Чтение онлайн

Вопрос 2. «Почему то, что со мною происходит, происходит именно со мной»?

Вопрос 3. «Могу ли я изменить то, что со мною происходит, если происходящее со

мной мне не нравится»?

Я неустанно обращался к посетителям: «Подумайте и ответьте: Почему с Вами

происходит то, что с Вами происходит? Почему то, что с Вами происходит, происходит

именно с Вами? Возможно ли изменить - именно изменить, а не закрыть на это глаза - то,

что с Вами происходит, если Вам это не нравится?».

Я не ждал от пациентов «правильных ответов», но сопереживал с ними возможность

озарения. В результате наших внутренних навигаций мы кое-что прояснили, но к этому

добавился еще один вопрос: «Действительно ли возможно, то есть реально ли на самом

деле с помощью слов изменить происходящее, или это всего лишь красивая метафора?

Первые формулировки наших постижений оказали на нас впечатление и вдохновили

на то, чтобы продолжить единожды начатое исследование. Вопросы сами обнажили себя,

и мы обнаружили в них спрятанные, словно зернышки в яблоках, ответы.

Вопрос 1. «Почему со мною происходит то, что со мною происходит»? –

Ответ: «То, что происходит со мною, происходит в абсолютно точном и строгом

соответствии с тем, что и как я говорю».

Вопрос 2. «Почему то, что со мною происходит, происходит именно со мной»? –

Ответ: «Потому, что именно я это говорю».

Вопрос 3. «Могу ли я изменить то, что со мною происходит, если происходящее со

мной мне не нравится»? –

Ответ: «Поскольку происходящее со мною зависит от того, что я говорю, то если я

изменю свою речь, поменяется и происходящее».

Полученные выводы, однако, не показались ни абсурдными, ни фантастическими, ибо

их согласованность с данными лингвистики оказалась вполне соответствующей. И

поэтому, прежде чем изложить собственно оригинальность и инновационность авторского

метода, который я назвал психограмматикой, напомню классические положения.

Одно из них, известное как Принцип лингвистической относительности Сепира –

Уорфа, заявляет о том, что не реальность определяет язык, а наоборот, язык определяет

реальность. Это значит, что язык в первую очередь создает реальность, структурирует ее, а

не описывает.

То есть слова не описывают мир, они пишут мир.

В качестве иллюстрации достаточно вспомнить случай в лондонском метро, когда

таблички на дверях «Выхода нет» по рекомендации социологов заменили надписью

«Выход рядом», что уменьшило число самоубийств в Лондоне.

Столь же показательны примеры, которые я могу привести из собственной практики.

3.

Случай с печальным человеком

Однажды на консультацию ко мне пришел молодой человек и

посетовал на собственную судьбу. На вопрос о том, что же его так

удручает и печалит, он нерешительно пожал плечами, как-то нервно

дернулся и выговорил нечто невнятное. Затем напрягся, сжался,

съежился и, вдруг, заявил, словно, наконец, решился: "В

последнее время меня преследуют долги. Я никак не могу

расплатиться со своими компаньонами. И даже если подворачивается

удачный вариант, в самую последнюю минуту он срывается. Тут еще

ни с того, ни с сего жена начала предъявлять повышенные

требования, а сын стал дерзить. Наваждение какое-то».

Внимая его повествованию, я уловил, что в течение сорока

минут он восемь раз употребил слово «должен», причем

безотносительно от рассказываемой ситуации.

Оказалось, что его основная жизненная основа проявилась в

слове «должен»: "Я постоянно кому-то должен – обществу,

приятелям, родителям, детям, педагогам…». Наиболее коварный

соблазн – распространение принципа долженствования и на себя –

оказался также характерным для моего посетителя. Так, например,

его фраза «Что я должен делать, доктор?» выразила довольно

высокую степень его срастания с проблемой.

4.

Осевые тезисы психограмматики

В результате мы подошли к осевым тезисам психограмматики.

ЖИЗНЬ ЕСТЬ ТЕКСТ.

И НАША ЖИЗНЬ СКЛАДЫВАЕТСЯ В ЧЕТКОМ И ТОЧНОМ СООТВЕТСТВИИ С

ТЕМ, ЧТО И С ТЕМ, КАК МЫ ГОВОРИМ.

МЫ МЫСЛИМ СЛОВАМИ.

И даже наши нечаянные фразы оказывают на нас гипнотическое

воздействие.

Джон Гриндер и Ричард Бэндлер, основатели нейро-

лингвистического программирования, приводят следующую

иллюстрацию, когда некая женщина в шутку обронила «мой ребенок,

ну прямо одно наказание» и через минуту уже забыла об этом. Ее

фраза, тем не менее, записалась подсознательным умом и послужила

своеобразным посылом для выстраивания логической цепочки,

кстати, формально совершенно непогрешимой. Постольку поскольку

наказание всегда связано с болью, то последняя не заставила себя

ждать, и молодая мамаша с неприятным удивлением вскоре

обнаружила у себя склонность к мигреням и травматизму, чего

раньше за собой не наблюдала.

ЖИЗНЬ КАЖДОГО ИЗ НАС – ЭТО ГРАММАТИЧЕСКАЯ КОНСТРУКЦИЯ

Мы зачастую сами не подозреваем о том, сколь мощная и сакральная (священная,

сверхъестественная) сила обитает в недрах слов, которые мы произносим.

СВЯЗЫВАЯ ДРУГ С ДРУГОМ СЛОВА И ПРЕДЛОЖЕНИЯ, МЫ СВЯЗЫВАЕМ

ВАРИАНТЫ СВОИХ СУДЕБ.

Исходя из этого, мы обозначаем и суть психограмматики, которая сводится к тому,