Чтение онлайн

Я открыл дверцу машины и вылез, сунув «Глок» в кобуру на спине. Я захлопнул дверцу и сделал несколько шагов между домами. Мне нужен был его помощник, Мика, чтобы показать мне, где находится этот ублюдок. Но этот гребаный мудак, вероятно, просто наблюдал за мной. Играл со мной. Выигрывая время, чтобы Кай смог убить Камиллу.

Ночь прорезал крик, резкий и пронзительный.

Внутри у меня всё сжалось, потянуло в одну сторону — в сторону сердца.

Это была Камилла.

МАЛЕНЬКАЯ БЕГЛЯНКА

Пятью минутами ранее

— Убей меня, пожалуйста, — умоляла я Кая.

— Нет, милая. Ещё не время.

Я чувствовала себя использованной тряпкой. Я потеряла счёт тому, сколько раз этот чёртов ублюдок был во мне. Я потеряла счёт тому, сколько раз он меня резал. Я была уверена, что со дня на день умру. Никто не смог бы выжить после такой потери крови. И всё же я продолжала дышать.

— Думаю, пришло время снять это прекрасное лицо и отправить его твоему мужу.

Меня охватило радостное безумие, сверкавшее в его глазах. Казалось, моя смерть наконец-то близка и я освобожусь от этой пытки.

Альфонсо был моей единственной надеждой на месть, потому что он не застанет меня живой. Надеюсь, он найдёт этого злобного ублюдка и сделает с ним то, что я могла бы только пожелать увидеть.

По моему лицу покатились слёзы, когда он приставил скальпель к моей челюсти и медленно провёл по ней. Я уже бесчисленное количество раз испытывала эту боль и была уверена, что моё тело к ней привыкло. Но с каждым новым разрезом я убеждалась, что ошибалась. Из моего горла вырвался гортанный крик — грубый, отчаянный, — на который я даже не подозревала, что способна.

Снаружи раздались выстрелы, и Кай замер. С меня было довольно. Я хотела умереть.

Кай выругался себе под нос, схватил меня за лицо и наклонился, прижимаясь губами к моим. Я не сопротивлялась.

— Скоро увидимся, и я сдержу своё обещание, малышка. — Он ударил меня головой, и я потеряла сознание, а стрельба осталась в далёком прошлом.

В ушах раздавался ровный писк, а затем я почувствовала резкий холод от распыляемого в нос тумана. Холодно. Чисто. Это было похоже на жизнь.

Мои веки отяжелели — стали как камень, — но за ними был свет. Не та удушающая тьма, к которой я привыкла. Это было что-то другое.

— Дорогая, — раздался рядом со мной мамин голос, тихий, но дрожащий.

Я резко открыла глаза. Они горели как в огне, но я заставила себя не закрывать их. Я должна была. Слезы застилали мне глаза, когда оцепенение начало проходить, сменяясь глубокой, пронизывающей болью, которая исходила откуда-то из глубины, а не от порезов и синяков.

Это была боль в моей душе.

Моя губа задрожала. Как я вообще осталась жива?

Мама нежно вытерла слезы с моего лица, ее прикосновение было легким, как перышко.

— Ш-ш, — прошептала она. — Теперь ты в порядке.

— Я собираюсь позвать Альфонсо, — прошептала моя сестра, ее голос едва звучал ровно. Дверь за ней со щелчком закрылась.

— Убей меня, пожалуйста? — умоляла я сквозь рыдания.

— Что? — выдохнула моя мать, в ее голосе слышалось недоверие.

— Просто убей меня, мама! — громко потребовала я.

Ее теплые руки обвились вокруг меня, но это никак не помогло остановить порыв.

В своих мыслях я снова оказалась в той темнице — со связанными запястьями, с содранной кожей, с прерывистым дыханием.

А потом я услышала его. Его смех. Отдающийся эхом. Преследующий. Реальный.

— Не прикасайся ко мне! — закричала я на неё, пытаясь вырваться из её объятий.

Она отпрянула от меня, как будто я была раскалённым углём, как будто одно моё прикосновение обожгло её. Каждая клеточка моего тела болела — глубоко внутри и опустошённо. Комнату наполнили рыдания моей матери, за которыми последовал резкий скрип стула по полу. Затем она исчезла, и её плач затих, когда она побежала к двери.

Рука — уверенная, тёплая, сильная — обхватила моё лицо.

А потом я почувствовала запах.

Знакомый. Безопасный. Словно далёкое воспоминание, пробивающееся сквозь густую, удушающую тьму.

— Посмотри на меня, — голос Альфонсо прорвался сквозь туман. — Я с трудом открыла глаза. — С тобой всё будет в порядке.

И тут до меня дошло.

Всё.

Из моей груди вырвался крик, о существовании которого я даже не подозревала, — первобытный, бесконечный, дикий. Я кричала до тех пор, пока не осталось ничего, кроме боли, опустошившей меня изнутри.

Тьма снова поглотила меня. И на этот раз я не сопротивлялась.

— Тебе нужно бороться, Камилла, чёрт возьми! — кричал на меня Альфонсо, прижимая к кровати.

— Альфонсо, пожалуйста, — умоляла моя мать.

— Не вмешивайся в это, Китти, — прорычал он моей матери, обхватив мое лицо ладонями. — Я обещал, что с тобой все будет в порядке, но ты должна внести свой вклад. Борись со мной.

— Отвали от меня, — закричала я. Было странно, что временами он был очень похож на Кая, даже если у них не было общих черт.

— Пожалуйста, Альфонсо. Так не должно быть. — Моя мама потянула его, пытаясь оторвать от меня.

— Это путь Понтиселло. Единственный известный нам способ исцеления — это встретиться лицом к лицу с тем, что они с нами сделали. Позволить этому сжечь нас дотла, чтобы мы могли возродиться. Стать сильнее. Если тебе это не нравится, Китти, я предлагаю тебе вернуться домой в Америку и позволить мне самому разбираться с женой.

То, чего он от меня хотел, было невозможно. Он был причиной того, что этот психопат похитил меня в первую очередь. Ярость вскипела во мне, и я плюнула ему в лицо. Он отшатнулся, затем встал и попятился.

Я скатилась с кровати, волоча свое изломанное тело по полу, пока не добралась до угла. Там я свернулась калачиком и зарыдала — глубокими, сотрясающими рыданиями, которые я больше не могла сдерживать.

— Не подходи к ней. Ей нужно бороться. — Альфонсо удержал мою мать, когда она начала плакать. — Останься с ней, — приказал он кому-то и вывел плачущую мать из комнаты.

Я не знала, кому он приказал остаться, но этот человек держался на расстоянии, молчаливый и незаметный. Почему он не мог просто оставить меня в покое? Позволить мне исчезнуть, спокойно развалиться на части. Я не хотела так жить.