Чтение онлайн

– А не Бог?

– Бог?!!! Вы верите в это?! Ну, не знаю! Может и Бог! Только мне кажется, что на девяносто процентов сам человек. Вот вам Бог, допустим, дал бесконечную жизнь. А, как вы хотите ей распорядиться?!

– Как... я не думал пока...
– Кирилл посмотрел в глаза правителя.

– А зря. Это вам сейчас кажется, что времени столько, что его девать некуда, а потом...

– А, что потом, потом... бесконечность, - хмыкнул Кирилл.

– Нет, не правда! Даже у бесконечности есть конец. Вот! Все считали, что вселенная бесконечная, оказывается и у вселенной есть конец. Правда, так далеко, что мы себе и представить не можем. А там, за ней? Там за ней, тоже очередная бесконечность, у которой есть конец... я верою, что в жизни, ну вот, так не может быть, что вообще - нет конца.

Кирилл вновь посмотрел на Стюарт, та как бы безучастно, дымила сигаретой и смотрела куда-то вдаль.

Лучинский вздохнул и махнул рукой:

– О, чем вы говорите?! Зачем весь это разговор?! Вы хотите, что-то важное мне сказать?! Если по поводу эксперимента, так он вроде по плану идет. Они берут вот все, что надо из меня! Все пробы!

Правитель кивнул головой:

– Да конечно, я не об этом.

– А, что тогда?!

– А то, что я вам хочу предложить быть крестным у нашего будущего ребенка и занять должность моего второго заместителя?
– сказал он, почти официальным, каким-то холодным тоном.

Лучинский внимательно посмотрел в глаза правителя, тот грустно улыбнулся.

– Это вы серьезно?
– воскликнул Кирилл.
– Мне?! Вы хотите, что бы я стал крестным вашего ребенка?!

– Ну, да, вторым отцом!

– Хм, зачем? У вас будет ребенок?! Зачем я?!
– растерялся Кирилл.

– Понимаете, бывает так, что у ребенка сразу два отца...

– Вы о чем?!

– Я вам сейчас скажу очень нашу интимную, так сказать, тайну. И попрошу, что бы она, таковою осталась. Вы ведь, человек слова?

– Ну, конечно. Но, может не стоит...

– Что не стоит?!
– подозрительно переспросил правитель.

– Ну, говорить мне ее. Тайну эту... вашу...

Правитель задумался, тяжело вздохнул и откинулся на стуле. Он посмотрел на Стюарт, та, будто не замечая его, продолжала дымить сигаретой. Верховный закинул руки за голову и, сощурившись, прикусил губу. Он молчал и как понял Кирилл, мучительно рассуждал, над своим поступком. Затем встрепенувшись, выпрямился, положив руки на колени, устало сказал:

– Нет, вы обязаны будете ее узнать. Я так решил.

Кирилл пожал плечами. Его сердце почему-то учащенно забилось.

Нет!

Он не хотел как можно быстрее узнать эту тайну всемогущего человека, нет, он просто не мог себе представить, что у него, этого полубога, вообще есть интимная тайна.

– Понимает Кирилл. Вы должны принять мое предложение. Просто должны. И я прошу сделать это не по принуждению, а по совести, по желанию вашему. Так сказать добровольно.

– Зачем? Зачем?
– вопросил Кирилл.

– Понимаете, у нас со Стюарт не может быть детей. Я бесплоден. От этих препаратов, что-то вот сбилось там у меня в организме. Она тоже не может самостоятельно выносить. У нее было несколько выкидышей. Матка отвергает плод. Вот так. Но мы обязаны иметь потомство. Наследство. Вот. Иначе... иначе вообще все рухнет. И не поможет никакое там бессмертие... ведь как мы с вами выяснили все, когда ни будь, все равно кончается...

– Подождите, вы же сказали, что бы я стал крестным отцом вашего ребенка? Ну? Так? А, как же я могу стать крестным отцом вашего ребенка? Если, если у вас его в принципе быть не может?!

– Ну, да. Это и есть тайна. Но, сейчас, как вы знаете, медицина шагнула далеко вперед. И вот если взять яйцеклетку моей жены и смешать ее со спермой здорового мужчины, моей спермой, но не в матке моей жены, а в матке доноре. То есть, у посторонней женщине. То может и произойти, если хотите, чудо. Так вот, может родиться ребенок. Конечно, он не будет именно наш, но что-то все-таки наше физическое в нем будет. А тем более, если мы потом его вырастим, то он вообще будет наша ребенок. Вот так.

"Он, что так собирается отомстить всем? Всем своим подданным? Он же говорил мне, что хочет, что бы те, кто собирается стать долгожителем, или бессмертным, назови как хочешь - не может будет иметь детей! И вот, он один?!!! Он один сможет?!!! Это, что месть? Это такая вот месть всему человечеству?! Господи, а не слишком ли это?" - у Кирилла даже захватило дух от своих мыслей.

Он вздохнул и собравшись силами спросил тихо и осторожно:

– Ну, это да... но причем тут я? Зачем вы мне это рассказали?

Правитель грустно ухмыльнулся, он посмотрел в глаза Кириллу и тот почувствовал, что сейчас произойдет что-то совсем не приятное. Но, верховный встал со стула и подошел к краю беседке - опершись на перила, он встал, как капитан на мостике корабля, широко расставив ноги и, пристально всматривался вдаль.

Стюарт потушила окурок в пепельнице и, встав, подошла к мужу. Она погладила его по плечу и спросила:

– Может, я скажу?!

– Как хочешь...

Женщина виновато улыбнулась и села напротив Лучинского, на то самое место, где минутой ранее сидел ее супруг. Стюарт вновь виновато хмыкнула и тихо сказала:

– Когда речь идет о ребенке, он нервничает и не может быть таким, каким он должен быть всегда. Короче Кирилл, мы нашли донора, и зачали плод. Нам помогает одна женщина. Она добровольно согласилась на эту операцию. Вот. Но, только этот никто не должен знать кроме вас. Понимаете, какая это тайна? И наша тоже? А? Этот ребенок наша последняя надежда...

– Ну и что? Это ж хорошо! Я поздравляю!
– воскликнул Кирилл.

Он вдруг представил этих людей ночью в кровати. Ее с заплаканными глазами и его беспомощного и злого. Понимающего, что все в жизни прервется именно с его смертью. Он, не сможет больше ничего, и все что он делал это такая мелочь. И вся эта власть и величие - мерзость и пошлость, которые, просто сопровождают его мучительный уход в никуда... Кирилл, вдруг представил, каково этим людям. Какие это мучения?! Он вдруг понял, что ничто в мире не сможет скрасить или как-то преуменьшить их. Она просит у него детей, а их просто не может быть! И никакая сила не может их дать! Тогда... тогда... они решили, пусть катится все в трам - та ра ры... это даже страшнее чем ядерная зима... и гибель человечества...

Кирилл вновь вздохнул и сочувствующе посмотрел в глаза Стюарт. Ему стало ее жал. Причем жаль даже не, как человека, а как некое безобидное существо, которое должно, обречено погибнуть и которое, так желает отсрочить это все до бесконечности...

Стюарт ухмыльнулась, она жалобно, как-то просящее, словно нищенка на вокзале, сказала:

– Спасибо. Но, вот дело в том, что кроме моей яйцеклетки есть еще и сперма постороннего мужчины. Вот. И эта сперма нам и помогла. Вот.

– Ну и здорово! Это ж хорошо!
– воскликнул Лучинский.