Чтение онлайн

— Ориентир три, пулемет! — выкрикнул наводчик. Он вел наблюдение в секторе орудия.

С земли немного увидишь, нужно на чердак... Я укрылся за трубой, стал наблюдать. В ветвях сосны таял дымок. Едва заметный след белой полоской тянется в сторону. Над головой взвизгнула пуля. Немец стрелял с земли.

Расчет занял свои места. Раскатисто пронеслось эхо выстрела. Стелется облако разрыва. Второй снаряд, разбросав землю, лег под деревом. Следующий срикошетировал и разорвался там же, у цели. Прямое попадание!

— Стой! — но снаряд уже улетел.

Прошла минута. В вышине послышался свист, вой. Люди бросились к щелям. В зарослях, на улице, в саду начали рваться мины.

Укрылись пехотинцы. Разрывы редели. Налет заканчивался. И тут мина ударила в угловой столб забора. Осколки разлетелись вокруг.

Распластанный пехотинец на мгновение отделился всем телом от земли, вскрикнул громко и затих. Пострадали и его соседи. Оба. Один ранен, другому осколок оставил в боку большую дымившуюся дыру.

И орудию досталось. Правое колесо и верхняя часть щита пестрели длинными частыми царапинами. Третьему номеру на излете осколок оцарапал плечо.

Суета, вызванная огневым налетом, улеглась. Люди вернулись к прерванным занятиям.

В линзах бинокля перемещаются складские постройки, заросли в дальнем конце оврага. Сосна, под которой находился пулемет, срубленная последним снарядом, скатилась вниз, разбросала на склоне обломанные ветки. Пулемет, по-видимому, уничтожен. А минометы? Придется все-таки сменить позицию...

Пойду к командиру батальона. Пока орудие останется на месте. Наблюдение продолжать.

С улицы доносились голоса. Командир батальона. Он сидит на лавке за домом и ест с аппетитом яблоки. Известно ли ему, что немцы продвинулись к складам?

— Славно бьет пушка... мои люди видели, как попало пулемету, — без всякого удивления отвечал командир батальона, — фрицы идут в обход... выкурить их из орешника... несколько групп... не удержатся долго, если прижать.

Как лейтенант намерен «прижать»? Нужно создать оборону и не пустить дальше опушки противника.

Командир батальона пропустил вопрос мимо ушей.

— Роты занимают боевые порядки, ваше орудие как раз на месте.

Лейтенант отодвинул яблоки и принялся за карту, до крайности потрепанную, с отметкой положения подразделений 10-го СП. Южнее рубежа Деснянка — Полуботки — высота с тригопунктом 148,8 оборона носила, по-видимому, случайный характер. Сплошной линии не было. Овалы, нанесенные карандашом, обозначавшие боевые порядки подразделений, сильно сдвинулись к югу. На высоте у Александровки — белое пятно. 253-й СП нанесен пунктиром, откатился гораздо дальше 10-го и 61-го СП, по всей вероятности, к городской окраине.

На вопрос о положении в городе лейтенант ответил:

— ...Не знаю. Командира полка вызвали в монастырь на КП дивизии, скоро вернется, скажет... насчет складов и оврага предупреждал, — лейтенант ткнул карандашом в карту. — Что я могу сделать?.. Обходись, как хочешь... Повернул шестую роту... обеспечить с той стороны тыл.

Мое орудие нуждается в прикрытии.

— Само прикроет себя...

С фронта — да, а с флангов и тыла? Подступы открыты.

— ...у меня нет людей...

107-мм орудие не может раствориться, как стрелки, в орешнике, если немцы двинутся по оврагу. Орудие не может стрелять сверху вниз. Участок 6-й роты. Сколько в ней человек?

— ...десятка три наберется... Вооружение?

— Два пулемета... Ширина участка 6-й роты?

— ...около полутора километра, в том-то... и вся загвоздка... — командир батальона обратился к карте, — вы не беспокойтесь... склады и овраг должны прикрыть артиллеристы... наши... дивизионные... командир полка обещал... и ваше орудие...

На мое орудие особых надежд возлагать не следует... осталось на две-три стрельбы снарядов. Наш полк ушел за Десну. Возможно, подвезут, только вряд ли. Я хочу сменить позицию. Минометы пристреляются... тогда будет поздно.

— Если снять орудие, расширится участок шестой роты. Решето... три десятка людей затеряются в кустарнике, попробуйте управлять. Н-е-т... овраг остается за вами, иначе нельзя... пойдем посмотрим, вы поймете...

Командир батальона поднялся. Я готов идти, но приказание о смене позиций нужно отдать сейчас же. Мало ли что может случиться в мое отсутствие.

— Пока роты не займут боевых порядков, я прошу орудие не трогать... Насчет прикрытия не беспокойтесь, сейчас явится начальник штаба, — и снова о трудностях пехоты. — Пошли.

Глухо простучала пулеметная очередь, кажется, в овраге. Среди зарослей и справа впереди, где-то на опушке, время от времени оживлялась перестрелка, рвались мины.

Командир батальона шел впереди. Знакомая тропа вела в сторону позиций, оставленных 6-й батареей. Там немцы.

— Верно, были... теперь нет, — ответил командир батальона.

Следом растянулись цепочкой пехотинцы, тащат пулемет, цинки с патронами. Лейтенант поминутно прислушивался. Опять остановка. Двинулись по-пластунски.

Автоматчики на самом деле ушли из бывших ОП. На дне ровика телефонистов раскиданы россыпью немецкие стреляные гильзы.

В тишине слышатся голоса. Командир батальона поспешно бросился на землю, залегли все остальные. В кустах появился младший лейтенант. Командир 5-й роты. Еще три пехотинца.

— Товарищ лейтенант, пятая рота... — Он начал докладывать командиру батальона о положении.

Где лейтенант Васильев, который командовал этой ротой под Малином?

— Васильев ранен... Давно?

— Перед тем как началось отступление, — ответил комбат и обратился к младшему лейтенанту: — Занимайте эти окопы... глубина-то какая... где ваш станковый пулемет?

Командир батальона уточнял границы участка 5-й роты на карте. Потом ознакомил младшего лейтенанта с задачей других подразделений.

Подошли три, еще два пехотинца. Командир роты указал на окопы. Пехотинцы оглядели немецкие гильзы, стали занимать окопы.