Чтение онлайн

Все это время я умышленно не смотрел на Левицкую.

Я окончательно запутался в собственных эмоциях и всем этом дебилизме, опуская взгляд, не давая воли закатывающимся в истерике эмоциям окончательно взять верх над моей твердолобой башкой, ведь тогда случится непоправимое.

Разум окончательно потонет в дурных инстинктах.

– Эй, молодежь! – хохотнул дядя Паша. – Че заскучали? Присоединяйтесь к нам! Мы решили прогуляться до пляжной вечеринки… Говорят, там каждый вечер выбирают лучших танцоров… – он перешел на танцевальный шаг.

Я с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза.

Балерун недоделанный.

– Дядь Паш, я как раз вчера победил в танцевальном батле! – тут же залебезил перед шефом Запашок, гордо выпячивая грудь. – С удовольствием поучаствую и сегодня… Только уверен, с вами тягаться бесполезно!

Ну-ну. Жалкий подхалим.

Я непроизвольно стиснул кулаки. Устроить мордобой в светлый праздник венчания даже для меня было бы слишком, поэтому продолжал проверять на прочность свою зубную эмаль.

– Молодежь, вы с нами? – весело поинтересовался мой батя.

Тоже, что ли, танцевать собрался?

– С вами… с вами… – как-то обреченно протянула Полина.

– Мы с Агатой подтянемся попозже, – кивнув ребятам, я сжал руку своей девушки, потянув ее в сторону домиков.

В этот миг даже думать не хотелось о том, как это выглядит, ибо сердце, словно бахнув энергетика, и так устроило танцевальный батл – еще одного я бы не выдержал.

Мне необходима передышка. Под гнетом алкоголя и воспоминаний все мои надежно запрятанные монстры вырвались наружу, устроив форменное мракобесие.

Внезапное осознание, что даже, несмотря на годы разлуки и сотни тысяч километров дорог, Полина Левицкая все еще оставалась центром моей вселенной, сводило с ума.

Вернувшись в свое «укрытие», я скрылся в уборной, до сих пор не особо соображая. Открыв кран с холодной водой, я плеснул пригоршню в лицо, зажмурившись до белых точек, скачущих перед глазами.

Вдох-выдох.

Немного угомонив разбредающиеся мысли, я вернулся в комнату, натыкаясь на хмурый взгляд Агаты.

– Что это сейчас было? – она стояла, прислонившись к дверному косяку.

– М? – я вопросительно выгнул бровь, чувствуя себя конченным мудаком.

– Ты не хотел, чтобы они поцеловались, я правильно понимаю? – вопрос моей девушки ударил не в бровь, а в глаз.

Поморщившись, я пытался придумать какую-нибудь убедительную ложь, осознавая, что не в силах озвучить правду хотя бы до того момента, пока окончательно не протрезвею, закончив с самокопанием.

В состоянии аффекта, дурея от всего происходящего и собственных мыслей было крайне трудно до конца разобраться в себе и прийти ко взвешенному решению, учитывая, что до завершения нашей с Левицким-старшим так называемой сделки оставался ровно год.

Каким бы Павел Романович ни был балагуром и этаким добряком, я очень хорошо осознал – в ту ночь он не шутил, и мое неповиновение могло иметь весьма серьезные последствия. Я знал, как Полина была привязана к своей семье, поэтому не имел права в очередной раз облажаться.

Да и, в конце концов, я приехал сюда не один…

Почувствовал, что трезвею, потому что совесть начала просыпаться.

Подняв голову, я внимательно посмотрел на Агату, пытаясь анализировать каждое свое ощущение, ведь еще недавно меня все устраивало, хотя в глубине души я одновременно и опасался, и желал новой встречи с Левицкой.

Саморазрушение и душевный мазохизм – наше все.

– Не хотел, – на удивление искренне высек я, выдерживая напряженный взгляд Агаты. – Полина – моя подруга, я знаю ее с детства, а Завьялов – ушлый черт, который пытается с помощью девчонки подобраться к ее отцу, чтобы выгрызть себе кусок по жирнее, – частично озвучивая свои опасения.

Несколько секунд подружка сверлила меня пристальным загробным взглядом, после чего издала нервный смешок.

– Кого ты пытаешься в этом убедить – меня или себя?

– О чем ты?

– Да, так… Мысли вслух, – Агата приблизилась, и, беззвучно рассмеявшись, обняла меня за шею, красноречиво косясь на смятую постель.

– Я пообещал, что мы скоро вернемся… – медленно, глубоко втягивая воздух. – Пойдем?

– Алекс, ты серьезно? – смех вырвался из нее каким-то ироническим залпом. – Хочешь отдыхать на задрипанной пляжной вечеринке в ебенях? Может, еще и за звание главного танцора с этими… – она снисходительно улыбнулась, очевидно, намекая на Левицкого-старшего и Завьялова, – поборешься?

– Даже если и так? – выпутываясь из ее объятий, хмуро возразил я.

– Ну, после отдыха в цюрихских «Aura», «Jade» и «Zukunft», полагаю, нам будет там не особо комфортно… – припечатал она.

– Рядом с родственниками и друзьями мне всегда комфортно, – выдохнул я прописную истину, отмечая, как кривится ее красивое лицо.

– Алекс, можно тебе кое в чем признаться? – с нескрываемыми нотками вызова в голосе.

– А валяй! – я пожал плечами, без конца поглядывая в окно – жаль, оттуда ничего не было видно.

– Мне здесь не нравится… – Агата, на манер маленького ребенка, надула губы. – Давай улетим в Питер? Я посмотрела расписание рейсов – наш как раз завтра вечером.

– Ты о чем? – заторможено уточнил я. – Что значит улетим?

Она реально предлагала мне кинуть всех и свалить?

– Ты мне показал, как любишь отдыхать, теперь моя очередь! – Агата игриво сдула белоснежный локон с лица. – Я познакомлю тебя со своими родственниками, и устрою нам незабываемые каникулы… Только вдвоем, – блондинка подмигнула.

– Мы же только приехали. А как же прогулка до водопадов? Ущелье духов? Акташ? Восхождение, наконец?!

– А если я не хочу в горы с палаткой? И в ледяном озере мне купаться не понравилось. Что же теперь, мучить себя?

– Ты же знала, куда мы едем? Я предупреждал тебя обо всех нюансах подобного отдыха, и ты согласилась. Что я должен сказать своим родным? Маме? Отцу? Я их год не видел. Так не делается… Тем более, впереди день рождения Полины…

Молчаливое столкновение взглядов.