Прописывая правила
Шрифт:
Я поудобнее устраиваюсь в кресле. Делаю глубокий вдох, прежде чем рассказать ему о своих страхах.
— Думаете, он может заговорить?
— Джейк никогда бы так не поступил.
— Этого нельзя сказать наверняка.
— Он никогда бы так не поступил, — повторяет Рулз, взвешивая каждое слово.
И я ему верю.
В отличие от меня, Джейку есть что терять, если он позволит кому-то найти его, поэтому он не будет понапрасну рисковать.
Считая разговор законченным, я встаю.
— Если я Вам больше не нужен, вернусь к своей работе.
Рулз кивает, отпуская меня.
— В конце месяца ты получишь премию за отличную работу.
Хоть я и пытаюсь это сделать, но не могу скрыть своего разочарования.
— Благодарю, мистер Рулз. Но, как уже неоднократно говорил, я предпочёл бы быть в курсе происходящего, а не получать деньги за молчание.
Он медленно постукивает пальцами по столу.
— Ты хороший парень, Томас. — Несмотря на то что нас разделяет несколько лет, он всегда говорит со мной тоном отца. Я знаю, что жизнь заставила его быстро повзрослеть, но мне это не нравится. — Я доверяю тебе, но предпочитаю, чтобы ты не знал больше того, что я тебе уже рассказал.
— Вам есть что скрывать?
Он искренне улыбается, прежде чем закурить ещё одну сигарету.
— Каждому есть что скрывать. Даже тебе.
Он говорит это с лёгкой улыбкой на губах, словно шутит.
Только это не шутка.
Он часто провоцировал меня.
Но никогда не был так близок к истине.
ГЛАВА 6
АЛЕКСАНДРА
Ровно через месяц после первой встречи с Аидом я получила необычное письмо. Имя отправителя было явно вымышленным, а тема письма — пустой. Текст письма содержал длинный список ссылок, которые, как оказалось, вели на сайты, о которых я никогда раньше не слышала.
Я убираю руки с клавиатуры и откидываюсь в кресле.
— Грейсон, можешь подойти на минутку?
С тех пор как мы начали работать вместе, я неоднократно обращалась к нему.
Но никогда таким тоном.
Он прерывает свои дела и становится позади меня; его глаза сосредоточены на мониторе, а руки лежат на спинке моего кресла. Я чувствую, как тепло его кожи успокаивает меня.
— Это он, верно?
Грейсон кивает.
— Ты уже открывала ссылки?
— Нет.
— Распечатай письмо.
Я удивлённо смотрю на него.
— Разве я не могу просто переслать его тебе?
— Это небезопасно, — поспешно отвечает он, как будто уже пережил подобный момент и что-то пошло не так.
Я полагаюсь на его опыт и делаю именно так, как он просит. Мы разделили список ссылок, чтобы быстрее их проверить. Мне достался длинный список сайтов, используемых для отмывания денег через обмен криптовалют. Это, безусловно, полезный и интересный материал, но — несмотря на попытки — мне не удаётся найти никаких связей между Рулзом и этими сайтами.
Я неуверенно поворачиваюсь к Грейсону.
— Это не то, о чём мы его просили...
Когда понимаю, что он настолько сосредоточен, что не услышал меня, я снова пытаюсь заговорить с ним, на этот раз более твёрдым тоном.
— Почему он не прислал нам материалы о Рулзе?
— Думаю, он ещё ничего не нашёл.
Я приподнимаю бровь, совсем не убеждённая.
— Мы говорим об Аиде. Без его ведома и муха не пролетит. Что-то не так.
Я бы хотела, чтобы Грейсон прислушался к моей интуиции, но он так сосредоточен на мелькающих перед глазами кодах, что не реагирует. Возможно, это ошибка, но, воспользовавшись тем, что он отвлёкся, я снова открываю электронную почту и пишу Аиду.
Я ожидала материалы о Рулзе.
Удивительно, но он отвечает сразу же. Когда читаю его ответ, я смотрю одним глазом на Грейсона, а другим — на монитор. У меня перехватывает дыхание, — слово за словом — я осознаю масштабы совершенной мною ошибки.
Ты получишь гораздо больше.
Если бы я была другим человеком — более осторожным и вдумчивым, — без колебаний отключилась бы и никогда больше не искала его. Однако я следую своим инстинктам и отвечаю ему.
Когда?
Ожидая ответа, пытаюсь представить все возможные варианты его реакции — или её отсутствия. Хадсон не рассказал мне об условиях соглашения, которое заключило с Аидом ФБР. Должно быть, чтобы убедить сотрудничать, они предложили ему что-то очень ценное. Учитывая серьёзность совершенных им преступлений, сомневаюсь, что это было, что-то противоречащее закону. Но что ещё может быть нужно такому человеку, как он, со скрытой личностью, деньгами, способностями и властью?
Я всё ещё пыталась найти ответ, когда на экране появляется уведомление о новом письме. Сердце замирает в горле, потому что в нём всего одно слово.
Реальная угроза.
Скоро.
***
В тот вечер, вернувшись домой, я была загружена сумками и мыслями. Несмотря на решимость сосредоточиться на работе, я вздрагивала от малейшего звука, словно ожидая, что в любой момент появится Аид и похитит меня.
«Скоро».
С каждым уведомлением, появлявшемся на телефоне, с каждой ссылкой, которую я посещала, и с каждым полученным сообщением во мне звучало это слово. Даже сейчас, поднимаясь по лестнице в свою квартиру, я слышу его эхо. Поднявшись на свой этаж, обнаруживаю у двери красивый букет.
Пальцы дрожат, когда я вставляю ключ в замок и ставлю пакеты с покупками рядом с холодильником. Дом кажется пустым, но лучше быть осторожной. Я достаю пистолет и проверяю каждую комнату. Только убедившись, что я одна, возвращаюсь к двери. Беру цветы и кладу их на кухонный стол.
Это асфоделусы.
«Опять».
Я исследую упаковку в поисках записки или какой-нибудь зацепки, которая помогла бы мне выяснить, кто их прислал. Между стеблями я нахожу видавший виды одноразовый телефон. Подобных устройств я не видела по меньшей мере лет десять.
Прежде чем разум успевает остановить мои действия, беру устройство и снимаю блокировку. Есть непрочитанное сообщение.
НЕИЗВЕСТНЫЙ: Загадай желание.
У меня по позвоночнику пробегает холодок, когда понимаю, что тот, кто предлагает это, — не просто кто-то, а единственный, кто на самом деле может выполнить любое желание — даже самое абсурдное, запретное или безнравственное.
Закрываю глаза и пытаюсь очистить разум от всех мыслей.
Отец учил меня, что в девяноста девяти случаях из ста нас обманывает наш разум. Даже если все улики ведут к Аиду, я не могу быть уверена, что за цветами и телефоном стоит он, поэтому отбрасываю все предубеждения и отвечаю ему.