Чтение онлайн

чтобы не происходило у Джексона Картера, может, он просто изменяет своей любовнице.

Я играючи покручиваю фужер между пальцев и замечаю, что на фужере остался след от

моей красной помады.

– И чем ты сейчас занимаешься? – с издевкой в голосе произносит он.

– Да так, девчачьими делами, – захожу внутрь и открываю косметичку. – Ищу себе что–

нибудь новенькое из одежды. Косметики. Занимаюсь шопингом с Брук. Сейчас мы идем

смотреть новый фильм с Дженифер Лоуренс, – произношу я, и мой взгляд опускается на

открытую газету на столе рядом со мной.

Держа в руке помаду, я хожу вдоль выхода на балкон, молясь, чтобы он не встретил мою

соседку по комнате сегодня вечером и не прихватил меня за задницу за мою откровенную

ложь.

– Ха. Очень похоже на романтическую комедию.

Джон, хоть он и является тем кто «за», чтобы вести образ жизни гея, не любитель

девчачьих фильмов. Пусть он и гей, но он не неженка. Может, он и выглядит агрессивно со

всеми своими татуировками на руках и обычно на его лице небольшая щетина, чтобы

выглядеть немного мрачно, никто, кроме меня не знает, что он очень опрятный малый.

Весь такой в застегнутой–на–все–пуговицы–рубахе–с–бабочкой–и–в твидовом пиджаке–

самец.

– О, так и есть, – я отвечаю. – Ты знаешь, как Брук любит такие фильмы. – Оправдания.

Вранье. Я кручусь влево и вправо. Фактически, я становлюсь королевой по

«запудриванию» мозгов. Без сомнения, он не хочет идти на этот девчачий фильм.

– Ладно, беглянка, тогда я оставлю вас. Скажи Брукмайстер, что нам надо пообедать как–

нибудь. В ближайшем будущем. И на этот раз поближе, в моем районе.

Мы прощаемся и я обещаю перезвонить ему завтра. Как? Не имею понятия.

Я заново наношу слой помады, поправляю парик, убирая прядь иссиня–черных волос с

глаз, и ищу свой пиджак. Черт, лучше снять его. Я складываю и накидываю его на руку,

затем беру свою сумку, достаю ключ, и устремляюсь к лифту. Пока еду в лифте, я сжимаю

магнитную карту–ключ, будто это спасательный круг, а потом опускаю его в сумку. Выйдя

из лифта, я занимаю место в лобби, замечая, как люди смотрят в мою сторону в течение

нескольких минут.

Все в холле исчезает в тот момент, когда я чувствую беспокойство при виде гладкого

черного автомобиля, подъезжающего снаружи, и мне становится интересно, может, это за

мной. Беннетт трахал меня вчера в своем кабинете, а после, мы уютно устроились на

диване. С его членом внутри меня, он объяснил мне план действий.

В первую очередь, у меня будет водитель и еще один мужчина. Смотритель.

Он заставил меня повторить мои действия, пока я буду сидеть в лобби, до тех пор, пока не

приедет водитель и не найдет меня. Смотритель... он будет присматривать за мной – мы

заедем за ним позже. Как только мы встретимся с ним, я буду делать именно то, что

говорит мой Смотритель. Если у меня будут вопросы, он на них отвечать не будет.

Он дал четкие указания. Мой взгляд должен быть опущен. Все время... за исключением

времени, когда я с Беннеттом, я бы хотела получить урок покорности без него.

Меня пробивает дрожь, когда я встаю со стула. Ничего не могу с собой поделать и не

отрываю взгляд от двери, взволнованно ожидая увидеть лицо того, кто за мной приехал. Я

слышу звук... хлопок двери... и я дышу с трудом, опустив глаза вниз. Черт, я не дам

какому–то «смотрителю» повод отшлепать меня по заднице за это… ну или чего еще

похуже того.

Открывается входная дверь и я стараюсь смотреть на свои туфли, а не обращать внимание

на стук каблуков, того, кто только что вошел. Он направляется в мою сторону – прямо

слева от входа. Капельки пота стекают у меня по вискам. Я помню… взгляд на туфли! На

пересекающиеся ленты красной кожи на моих лодыжках. Лак на ногтях напоминает цвет

спелого красного яблока. Эти ленточки перекрещиваются, обвивая мои икры.

Шаги становятся ближе и я стою, качаясь на своих 15 сантиметровых каблуках. Мне

потребовалось больше часа, чтобы придумать, что надеть. Если я собиралась сделать это,

тогда Боже, мне лучше сделать это с особым шиком. В любом случае, либо пан либо

пропал. Мое платье, словно неоновая вывеска, с надписью «трахни меня». Это черное,

облегающее, будто вторая кожа платье с красной блестящей жемчужной пуговицей, с

помощью которой и держаться лямки на шее.

Я прижимаюсь лодыжками к стулу, наблюдая, как со стуком по лобби идут мужские туфли.

Звук шагов отдается резким звуком в моем сознании. Его туфли появляются в поле моего

зрения. Черная кожа. Идеально начищенные. Дорогие оксфорды. Отвороты его брюк

отутюжены, и не даже не глядя, я представляю, что он одет в сшитый на заказ костюм. Бен

сказал, что «водитель» найдет и заберет меня из лобби – и, тем не менее, у меня

складывается мнение, что этот человек больше, чем просто водитель.

– Мисс Иксес? – спрашивает он низким твердым голосом. Я киваю и он берет мою сумку.

– Прошу за мной.

Чувствуя неловкость, я следую за ним на улицу. Летом в Вашингтоне бывает тепло, а

сегодня небо безоблачно. Вечерний бриз ласкает мою кожу. Когда водитель открывает

дверь на заднее сиденье, я проскальзываю вовнутрь, закрыв глаза, не желая поддаваться

искушению, узнать кто он.

Перегородка, разделяющая водителя и пассажира, поднята. Машина отъезжает от отеля и я

выглядываю в окно, ожидая увидеть улицу, автомобили, людей, идущих по тротуару. Но я

не вижу ничего, кроме своего отражения. Широко открытые глаза... возбужденные глаза.

Окна сильно затонированы – полностью непрозрачные.

– Мисс Кеннеди, на сиденье рядом с вами есть маска. Пожалуйста, наденьте ее. – Голос

водителя звучит через интерком.

Маска лежит рядом со мной, там, где он и сказал. Я беру обычный кусок черного атласа,