была пустота. Для того, чтобы ее преодолеть, пришлось взять в лодку небольшую самодельную веревочную лестницу с крючком, наскоро связанную красноармейцами.

Чтобы добраться до воды, обитателям обоих лагерей прошлось по открывшемуся дну, проложить несколько деревянных мостков, а там где был обрыв, поставить лестницы.

В отличие от лесных животных и птиц, пропавших еще той, памятной ночью, в озере было полно рыбы. Как красноармейцы, так и белогвардейцы, каждый со своей стороны, пытались ее поймать с помощью самодельных удочек или самодельными рогатинами. Когда это удавалось, то счастливый рыбак хвастался всем своим уловом, получая одобрение как с одной, так и с другой стороны.

— Вот балда! — хлопнул себя по лбу Максим. — У меня же в машине сеть с поплавками и все рыбацкие снасти есть. Надо их раздать. "Нет, чемоданчик открывать не будем. Отец не правильно поймет. Но сеть и сачок для рыбы отдам".
– уже про себя подумал он.

Доставкой воды в лагерь в основном занимались женщины, мальчишки и девчонки — детдомовцы и несколько красноармейцев, которые оставались на охране лагеря или не могли участвовать в строительстве. При виде женщин, а особенно молодых, со стороны белогвардейцев раздавались одобрительные возгласы и желание познакомиться. На что, красноармейцы отвечали им, что своих женщин они никому не отдадут. Иногда такие перекрикивания между берегами были в грубой форме, но особой враждебности в них не было, больше шутливости. Чувствовалось, что людям с обоих берегов надоело воевать и хотелось вернуться к нормальной мирной жизни.