Чтение онлайн

Однако вскоре после того, как я открыл короткую позицию, S&P нырнул и затем пробил максимум недавнего торгового диапазона. Объем увеличился, поскольку трейдеры пытались заработать на кажущемся прорыве волатильности. За считаные секунды сделка ушла в минус, заставив меня ощутить выброс адреналина. Вернувшись к торговому монитору, я ввел ордер на покрытие короткой сделки с убытком. Я был готов нажать кнопку и выйти из сделки, как только будет достигнут уровень стопа.

Тем не менее понимал, что моя реакция (страх) не соответствовала масштабам ситуации. Мне не нравится получать убыток, но я знал, что мой стоп был установлен достаточно близко, чтобы в случае его срабатывания мой счет пострадал несильно. В этот момент вспомнил, что на прошлой неделе подобная ситуация на рынке причинила мне серьезный убыток. После периода узкого диапазона, который, казалось, начинал склоняться вниз, я разместил ордер на короткую продажу. Невероятно, но забыл проверить экономический календарь на этот день, и оказалось, что мой ордер был исполнен за одну минуту до выхода важных данных. И конечно же, эти показатели превысили ожидания, и рынок стремительно рванул из диапазона вверх. К тому времени, когда сработал мой стоп, восходящий разрыв и проскальзывание обеспечили мне болезненный убыток.

Понимая, что моей нынешней сделке никакой такой экономический отчет, скорее всего, не грозит, я сделал несколько глубоких вдохов и, сознательно замедлив темп торговли, стал изучать таблицы Excel, чтобы понять, сколько акций в отслеживаемом мною портфеле фактически вырвалось из недавнего диапазона. Этот портфель состоит из 40 акций (30 из Dow и еще 10 из различных отраслей промышленности), отражающих поведение S&P 500. Я нашел, что, как правило, если S&P совершает прорыв к относительному максимуму или минимуму, а большинство этих ценных бумаг – нет, то весьма вероятно, что прорыв окажется ложным. Динамически связав листы Excel с акциями в используемой мною торговой платформе Townsend Real Tick III, я могу в автоматическом режиме рассчитывать восходящие и нисходящие прорывы без необходимости проверять каждую из 40 акций вручную.

К моему изумлению, лишь семь из 40 ценных бумаг совершили прорыв из диапазона, достигнув нового относительного максимума. «Прорыв» S&P был почти полностью обеспечен несколькими акциями, совершающими сильный отскок вверх. Увидев это, я сказал вслух: «Это движение ни при каких обстоятельствах не может быть длительным». По долгим часам исследований я знал, что в движении должно участвовать гораздо больше ценных бумаг, чтобы оно могло обрести реальную силу.

Едва я произнес это, как был достигнут мой ценовой стоп. На этот раз я принял сознательное и аргументированное решение не исполнять, а передвинуть стоп. Вместо того чтобы привязывать стоп к уровню цен, я решил выйти из сделки, как только 15 или больше акций портфеля совершат прорыв. Я подождал какое-то время, и вскоре моментум пошел на убыль. Когда S&P вернулся в предшествующий диапазон, я понял, что прорыв был ложным, и с чувством облегчения откинулся на спинку кресла. Сделка принесла мне хорошую прибыль после того, как была пробита нижняя граница диапазона. Рынок, таким образом, дал мне то, что я дал Мэри: новый исход привычного сценария.

Забавной разновидностью этого упражнения является проговаривание вслух или визуализация прошлых ошибок, сделанных в тех случаях, когда ваши гипотезы не подтвердились. Например, если рынок пошел против меня в первые же минуты сделки и я увеличил свои проблемы, удвоив позицию (пытаясь достигнуть лучшей средней цены входа), то я зрительно представляю себе, как делаю это снова, смеясь над самим собой или улыбаясь и качая головой. Очень трудно отождествить себя с моделью, когда высмеиваешь ее. Смех над собой – мощное средство, позволяющее лучше видеть себя со стороны. Пытаясь предвосхитить неблагоприятные повороты рынка, подумайте обо всех тех вещах, которые вы могли бы натворить, чтобы всерьез испортить дела, а затем высмеивайте их прежде, чем они смогут быть реализованы по-настоящему.

Заметьте, что эта психотерапевтическая тактика не сильно отличается от лечения Мэри. В обоих случаях изменение происходит, когда вы воспроизводите в реальном времени привычную разрушительную модель поведения, развиваете визуальное понимание того, что происходит, переключаетесь в другой режим и пробуете что-то новое. В случае с Мэри я помог встряхнуть ее привычные модели, нарушив ее комфорт, когда не стал сразу же отрицать мой интерес к ней и когда выходил из комнаты во время ее приступов ярости. В торговой ситуации встряска произошла, когда я просмотрел таблицы Excel и понял, насколько мала вероятность прорыва. Здесь роль психотерапевта сыграли исследования, заставившие меня усомниться в своем понимании событий и позволившие увидеть вещи в другом свете.

Ложный прорыв S&P продемонстрировал, как недавняя неудача в торговле сделала меня чрезмерно чувствительным к возможности ее повторения на следующей неделе. Часами упражняясь в антистрессовой прививке, я научился сомневаться в себе каждый раз, когда эмоциональная реакция рынка выглядит чрезмерной. Таким образом, выброс адреналина стал сигналом, побудившим меня сделать несколько глубоких вдохов и изучить причины моей реакции. Вместо того чтобы растеряться от страха, я использовал его, чтобы углубиться в данные. Если бы цифры подтвердили мои страхи, я наверняка быстро вышел бы из сделки и позаботился о том, чтобы сработавший стоп оставил мне достаточно капитала для следующих сделок. Но цифры не подтвердили мои страхи, позволив мне написать новый исход сценария.

Пару лет назад мы с моей 10-летней дочерью Девон сидели, рассматривая рыночные графики и составляя совместное электронное письмо в Speculators List, детище Лорел Кеннер и Виктора Нидерхоффера. Лорел и Вик любезно увековечили этот труд Девон в следующем выпуске советов Speculators List. Рынок, утверждала Девон, походит на стаю рыб. Существует два типа рыб, которые могут отбиваться от стаи: 1) слабые и нерешительные; 2) лидеры. Вся стая перемещается вслед за лидерами, оставляя слабейших позади. Чтобы предвидеть вероятное движение, предположила она, нужно выявить лидеров.

С тех пор я с пользой применял идею Девон во многих торговых ситуациях. Очень часто какой-нибудь сектор, например акции полупроводников или финансовые акции, совершает прорыв раньше общего рынка. Иногда такие сектора сообщают о своем случайном лидерстве, отказываясь падать во время утреннего снижения и затем оказываясь в первых рядах достигших положительной территории на отскоке. Легко потеряться в отдельных движениях и перестать видеть общую картину рынка. По этой причине я держу в прямом доступе на своем мониторе минимизированные графики самых распространенных лидеров стаи. Отслеживание их поведения увеличивает шансы стать настоящим «наблюдателем» рынка, способным ловить возникающие движения.

Я нашел, что этот принцип полезен даже на самом высоком уровне разрешения, при отслеживании на экранах маркетмейкеров различных акций и биржевых фондов. Лидерами стаи будут те, кто демонстрирует наибольшую стабильность спроса/предложения при институциональной покупке или продаже. Такая стабильность во время экстремумов у фьючерсов S&P и Nasdaq и уровней Dow TICK нередко указывает на лидеров стаи, которые с течением времени могут еще далее отклоняться от общего курса. Именно в такое время, когда я с головой погружен в предвзятые представления о состоянии рынка, и приходит на помощь прозрение, позволяющее увидеть, что вожаки стаи меняют направление. Если вы будете открыты для информации, рынок разрушит ваш комфорт и встряхнет вас в традициях лучших психотерапевтов.

Поскольку трейдинг – процесс быстрый и эмоциональный, то это идеальная среда для активации повторяющихся эмоциональных моделей. После того как такие модели запускаются, лишь очень сильный толчок может воспрепятствовать воспроизведению вами привычных решений, уже изживших свою полезность. В психотерапии этот толчок совершают врачи, сознательно противостоящие шаблонным тенденциям клиентов. Трейдеры могут корректировать себя сами, используя эмоциональные упражнения, такие как десенсибилизация, прививка от стресса и высмеивание устаревших привычек, и обращаясь к основанным на исследованиях стратегиям, противоречащим устоявшемуся видению рынков.

Потребность в таких стратегиях для ломки ажитирующих моделей, проявляющихся в торговле, похоже, особенно важна для менее опытных трейдеров. В своей захватывающей работе Эндрю Лоу и Дмитрий Репин из Массачусетского технологического института подключали к машинам биологической обратной связи как опытных, так и неопытных трейдеров с целью исследования их реакций на рынки. Координируя биологическую обратную связь с поминутным поведением рынка, исследователи могли наблюдать, как те или иные события вызывали эмоциональные реакции трейдеров. Интересно (и, вероятно, закономерно), что неопытные трейдеры демонстрировали наиболее яркую эмоциональную реакцию на такие события, как увеличение волатильности. Это позволяет с уверенностью предположить, что опытные трейдеры приобретают свой опыт и добиваются успеха отчасти за счет применения стратегий, позволяющих снижать физиологическое возбуждение в сложных ситуациях. Их предшествующий опыт, вкупе со многими часами исследований и планирования, может выполнять роль прививки от стресса, уменьшая их чувствительность к событиям, которые бросают новичков то в жар, то в холод.