Пророчество. Часть четвертая
Шрифт:
– Посмотрите мне в глаза… - рухнув на колени, взмолилась Ольга.
– Я - сука. Еще несколько дней назад я делала все то, что вы мне только что сказали… Но это было целую вечность назад! Я… правда готова на все, чтобы папа был рядом! Ну, сделайте что-нибудь такое, чтобы он не мог работать!!! Это не он, это его служба сделала его нелюдью! Я смогу его исправить! Посадите его… Я буду ждать хоть двадцать лет, хот тридцать…
– Встань с пола… Это сейчас не модно…
– Да мне плевать на моду… Покалечьте его! Но пусть останется живым… Я увезу его к чертовой матери куда-нибудь в деревню, где, кроме нас никого не будет… Я готова пахать, сеять, стоять на панели, лишь бы он был рядом!!!
– У твоего отца - железный характер… Сломать его - почти нереально… И в тюрьме, и в инвалидной коляске, парализованный, он все равно будет добиваться власти… И не даст тебе возможности дарить ему свою любовь… И потом задумайся - ты молода. У тебя впереди - жизнь… Твоя идея про деревню - не более, чем красивые слова - ты взвоешь там через месяц…
– Не взвою! А характер… да, тут вы правы… Я не знаю, что с этим делать… - призналась Ольга, понимая, что собственными руками роет отцу могилу.
– Но я правда-правда его люблю… Больше всего на свете…
– Мда… Не ожидал… И что странно, ты не врешь…
– Не вру… Я многое поняла за эти дни… Все эти цацки, шмотки, тачки, клубы - мишура… Вы ради жены готовы на все. Вам плевать на те препятствия, которые стоят между вами и ею. Вы - настоящие… А мы… я… - тени… Я больше не хочу ТАК! Я ГОТОВА НА ВСЕ. Работать, не разгибаясь, с утра до ночи. Уборщицей, посудомойкой, дворником. Все равно где и кем, лишь бы, приходя домой, я могла сесть рядом с папкой и почувствовать, что рядом со мной - родной и любимый человек…
– Помолчи минутку, ладно?
– на полуслове прервал ее Олег.
– Мне надо подумать…
Ольга, дрожа, как осиновый лист, смотрела на мрачное лицо мужчины, сидящего перед ней, и судорожно пыталась придумать те слова, которые смогут его переубедить в случае, если всего того, что она сказала до этого, окажется мало. Увы, ничего нового в голову не приходило. Кроме банальной мысли предложить себя в качестве оплаты. Однако страх разозлить этого правильного и цельного человека останавливал ее от того, чтобы начать раздеваться немедленно…
– Ладно. Могу предложить следующее… - прервал он ее раздумья.
– Твоего отца я накажу. Жестоко. Может быть, даже запредельно. И, скорее всего, сломаю его морально. Я не знаю, во что он превратится после - в тряпку, в озлобленное, мечтающее о мести существо или в инвалида. Но жизнь я ему сохраню. Если, конечно, ты этого хочешь. Но… - постой, дай договорить!
– заметив, что Ольга пытается что-то сказать, рявкнул он.
– Но жить на Земле я ему не позволю…
– К-как это?
– перепугалась девушка.
– Вы же сказали, что сохраните ему жизнь…
– Да. В одном случае. Если ты готова покинуть этот мир, и поселиться с ним там, где я захочу… В какой-нибудь заброшенной деревеньке, где, кроме вас, будет жить полтора человека… Только учти - возможности вернуться у тебя не будет. И про удобства, к которым ты привыкла с детства, можешь забыть. На жизнь придется зарабатывать собственным трудом, причем нелегким. И будущего у тебя не будет. Ну, в том понимании, которое ты вкладываешь в это слово тут… И еще… При малейшей попытке твоего папы вмешаться в что-либо, хоть отдаленно напоминающее политику, я убью его без разговоров…
– Устраивает… - выпрямив спину, мгновенно ответила Ольга.
– Что я должна сделать?
– Пока ничего… - Олег посмотрел на часы.
– Через полчаса надо выезжать… Мы с твоим отцом отправимся на перевоспитание. Скорее всего, оно будет долгим. Даже очень…
– Я дождусь!
– Хорошо… Я дам тебе симку, на которую однажды скину смс-ку… Ответишь - я тебя заберу и твой отец останется жив. Нет - будешь жить тут так, как хочешь… У тебя будет достаточно времени, чтобы подумать еще раз…
– Вы дадите мне слово, что он не умрет ДО моей реакции на эту смс?
– спросила девушка.
– Да. Пока разговор окончен. Кстати, то, что мы с тобой решили, постарайся не обсуждать ни с кем. Делай вид, что этого разговора не было. Иначе договоренность аннулируется. А теперь можно я все-таки отсюда выйду?
– Да-да, конечно… - прижавшись к стене, Ольга пропустила Олега к выходу и, закрыв за ним дверь, прижалась лбом к холодному зеркалу над умывальником: лицо горело так, что становилось страшно.
– Деревня. Дыра у черта на рогах. Огород. Полтора человека соседей. Ты что, сбрендила, подруга?
– подал голос червячок сомнения.
– И потом, верить в то, что человек, ТАК мечтающий о мести, сдержит слово, данное дочери смертельного врага - полный и законченный идиотизм! Одумайся! Нафиг тебе это надо? Шанса вылезти из всего этого не может не быть! Вот, к примеру, по дороге… Или там, на этой встрече… Папа твой - генерал! Не лох какой… Море солдат… Встретят, сотрут этих отморозков в пыль и все вернется! Учеба, будущее, тот же Хоуп…
– Он дал слово… - засовывая голову под струю холодной воды, сама себе ответила Кормухина.
– А шанс может и не представиться… Хотя… Ладно, посмотрим…
– Постойте!!!
– замерев на месте, завопилаа Ольга, сообразив, что не спросила самого главного: - Папа жив?
– Да… - не замедляя шага, буркнул Олег и скрылся за очередным поворотом тропы.
– Слава Богу… - прошептала девушка и, сделав пару шагов, вскрикнула от боли - ветка, практически не видная в почти кромешной тьме, воткнулась ей в горло и здорово ободрала шею…
– Что там с тобой?
– возникнув рядом, поинтересовался ее провожатый.
– Ветка. Я практически ничего не вижу… Иду наугад…
– Ладно, давай руку…
Покрытая мозолями ладонь бесцеремонно вцепилась в ее руку, и через мгновение девушка почувствовала, что ее волочит за собой дикая помесь человека, танка и какого-то дикого зверя. Еле переставляя подгибающиеся от страха ноги, она вдруг почувствовала себя маленькой щепкой, увлекаемой безумной горной рекой в жуткую неизвестность…