Чтение онлайн

— Какой?

— Сосредоточенный. Как будто только что экзамен сдавал, а не… шпилился.

— Тебе так кажется, — улыбаясь, произносит он и ополаскивает водой лицо.

— Не знаю, как так получается, — спустя несколько секунд озадаченно бросаю я, рассматривая супер спокойного Юсупова. Он, в отличие от меня, и дышит спокойно.

— Что? Секс в необычных местах?

— Нет. Сам секс. Каждый раз себе говорю после очередных потрахушек — «ну, хватит, там уже поди все стерлось от частого использования. Надо пореже и только в квартире» А потом все по новой и сложно остановиться. Вроде должно уже надоесть, а нет, блин. Прям не знаю, что делать. Какой-то порочный круг.

— Мдааа, Синичкина, — протяжно произносит Егор, подталкивая меня к раковине.

Ополаскиваю руки вместе с лицом и перевожу взгляд на зеркало. А там бабуля стоит и пальцем укоризненно машет. Пипец. Передергиваю головой.

— Ты чего?

— Да так… как представлю, что это может видеть моя бабушка… у меня в трусах от страха все сухеет. Стыдно чуть-чуть.

— Сухеет?

— Хорошо… в трусах от страха все становится сухо. Удовлетворен? Ты мне хоть здесь мозг не трахай? Мы не в школе. Умник, блин, нашелся.

— Да я и не собирался. И, кстати, по поводу твоей бабушки. Ты ее внучка, значит она когда-то родила ребенка. Она как бы тоже трахалась, прикинь?

— Ну уж явно не так.

— Конечно, не так. У них не было таких славных туалетов, — вкладывает мне в руки бумажные салфетки.

— Фу, Егор.

— Фу, Лиля. Давай бабушку свою не приплетай к нашем сексу, а то у меня может и не встать.

— От стыда?

— От представления укоризненного лица твоей бабули. Все, на выход, шаверма уже давно готова, — подталкивает меня к двери, смачно шлепая по попе рукой. Мне бы, наверное, надо возмутиться, только вот что-то не возмущается.

— Фух, Господи, я больше так не буду, — кряхтя, произнесла я, откинувшись на кровать. Дышать реально сложно. Настолько забитый желудок, что даже не перевернуться.

— Будешь, — укоризненно замечает Егор, ложась рядом. — Честно говоря, ты первая девушка на моей памяти, которая столько ест. Нет, не так, столько жрет и не толстеет.

— Ну ты так-то тоже не рукколу только что ел. Шаверма, банка пива, горсть винограда. Ничего там не поджимает?

— А ничего, что ты съела точно такой же набор, только вместо моих семидесяти семи килограмм, покормила свои пятьдесят?

— У меня растущий организм. Тебя реально смущает то, сколько я ем? — вполне серьезно произношу я, перекатываясь наконец-таки на бок.

— Нет, не смущает. Если ты не блюешь в тихушку, — без тени шутки произносит Егор. — Ведь не блюешь?

— Еще чего, продукты переводить. Пусть все в сиськах откладывается, — еле сдерживая смех, отвечаю я. А у самой так приятно становится на душе. Это ведь он заботится о моем здоровье. — Спокойной ночи, — тихонько произношу, укладывая голову на Юсуповской груди, при этом закидываю на него пока еще стройную ножку.

— Спокойной.

И она действительно была спокойной. Ровно до тех пор, пока я не проснулась от того, что заговорила моя славная… попа. Громко заговорила. И очень протяжно. Господи, если я проснулась от собственного пука, то и… Юсупов тоже. Медленно отлипаю от его тела, не зная, что делать. Он наверняка притворяется, что спит. Мамочка, какой позор. Это что же получается, мне вообще теперь не есть, что ли, перед ночевкой с ним? Шумно сглатываю, ложась рядом на бок. Мда… ну не могло быть просто так все хорошо. И что мне теперь делать? Бежать из Питера из-за маленького, ну ладно, большого пука?

Не знаю, с чего вдруг Боженька решил надо мной смиловаться, но это произошло, ибо в следующую секунду очень громко снова заговорила попа. К счастью, не моя. Боже мой, никогда не думала, что буду так рада чужому метеоризму. Фух. Если что, свалю все на Егора. Но это при условии, если Юсупов будет подтрунивать над моим не очень маленьким пуком. Мой грешной душеньке моментально становится хорошо. Так хорошо, что я снова не задумываясь льну к Юсупову.

Захожу в дом и сразу, не помыв руки, направляюсь на кухню. Открываю холодильник и, не мешкая, достаю оттуда первое попавшееся блюдо. Обгладываю куриную голень так, как будто не жрал целую вечность. Ем — я, но при этом вижу со стороны не себя, а жрущую все подряд грязными руками Синичкину. Ощущение, что я четко перенял все дурные Лилины привычки за какие-то… охренеть, я реально потерял счет времени. И если бы не взглянул на мобильник, я бы даже не понял, что через две недели новый год.

Две недели… точно. Почти столько же я не видел Синичкину. А если быть точнее — шестнадцать дней. Угораздило же ее бабушку попасть в больницу. Да, по ходу я та еще эгоистичная сволочь, ибо думаю исключительно о себе. Вернее, о внучке, а не схлопотавшей инсульт бабульке.

— Господи! Ты что тут делаешь?! — вскрикивает Аня.

— Ем. А если быть точнее — жру. Приглуши свет, он на меня давит.

— Я тебя сто лет не видела.

— Ну так чеши отсюда и дальше не увидишь.

— Ты чего такой грубый? — наливает в стакан воду.

— Магнитные бури. Ты, кстати, тоже сюда поесть спустилась. Не стесняйся, жри, пока никто не видит. Но если что совет тебе — мой брат жирных не любит. И знай, я — могила, — демонстрирую замок на рту и прихватываю с собой еще две куриные голени. — Спокойной ночи, ну или приятного аппетита.

Захожу в свою спальню и в чем есть заваливаюсь на кровать вместе с едой. Оглядываюсь по сторонам. Мда… кажется, я здесь сто лет не был. Сам не знаю зачем сюда приперся. Поесть, пусть и не так вкусно, я и в квартире могу. Да, стоит признать, что мне просто скучно, даже несмотря на то, что каждый день я занят с утра до глубокого вечера. И именно вечера гнетут по самое не могу. Может, серость за окном и отсутствие снега так давят, но факт налицо — настроение ниже плинтуса. Хотя скорее всего все банально — я просто хочу уже увидеть Синичкину.

Все эти переписульки меня не вставляют. Но лучше, конечно, так, чем вообще ничего. Вытираю руки о салфетку и тянусь к мобильнику. Я столько раз пытался понять, что же в ней есть такого, что меня так штырит, однако не доходит. Снова листаю одни и те же фотографии в ее профиле и все равно не понимаю, как так получилось.

Если смотреть объективно — есть девки и покрасивее. И покладистее. И добрее. Заботливее. Милее, черт возьми. Те, которые не скрывают ото всех факт наличия отношений. Да и по всем параметрам лучше ее!