Чтение онлайн

Но ещё интереснее мне было посмотреть на современную украинскую литературу, и направился я в соответствующий отдел.

А там было много Ирэны Карпы, эдакой местной бледной женской копии молодого, голодного и злого Эдички Лимонова со всеми её дешёвыми попытками эпатировать публику на рднй мов. Была какая-то книжка со смешной аннотацией, говорившей о её не менее смешном содержании - типа дочка украинского олигарха истосковалась по родине и вернувшись тут же начинает творить добрые дела.

`Придумают же люди такую нереалистичную чепухню - подумалось мне - Интересно, где автор видел таких сказочных дочек олигарха? Которым так сказочно фартит по возвращении на батькивщину?'.

И много книг локальных днепропетровских писателей на украинском и русском языках в дешёвых обложках и обречённых на никому-не-нужность не только за пределами города и области, но и в их пределах.

Словом, сучасна укранська лтература ничем не порадовала меня в основной массе и на её фоне нетленные Шевченко, Коцюбинский, Лэся Украинка и Винниченко, не говоря уже о Лине Костенко смотрелись куда как более пристойно. Один Жадан, про которого я много был наслышан в России, был ещё ничего.

Разочарованный сучасною укранською лтературою, я развернулся к выходу, где наши с Вадиком пути снова пересеклись:

– Ну чё ты там, гхде побывал?
– спрашивает он меня.

Я рассказал ему про всё, что увидел на стендах с украинской литературой и поделился своим мнением обо всём этом непотребии.

– А-а! Ну бывает - ответил Вадик - А я тут этого, как его, Жана-Кристофа Гхранжэ себе присмотрел. Нашёл только `Багхровые реки', но я по ним кино смотрел и мне после этого как-то уже и смотреть не интересно.

– А я-то думал этот Гранже давно из моды вышел, а тут я впервые вижу человека, которому он всё ещё интересен.

– То ж ты такой у нас начитанный! А я его читал мало, да и давно ужастиков не читал я. И вообще чего-нибудь, гхде нет этого гхрузилова.

– Ну, значит пройдемся, потом в Дрезден-Сити по книжным и найдём тебе твоего Гранже. `Братство Волка', к слову ты у него читал?

– Нэээ!

– Ну, вот и почитаешь! (я его не предупредил, что по этой книге тоже есть кино)

Мы покинули книжный магазин и направились дальше по Фрунзе. Дойдя до конца улицы, мы свернули на Ленинградскую улицу направо, а позже налево - на улицу Горького. И, в конце концов, мы вышли на набережную Ленина.

Пейзаж на набережной как нельзя, кстати, подходил для фото. Сияющий на солнце голубой Днепр, за Днепром днепропетровский Левый Берег, справа бывший речной порт, а слева огромный железный Амурский автожелезнодорожный мост. Я сделал 5 щелчков со своего фотоаппарата, причём дважды я сфотографировал именно Амурский мост - один раз, когда по нему ехали машины, второй раз, когда по ним проехал синий пассажирский поезд.

Затем мы направились в сторону порта. Вернее бывшего речного порта. На его верхних этажах присутствовали бесчисленные Шкоды Октавии, Шкоды Супербы и так далее, и тому подобное, которые выглядели как новенькие, словно они только что покинули конвейер. Я сфотографировал их и Вадик предложил мне отправиться с ним в порт, чтобы потофотографировать теплоходы и ракеты, стоявшие на приколе.

Мы поднялись наверх рядом с причалом, и я начал фотографировать. А фотографировать было что - два теплохода выглядели, как новенькие в то время, как сам причал медленно, но верно съедала природа - то тут, то там из-под асфальта и из-под забора пробивались кусты, трава и даже молоденькие ёлочки. И никому из нынешних хозяев порта-автосалона не приходила в голову мысль о том, что рано или поздно природа проглотит весь этот порт вместе со всем его содержимым. А быть может в их компетенцию и не входило облагораживание порта - кто знает.

Ещё более печально выглядели речные ракеты. Некогда бороздившие без конца днепровские воды, и до отказа нагруженные пассажирами, жаждавшими быстрых морских прогулок, они теперь стояли заброшенными и забытыми на причале, и корпуса их пожирала коррозия. Я сфотографировал и их и мы с Вадиком ушли отсюда.

Покинув этот печальный порт, мы направились по набережной дальше. По пути я фотографировал портовые краны и фабрику подсолнечного масла `Олейна'.

И наконец, дошли мы до ещё более заброшенного строения.

Это строение было огорожено неубедительным белым забором, через который не мог перепрыгнуть лишь совсем слабый и немощный. На заборе красовалось до боли напоминавшее своей `зенитовской' сине-бело-голубой расцветкой граффити `Днепр-Чемпион', а между `Днепр' и `Чемпион' стояли даты - 1983, 1988.

– Это что?
– спрашиваю я Вадика - ФК `Днепр' в 83-ем и 88-м выигрывал Чемпионат СССР?

– Да, Сань, ты угхадал! Выигхрал!

– Смотрю у них расцветка, такая же, как у нашего `Зенита' - тут я усмехнулся - сине-бело-голубая! И их много, похоже кто поддерживает.

– Да та расцветка многха у кого есть! К тому же `Днепр' реально одна из немногхих нестыдных команд в нашей области. Ну согласись - не за `Сталь' же эту болеть?

– А `Прометей' куда пропал? Ты не знаешь, Вадик?

– Да хер его знает! У нас в гхороде таких `Прометеев' хоть задом ешь было, шо про них вспоминать!

`А жаль - подумал я - вот уж никогда б не подумал, что Прометей вот так возьмёт и испарится'.

И вспомнилась мне тогда та школьная спартакиада на стадионе `Победа' в Дрезден-Сити, куда весь наш пятый класс согнали весной для участия. И самым отчётливым впечатлением от стадиона `Победа', как раз и было табло с надписью `Прометей - Гости 0:0'.

А вот и здание. По всей видимости оно должно было быть советской гостиницей и судя по виду на неё с порта должна она была выглядеть, как эдакий парус глазами советских же архитекторов - эдакий пятиугольник, который должен был изображать парусник с неестественно расширенной мачтой из бетона. Но ветры перемен, которых все ожидали, порвали эту мечту в клочья, и стройка эта стояла с тех самых пор много лет замороженной. Успели только достроить здание и окантовать его зелёно-жёлтой окантовкой, но окна и внутренности его остались толком несделанными и недоделанными.

– Видишь, Саня - сказал Вадик - тут гхостиница должна была быть. Но её так никто никогда и не достроил. Лет 10 назад её купил наш `ПриватБанк', но и тот пальцем о палец не ударил, чтоб её достроить. Зато туда хоть полазить можно, на гхород посмотреть.

– А чё ж его не снесут то? У нас вон в Питере весь советский недострой или снесли или достроили.

– Так у `Привата' денегх типа нету! Ни на то шоб снести, ни на то шоб достроить!

Я сфотографировал этот памятник человеческому пофигизму и двинулись мы с Вадиком дальше по набережной, где теперь уже не было никаких заброшек.