Пропавшие во снах
Шрифт:
Невольничий рынок располагался прямо внутри терминала и занимал все нижние этажи, включая подвал.
— Ты должен быть счастлив, — надменно начал Дин, продвигаясь между торговыми рядами. — Твоя гуманитарная помощь здесь нужнее всего. Одной партией мы вылечим огромное количество людей. Больные рабы плохо продаются. А так, всем будет хорошо. Торговцы сбудут неликвидный товар. Рабы получат новых хозяев. Я подыму денег. Только твоему ИИ ничего не достанется.
Дин миновал дорогие торговые ряды с красавицами всех возрастов, проигнорировал прилавки с техническими специалистами и даже не посмотрел на обычный люд, а вышел на маленькую грязную улочку с другой стороны терминала. Здесь находились ларьки со сбродом, который покупали местные фермеры для своих угодий. И лишь в самом тихом углу Дин остановился. Там его ждал Бурат. Чернокожий мужчина лет сорока, в ковбойской шляпе, с древним декоративным жетоном шерифа на скатавшейся жилетке из коричневой шерсти. Клетчатая сине-белая рубашка на выпуск зияла потными подмышками, а черные шаровары держались на одной подтяжке, перекинутой по диагонали через плечо.
— Мне нужны пятьдесят отъявленных отморозков, — без приветствия озвучил заказ Дин.
— С возвращением в мою скромную лавку, — обрадовался Бурат, чавкая зеленой жвачкой. — Но столько я еще не нарыл. В прошлый раз ты выгреб все запасы. Может прикупишь обычных убийц?
— Я беру только конченых маньяков и психов. К тому же они дешевле.
— Ну, уж прости. Поставщик не списывает смертников пачками. В отчетности трупы показывать нужно. Вот если бы ты подсуетился и жмуриков возвращал, я б мог выжать из тюряги побольше.
— Ну, я тебе на карте могу отметки поставить, хочешь, прямо сейчас слетай да собери.
— Да пошел ты, — с вызывающей улыбкой огрызнулся Бурат, продолжая чавкать. — Двадцать восемь. И отдам «залежавшихся» обычных со скидкой, как постоянному покупателю, так сказать.
— Ладно, давай тех, кто хоть раз в космосе бывал. Запакуй и доставь на мой корабль. — Дин вытащил из кармана кошелек, отсчитал платиновые пластины и расплатился. — И в качестве бонуса, я бы хотел ошейник для моей новой игрушки. А то красные только голову отрывать могут, а мне бы надо чуточку больше разнообразных команд.
Бурат кивнул в знак согласия и, пересчитав деньги, принялся перегонять товар в фургон. Головорезы послушно, прикованные цепями один к другому, гуськом топали в контейнер. Эрик прислонился к выщербленной стене и с отвращением пробурчал:
— Тоже мне цивилизация, зачем только ИИ с вами цацкается. Как будто, так и должно быть?
— Нам стоит им завидовать, — с досадной ухмылкой заявил Дин. — Они будут заниматься любимым делом: грабить караваны и убивать людей.
— Вообще-то, это такие же люди, как я или как ты. Для них можно найти использование и получше. Переобучить на что-нибудь полезное. Я понимаю, вы не любите киборгов и ГМО. Но это же ваши собратья?..
— Это так не работает. Они выбрали свою судьбу. А я проявляю благородство и даю им шанс делать то, ради чего они родились.
— Никто не рождается для такого, — поднажал на фразу Эрик. — Сам-то выбирал свою судьбу? Что-то мне не верится, что ты прямо таки мечтал пиратствовать?
— Может и не мечтал, но вовремя адаптировался. Тем более это не навсегда, я тебе об этом говорил.
— Нет ничего более постоянного, чем временное. Хороший способ отомстить, ничего не скажешь, — начал ехидничать Эрик. — Превратился в очередного Бальтазара. Чем ты лучше него? А если ты его не найдешь? Как тогда будешь себя оправдывать?
— Я найду! — повысил голос Дин так, что изо рта полетели слюни. — У меня есть план.
— Сомневаюсь, — Эрик отвернул голову и принялся разглядывать плохонькие торговые ряды. — Пока я торчал на твоем корыте, не видел ни одного намёка на прогресс…
— Галатея — хороший корабль.
— Может тебе и та девчонка не нужна была?
Дин аж захлебнулся, схватил железной рукой за грудки Эрика и приготовился бить его.
— Давай! — прокричал Эрик. — Ведь до реального врага ты никогда не доберешься.
— Я чуть ли не из кожи лез, чтобы защитить её! Но я не могу переделать мир. Не случись того события, ты тоже был бы свободен. — Дин пару раз ткнул пальцем в мигающие красные лампочки на ошейнике. — Теперь ты в моей лодке. Прекрати учить других жизни, которой тут нет, и лучше сотрудничай — это в твоих интересах. Здесь все устроено, как устроено. Живи с этим!
— В отличие от тебя, я не торгую принципами и не буду прогибаться ни под тебя, ни под обстоятельства.
— В отличие от тебя, я на своем месте, — Дин разжал кулак, освободив Эрика, — и собираюсь победить.
Перепалка зацепила Дина, но он воспользовался ненавистью по отлаженной схеме. Напряжение являлось хорошим катализатором к размышлениям. Был бы в руках дредноут, гнева бы хватило, чтобы спалить весь сектор. Под таким давлением план зрел семимильными шагами.
Оба капитана не сказали больше ни слова, пока шли обратно на Галатею. Эрик остался в каюте, а Дин вернулся на мостик, уселся в свое кресло и нахмурился. Никто из офицеров не решился сообщить об окончании работ. Корабль был готов покинуть док в любую минуту. Все сидели и скучали на своих местах. Пилот где-то раздобыл карандаш и крутил его между пальцами. Инженер сжигал одну сигару за другой с характерным пыхтением и придыханием. Старпом ковырялся под ногтями и отгрызал зубами заусенцы. Связист слушал местную радиостанцию, в такт подергивая ногами, сложенными на радаре.
Дин почти успокоился и отправился к себе в каюту, но предварительно потребовал поднять корабль на орбиту, а затем ждать новых указаний. На столике рядом с шахматами его ждала подарочная коробка. Внутри находился комплект из украшенного серебряного ошейника и блестящего пульта с тумблерами и кнопками. Напротив каждого переключателя виднелась выгравированная пиктограмма. Дин нацепил новый обруч Эрику на шею, потом снял старый. “Сорвиголова” с грохотом брякнулся на пол и погас.
— Так, попробуем… Гавкай! — приказал Дин и нажал на кнопку с иконкой собаки.
Эрик сжал губы поплотнее и схватился правой рукой за ошейник. Было видно, как он изо всех сил сопротивляется контролирующему воздействию. Но отточенная десятилетиями технология сломила волю. Пленник сначала упал на колени, потом наклонился вперед и уперся рукой в пол, пытаясь пальцами ухватиться за скользкую поверхность. Голова осталась задранной вверх в направлении брелка, но лая так и не последовало.
— Что-то не работает, — разочарованно себе под нос забурчал Дин и принялся разглядывать пульт. Покрутил его туда-сюда и глянул на надпись на обратной стороне. Пряча краснеющее лицо, Дин тут же отвернулся. Модель называлась Брачные Узы версия Тридцать плюс. От стресса на теле проступил пот, и Дин принялся трепать себя за воротник, загоняя прохладный воздух под одежду:
— Проклятый скряга, — не своим голосом проговорил он, прокашлялся и продолжил. — Подсунул бракованный экземпляр. Ну, я ему это еще припомню… Голову не отрывает, но удушить может. Сойдет… Партию в шахматы?
— А почему бы тебе не сыграть со своими головорезами? — хрипящим голосом поинтересовался Эрик и, покачиваясь, встал с пола.
— Они даже в карты не умеют правильно ходить.
— Кажется, я догадываюсь почему.
— Безмозглые бараны.
— На их месте любой бы поддавался. Кому ж захочется играть с кровожадным тираном, которому любые средства для победы хороши?