Чтение онлайн

В возрасте 20 лет (по другим свидетельствам — 21) у Кейси началось острое воспаление гортани, из-за которого он лишился голоса. Все усилия врачей были тщетны. Однажды один гипнотизер вызвался вылечить Кейси. При этом выяснилось, что Кейси в состоянии гипноза мог совершенно нормально говорить! Но, выйдя из гипноза, он снова терял голос. Ничего не дали и постгипнотические внушения, так что гипнотизер удалился, признав свое бессилие.

Но на следующий день объявился еще один гипнотизер — любитель. Этому пришла в голову мысль попросить Кейси во время транса описать свое болезненное состояние (ранее этот метод часто применялся на сомнамбулах). Так как ничто другое не помогало, Кейси согласился на эксперимент. Он в очередной раз дал себя загипнотизировать и в этом состоянии был опрошен о причине заболевания гортани. «Да, мы (!) можем видеть тело. В обычном физическом состоянии это тело неспособно говорить, потому что оно страдает частичным параличом нижних мускулов голосовых связок. Если усилить кровообращение в пораженных органах, можно добиться выздоровления — конкретно с помощью внушения в состоянии гипнотического транса».

Гипнотизер последовал данному ему совету и предпринял соответствующее внушение. После этого шея и грудь Кейси сначала порозовели, а потом стали ярко-красными. Через несколько минут Кейси сказал: «Теперь хорошо. Недуг устранен. Сделайте внушение, чтобы кровообращение снова нормализовалось, а затем, чтобы тело проснулось». Впервые за последние годы Кейси, выйдя из гипноза, заговорил! Лейн, гипнотизер, был на седьмом небе от счастья: «Если, — подумал он, — Кейси сумел помочь себе, то, может быть, он поможет и мне». Дело в том, что Лейн страдал нарушением пищеварения. Кейси согласился помочь, и был снова погружен в гипнотический сон, в состоянии которого дал Лейну медицинские рекомендации. Следуя им, тот всего за несколько недель значительно улучшил свое состояние.

Это было началом великой миссии Кейси. Не обладая никакими медицинскими познаниями, он, тем не менее, в гипнотическом состоянии говорил, как врач, используя медицинские термины. Ни разу, очнувшись от гипноза, «спящий пророк» не был в состоянии вспомнить то, что происходило или что говорилось, пока он был в трансе. Со временем даже врачи стали использовать его диагностические способности.

Интересно, что означает «мы» в словах Кейси. Когда позже начали приходить сотни писем от страждущих выздоровления, было решено читать «спящему» Кейси вслух только фамилию и адрес просителя. Тот, в свою очередь, должен был в определенное время находиться в том месте, которое он указал как свой адрес. К этому добавлялось следующее внушение: «Сейчас вы увидите тело N., находящееся в настоящее время в городе таком-то (следовал адрес). Вы внимательно и тщательно обследуете его и скажете, в каком состоянии он, по-вашему, сейчас находится. Вы укажете причину его теперешнего состояния, а затем выскажете предложения по лечению и спасению этого тела. Вы будете незамедлительно, последовательно отвечать на поставленные вопросы».

Как правило, уже спустя несколько минут Кейси начинал говорить: «Да, у нас есть тело» или «существо». Так как письма просителей в основном содержали только просьбы дать конкретные рекомендации и координаты отправителя, факт «обнаружения» больных и постановка диагнозов представляются тем более удивительными. Для спиритуалиста загадка решится просто: он воспримет выражение «мы» как недвусмысленное указание на существование нескольких духов. Кому такая версия покажется невероятной, может предположить наличие «раздвоенных личностей» у самого Кейси. Обращаясь к Бетти (Betty), известной в англоязычных странах как автор книги «Безграничная вселенная» (по-немецки: «Das uneingeschr"ankte Weltall»), невидимые существа заявили: «Нам неважно, назовете ли вы нас чем-то неосознанным под номером 2 или 3, или подумаете, что эти (похожие на явь) ощущения вызваны некоей частью вашей личности, или же вы отнесетесь к ним как к независимой действительности. Важно лишь, чтобы вы были готовы воспринять то, что идет к вам…».

Ставший широко известным эксперимент в Гластонбери (Glastonbury) британского археолога Фредерика Блай-Бонда (Frederic Bligh-Bond), о котором дальше пойдет речь, в соответствующей литературе всегда приводится в рубрике «ясновидение», хотя очевидно, что здесь имеет место не ясновидение, а феномен «автоматического письма».

Гластонбери — так называется старейшая церковь Англии, посещаемая паломниками, некогда возведенная на острове Гластон в полном уединении от внешнего мира. Во время кровавого периода церковной реформации в 1539 году здание вместе с примыкающим к нему аббатством сровняли с землей. Позже каменные развалины были использованы жителями окрестных деревень для мощения улиц и постройки домов. Предполагается, что Гластонбери был первым местом в Англии, а возможно, и во всей Северной Европе, где обосновались христианские монахи. Согласно легенде, Иосиф Ариматейский (Josef von Arimathea) сошел здесь на берег, после чего умер, успев, однако, зарыть две капсулы с потом и кровью Иисуса (Гластонбери находится в центре повествования английского сказания о Святом Граале). Очевидно, что Гластонбери должен быть очень древним. В старых архивах сохранились случайные сообщения об архитектурном великолепии святыни, но какие-либо данные о размерах и конструктивных особенностях церкви полностью отсутствуют. Этот факт следует считать особо важным для нашей истории.

В 1907 году было решено начать раскопки, чтобы получить ясное представление о форме и архитектурных особенностях знаменитой церкви. И, прежде всего, о месте расположения так называемой часовни Эдгара, о которой было известно, что ее возвели незадолго до разрушения всей церкви. Руководителем работ был назначен Ф. Блай-Бонд (F. Bligh-Bond), один из крупнейших архитекторов и исследователей старины Англии. Этот ученый был членом известного британского Общества физических исследований («Society for Psychical Research»).

Хотя Блай-Бонд и занимался паранормальными феноменами, он был ярко выраженным анимистом, приписывая все необычные явления доселе неизвестным аспектам жизни человеческой души, но не разделял анимистического представления о дальнейшей жизни после смерти. Итак, Блай-Бонд втайне пытался с помощью приятеля, одаренного способностью к внечувственным восприятиям, в частности способностью к медийному письму, пролить свет на ожидаемые результаты раскопок; то есть добыть сведения, которые не могли быть известны никому. Чтобы быть уверенным в том, что (ясное, дневное) сознание его приятеля отключится, он во время опытов с медиумическим письмом читал ему вслух всякие занимательные истории, дабы отвлечь внимание медиума. Время от времени он делал паузы, пытаясь расшифровать появившиеся линии и штрихи. Первое сообщение, которое можно было прочесть, гласило: «Все знание вечно и доступно для духовного сопереживания». Это и все более поздние послания шли единым, непрерывным потоком — типичный признак письменно-медиумических сообщений. После этого первого предложения рука друга начала выводить линии. Так постепенно возник чертеж аббатства в горизонтальной проекции. В центре чертежа было написано: «Гильельмус монахус», то есть по-русски: «Вильгельм-монах».

Сравнив этот чертеж с сохранившимися данными, исследователи пришли к единому мнению, что чрезвычайно вытянутая в длину форма строения весьма маловероятна. Однако попытки выяснить истинное положение вещей были продолжены, и наконец появился подробный эскиз узкого, прямоугольного здания. Когда рисунок был закончен, «оно» оставило внизу подпись: «Часовня Св. Эдгара. Аббат Беере построил эту часовню в честь святого Эдгара». Как оказалось позже, археологи ожидали обнаружить часовню где угодно, только не в этом месте.

Дальнейшие медийные сеансы принесли точные сведения о длине и ширине часовни Св. Эдгара, о ее своеобразном архитектурном стиле, необычном для Англии той эпохи, о количестве и расположении ворот и входов, о толщине стен и контрфорсов, количестве окон и сводов, форме алтарей, высоте мраморных ступеней, о конструкции подвальных помещений и крипт (подалтарных склепов), о расцветке витражей и мозаичных панно, об украшениях и так далее.

В 1908 году начались раскопки; прежде всего они выявили вопреки всем ожиданиям на месте, которое указал Блай-Бонд, фундамент стены бесследно исчезнувшей часовни Св. Эдгара. Да и все дальнейшие раскопки шаг за шагом — каменные развалины, осколки витражей и мозаики и другие находки — подтверждали все архитектурные детали, ставшие известными через медиума, но ранее никому не известные!

Однако обнаружением часовни Св. Эдгара инцидент не был исчерпан. В течение примерно 50 сеансов автоматического письма неоднократно всплывали данные по некоей «Часовне Лоретто», которым не поверили, поначалу даже не обратив внимания, так как о существовании такой часовни вообще ничего не было известно. Кроме того, это строение, если медиумические сообщения были бы верны, представляло собой — в Англии и во всей Северной Европе — в ту архитектурную эпоху единственный в своем роде памятник зодчества.

После успешных раскопок на месте упомянутой часовни Эдгара возросло доверие и к сохранившимся данным по неведомой пока часовне Лоретто. Монахи (к тому времени уже покойные) указывали на участок вблизи северного крыла часовни как на местонахождение этого неизвестного храма. Но как раз это место было в техническом отношении самым труднодоступным. Ручей, некогда протекавший там, нанес огромные массы валунов; позже воду отвели, и старое русло ручья наполнили столетними обломками скальной породы. Так в одном месте у бывшей церковной стены возникла мощная запруда из обломков скал и валунов, поросших травой; запруда была на много метров выше первоначальной высоты построек аббатства.