Чтение онлайн

Нечаев выполнил задание Палицына и подобрал ему нужных людей. Один был спецом по морским минам и прекрасно разбирался в системах Нобеля и Якоби, другой оказался не менее сведущим в изготовлении адских машин, как и в идеях Бакунина. Кондратий Матвеевич повстречался с обоими. Опасаясь раскрыть свое инкогнито, он использовал грим и чужое имя, что, однако, не помешало Шнырю вычислить его.

— Бурную деятельность развел твой подопечный! — заметил Чаров и с благодарностью посмотрел на тайного агента.

— Студентиков я тех срисовал, будьте покойны, они допреж наблюдаемого из квартиры учителя подались. Один минут за пять, а другой, аккурат, за минуту вышел.

— Раз уж ты за расследование взялся, будь любезен до конца его и довесть, — пошутил с улыбкой Сергей. — Завтра за оной квартирой присмотришь, а если ее хозяин куда идти или ехать вознамерится, за ним походишь. Эх! Жаль, что ты у меня один такой. Надо бы и за теми субчиками проследить.

— Ежели, кто из них завтра на 7-й линии объявится, могу до дому того и довесть.

— Сделай милость, ну а я за наградой тебе похлопочу, да и аттестацию наилучшую выдам. Яков Петрович доволен будет. А это покамест от меня прими, — аки дорогого гостя проводив агента до двери, сунул Шнырю деньги Чаров.

Тем же вечером он получил записку от Блока: «Личность убитого установлена. Как мы и предполагали, это студент Технологического института Барсков Платон Федорович, от роду двадцати лет. Как показала квартирная хозяйка, опознавшая тело, в день убийства ее постоялец ушел спозаранку и больше, по понятным причинам, домой не возвращался. Коли желаете знать подробности, приезжайте завтра в отделение, или сегодня ко мне на квартиру. Нынче я долго спать не лягу».

— Значит, за Барсковым приезжала коляска и увезла несчастного на свидание с роком?

— Если за рок принимать молодых людей, бывших в коляске, тогда вы правы, господин Чаров.

— Полагаете, те тоже студенты?

— На шум подъезжавшего экипажа хозяйка квартиры выглянула в окно и увидала всю троицу. По ее описанию, сидевшие в ландо молодые люди вполне подпадают под студентов. Да и извозчик так их характеризует.

— Вы нашли и допросили извозчика?! — Чаров изумился его прыткости.

— Подобных четырехместных ландо не так уж и много, а узнать, какое из них таскалось с раннего утра на Гороховую и моталось в Лигово не составило большого труда.

— А откуда взялась та троица?

— С Васильевского. Они наняли экипаж возле Андреевского рынка и отбыли за Барсковым на Гороховую, после чего все отправились в Лигово. Против железнодорожного вокзала они отпустили ваньку. На его вопрос: «Когда господа изволят возвертаться?» — один, темно-русый с горящими, как уголья глазами, ответил, что ожидать их не нужно, они, дескать, опосля сами поездом в город вернутся.

— Он запомнил их приметы?

— Лучше других описал того, с огненным взглядом, но и остатних портреты предоставил.

— Возле Андреевских рядов, стало быть, они извозчика взяли?

— Аккурат по 6-й линии, — пояснил Блок.

«Совсем рядом с местом, где живет тот молодой учитель Закона Божия, с которым ведет дела Палицын», — подумал Сергей и перевел разговор на Кавендиша.

— А что нового ваш Ермилов рассказывает? — напомнил о ходившем за англичанином филере Чаров.

— Да так, ничего примечательного. Сегодня в посольство свое английское ездил, а вчерась опять с Авдотьей шашни крутил. У мадам Дюбуа туалет ей заказывал. А модистка она дорогая, от клиентов отбоя нет.

— Выходит, он не того, мальчиками не интересуется?

— Поди, теперь, угадай! Как на духу вам скажу, не знаю. Черт разберет этого Кавендиша! — сплюнул в сердцах сыскарь.

— Черт не черт, а оная особа у вице-канцлера служит, квартиру ему прибирает и многое выведать может, коли этого ухажер ее пожелает. К примеру, кто знал, что она по-аглицки не только разумеет, но и изъясняться может? — вспомнил про ее болтовню с кучером британца Чаров.

— Не проста штучка, не проста, — задумчиво подтвердил Блок.

— Вот то-то и оно. Не вправе давать вам советов… — Чаров прокашлялся. — Но, если вы отрядите своих людей на Васильевский остров к дому Андреевского приходского училища, снабдив их приметами той самой троицы, что сообщил извозчик, у вас появится верный шанс выследить их.

— Не соблаговолите пояснить, — оживился полицейский следователь.

— По оному адресу проживает некий господин Нечаев — учитель Закона Божия. Он у меня давно на примете. Подозреваю, что он был в том ландо. Мой человек завтра прибудет туда, имея цель наблюдать за квартирой. Но одному ему за всеми не угнаться, когда двое других туда пожалуют.

— Что ж, люди у меня по такому случаю найдутся и я, пожалуй, воспользуюсь вашей подсказкой, господин Чаров.

— Благодарствую за чай, дорогой хозяин, — Сергей стал прощаться.

За день он порядком набегался. После изъятия бриллиантов в кабинете герцога и нетривиальной эвакуации из дворца он посетил курьера, после чего увиделся с ювелиром, дотошным нелюбезным стариком. Просидев у того битый час, он в итоге получил требуемое. Не желая держать у себя столь значительную сумму, он отвез деньги на Дворцовую, а когда оказался дома, его ожидала та самая записка от Блока.

«С ума сойти, как же она любит деньги!» — добравшись, наконец, до постели, размышлял Чаров, сильно позевывая. Перед ним стояло лицо Акинфиевой. Трепещущие ресницы оттеняли восторженный алчущий взгляд, привычная пухлость алых губ спала, став сухими и тонкими, они вдруг почернели, и кончик ее языка беспрестанно увлажнял их. Дерганая суетливость ненужных движений выдавала ее волнение, а слова навязчивой благодарности сладкой патокой вязли в ушах. «Еще то, сокровище, да простит меня его высочество», — извивалась змеей засыпавшая мысль.

Несвицкий заехал за ним, и они покатили в театр. Множество экипажей, шикарных и простых, запрудили площадь. Поток блестящей публики медленно вливался в освещенный, убранный коврами, подъезд и тягуче растекался по разные стороны беломраморного фойе.

— А вот и наш благодетель! — князь кивнул в сторону длинного, одетого в синий фрак, господина, в коем Чаров немедля признал рыжеусого.

Англичанин стоял посреди фойе в обществе незнакомой ему великосветской дамы.