Прописывая правила
Шрифт:
— Всё хорошо?
Я оборачиваюсь, Грейсон стоит позади меня. Руки в карманах и жёсткое выражение лица, человека, который настроен решительно.
— Томас дал мне несколько подсказок. — Грейсон вопросительно поднимает бровь, а я прочищаю горло, прежде чем объяснить. — Он считает, что именно Джейк Льюис внедрил вирус на серверы Rules Corporation, но снабдил его кто-то другой.
— Вне всякого сомнения. — мрачно отвечает Грейсон. Тон становится серьёзен, как у отца, отчитывающего свою дочь. — У Джейка Льюиса не было необходимых навыков, как и у Рулза. А вот у Брауна были. Не обманывайся его внешним видом. Этот человек что-то скрывает.
— Думаешь, он замешан в этом?
Взгляд Грейсона становится суровым, бескомпромиссным.
— Иначе зачем бы он сюда пришёл?
Я открываю рот, готовая ответить на его провокационный выпад.
Однако ничего не говорю.
Когда Грейсон возвращается за свой стол, я молча следую за ним. Я пытаюсь вернуться к работе, но одна мысль не даёт мне покоя. Вернее, не просто мысль, а подозрение.
ГЛАВА 9
АЛЕКСАНДРА
Сомнение похоже на червя.
Когда оно появляется, ты не можешь контролировать или сдерживать свои порывы.
Всё глубже и глубже погружаешься в мысли... И постепенно тебе в голову приходят совершенно неожиданные идеи, например, проверить работу коллеги или усомниться в его словах, а не в словах совершенно незнакомого человека.
Несмотря на то что это неправильно, я жду, пока Грейсон выйдет из-за стола, чтобы вместе с Ником выпить привычный кофе, и открываю новую вкладку. Поскольку мы с ним работаем в паре, я получила такой же доступ, как и у него, чтобы мы могли распределять задачи.
За многие годы работы мне ни разу не приходило в голову проверить работу коллеги, но на этот раз я это сделала. Я возвращаюсь к тому моменту, когда наши серверы были атакованы вирусом, исходящим от Rules Corporation, и оказались уязвимыми. Мне не интересно откуда был запущен вирус ни его конечная цель. Если кто-то был достаточно опытен, чтобы обойти протоколы безопасности, созданные Томасом и его командой, то он также был достаточно хорош и сумел замести следы.
Мне интересно, что было украдено.
Много информации. Слишком много.
Я всё ещё думаю над тем, как отфильтровать результаты, когда замечаю нечто странное. Углубляюсь в поиски. Исследую одну догадку за другой, пока не нахожу подтверждение своим подозрениям. Кто-то скачал личные дела всех сотрудников нашего отдела. Больше того. Этот кто-то скачал и моё досье, но задолго до того, как мой начальник решил перевести меня сюда.
— Это невозможно ... — шепчу я.
Как сказал Томас: время исполнения ошибочно.
Но не про кибератаку.
А в отношении скачанной информации.
У меня перехватывает дыхание, когда я открываю папку со своим именем и просматриваю содержимое. Там всё. Образование. Члены моей семьи. Дела, над которыми я работала. Отчёты обо мне начальников.
Дрожь пробегает по позвоночнику, когда я понимаю, что, независимо от того, кто организовал атаку, я точно знаю, в чьих руках оказались мои данные.
Только я не знаю зачем.
Или почему это произошло так давно.
***
В тот день, когда я сказала отцу, что хочу стать агентом ФБР, он дал мне два совета, которые я никогда не забывала: помни о своих ценностях и следуй инстинктам.
Я всегда так поступала. Независимо от последствий, полученных приказов или иерархии. Иногда это было мне на пользу, иногда мне прилетало. Но я никогда не жалела.
Пока собираюсь установить контакт с Аидом в полумраке своей комнаты, используя личный компьютер, я надеюсь, что это произойдёт не сегодня вечером.
Открываю только что созданный почтовый ящик и пишу на адрес, который он использовал, чтобы связаться со мной.
Я готова поговорить с тобой.
Подпись не ставлю. В этом нет необходимости. Его ответ приходит через несколько мгновений; я вижу, как загорается огонёк камеры, и понимаю, — он удалённо подключился к моему компьютеру.
Одноразовый телефон, который он мне предоставил, начинает звонить. На экране высвечивается не тот номер, с которого он выходил на связь несколько дней назад, но я не удивлена.
Зная, что Аид наблюдает за мной, я сбрасываю вызов и говорю прямо в камеру.
— Если хочешь, чтобы я была откровенна, ты должен сделать то же самое.
Курсор на экране моего компьютера сам по себе перемещается между папками. Затем запускается программа, которую я никогда раньше не видела. Очевидно, она была загружена удалённо, поскольку я никогда не подключала этот компьютер к интернету. Должно быть, он был здесь. Аид вломился в мой дом и рылся в моих вещах.
При мысли о том, что он мог найти, о том, как много смог выяснить, у меня сводит живот. Я не успеваю избавиться от этого ощущения, потому что открывается новая страница, и я оказываюсь перед ним.
Или скорее, перед его образом.
Он всегда появляется в толстовке с капюшоном. Он, как и я, находится в тёмной комнате. Но на этот раз его лицо скрыто не тьмой, а маской с изображением огромных Х вместо глаз и ухмылкой, вышитой ярко-красной нитью.
Я несколько раз моргаю, когда на экране появляется изображение, которое накладывается на образы ночных кошмаров, не дававших мне спать последние несколько ночей.
Только это были не кошмары.
Это был он.
Чертовски реальный.
Чертовски близко.
— Ты сказала, что готова поговорить со мной.
Его голос словно магнит, притягивает меня к себе, затрагивая самые глубокие струны моей души. Я уже должна была бы привыкнуть к модификатору голоса, но нет. Когда он произносит моё имя в своей исключительной манере, у меня перехватывает дыхание.
— Скажи мне, Александра. Чего ты желаешь?
В третий раз он предлагает исполнить все мои желания.
И в третий раз я поражена.
Я выпрямляюсь, возвращаясь в реальность. Делаю глубокий вдох, выигрывая немного времени. Пытаюсь сдержать свои порывы и не играть по его правилам. В конце концов, решаюсь на провокацию и прошу о том, чего он никогда не сможет мне дать.