Чтение онлайн

Как бы там ни было, но "хвост" - вот он. И неизвестно, охраняют её или примериваются, как бы убрать без шума и без "насильственной смерти".

Настя решительно развернулась и пошла навстречу молодому парню в расхожей куртке нараспашку, в вязаной черной шапочке-колпаке, которые поголовно носило молодое мужское население. Поравнялась с ним и вполголоса проговорила:

– Передайте Кушкину, что хочу его видеть.

– Чего?
– вполне натурально удивился парень.

Настя с непроницаемым для прохожих лицом повторила:

– Передайте майору Михаилу Ивановичу Кушкину, что я хочу его видеть.

Она ещё какое-то время шла в обратном направлении, чтобы, удалившись от "хвоста", вновь развернуться и пойти домой.

Кушкин позвонил на следующий день.

– Это я, - сказал он, - ваш давний поклонник...

– Спортсмен-автогонщик?
– уточнила Настя.

– Он!
– весело подтвердил Кушкин.
– Соскучился по вас до смерти.

– Мы снова на "вы"?

– Я вас так давно не видел, что и не знаю, как к вам теперь обращаться.

Он не называл себя по имени, и Настя не стала этого делать. Да, времена меняются, но телефоны прослушиваются...

– Жду вас завтра в редакции...

Кушкин деликатно постучал в кабинет Насти где-то к концу рабочего дня. Настя тут же пригласила его в кофейню, ей не хотелось ни о чем говорить с ним в кабинете, который наверняка после того, как она стала миллионершей, снова прослушивался насквозь.

Журналистки в кофейне встретили Настю радостным галдежом. То, что "миллионерша" появилась вместе с Кушкиным, их не особенно удивило. Старая любовь, она, знаете ли, изживается очень медленно. Тем более, ведь говорила всезнающая Люська Заболотина, что Настя была в восторге от способностей этого спортсмена удовлетворять некоторые её женские желания. Дай-то бог каждой выбираться из постельки сытой и довольной.

Настя понимала, что от неё ждут каких-то слов или жестов, достойных миллионерши. Все-таки миллионерша вышла из их рядов, потому и своя. Все ей дико завидовали, но к зависти примешивались и нотки гордости - одна золушка стала принцессой, может и ещё кому-то повезет.

– Не зажимай, Анастасия, наследство!
– шутливо потребовала Люська. Тем более, уже конец дня, имеем полное право гулять.

– Глаша!
– подошла Настя к буфетчице.
– Будь добра, на каждый столик бутылку коньяка. Нарежь лимоны, сделай бутерброды с икрой, ветчиной... на все столики - конфеты и фрукты, какие есть!..

Девы зааплодировали. Настя видела, что к концу работы вся редакционная элита собралась в кофейне, все редакционные сплетницы здесь - лучшее время не придумаешь. Она попросила:

– Девочки, помогите Глаше с бутербродами, а то она в одиночку до утра провозится.

Сразу нашлись охотницы продемонстрировать свои хозяйственные способности, стало шумно и весело. Девушки из отдела новостей, которые считали, что они ближе всех к Насте, позаимствовали у Глаши передники и стали охотно играть в официанток. Все это напоминало студенческую вечеринку. Только здесь была не складчина, а "халява", которую, как известно, на Руси обожают.

– А тебя, Анастасия, на козе не объедешь, - тихо прокомментировал Кушкин.
– Одним махом всю редакцию купила.

– Вот мы и снова на "ты"... У нас, у миллионеров, обычай такой покупать, так оптом, - съязвила Настя. Вполголоса предупредила Кушкина: Михаил, мы тут пошумим и незаметно смоемся. Вполне естественно, что ты пойдешь меня провожать. Поговорить надо...

Ей предстояло отдать ещё два распоряжения. Глаше она сказала, заплатит она завтра. Буфетчица не возражала - уж сегодня-то она поработает не в убыток себе.

Потом Настя нашла глазами Ленку Ирченко, поманила её к себе.

– Где Фофанов, наш дорогой главный?

– В кабинете у себя, - пролепетала Ленка. Она смертельно боялась, что теперь-то уж точно Настя приватизирует её Фофанова. Вот ведь недавно обедали вместе, и о чем они там договаривались - никому неизвестно.

– Набери его номер, тебе ведь известен его прямой внутренний.
– Настя подвинула к Ленке телефон.
– Да не жмись ты, дуреха, всем давно известно, что ты с ним спишь, вот и соответствуй роли первой леди. Тем более, что сегодня это уже не аморалка, а жизнелюбие.

– А ты?
– робко спросила Ленка.

– Что я?
– сделала вид, что раздражается, Настя.
– Я ведь тебе уже говорила: нужен он мне!
– Она кивком указала на Кушкина.
– С меня и этого лба хватает.

Кушкин, слышавший этот разговор, на "лба" не обиделся, наоборот, весело улыбнулся.

Фофанов снял трубку сразу же, словно ждал звонка. А может и ждал, помощники уж точно доложили ему, что в кофейне Соболева затевает веселье.

Настя елейным голоском не сказала - пропела:

– Юрий Борисович, мы с Леночкой приглашаем вас в кофейню.

– Не могу, - ответил Фофанов.
– Мне надо номер вычитать.

– Пусть это сделает ваш заместитель. Для того они и существуют заместители, - резонно сказала Настя.
– Приходите, все вас ждут, подсластила она приглашение, не оставлявшее Фофанову выбора. И резко завершила: - Заодно и объявите о моей судьбе...

Ленка с надеждой спросила:

– Придет?

– А куда денется?
– весело сказала Настя.

Возле них притормозила Заболотина, которой хотелось услышать, какие-такие проблемы решает Настя с дурочкой Ирченко.

– Ты всегда кстати, Люся, - отметила Настя.
– Сейчас придет главный редактор... Сделай одолжение, организуй свободный столик на четверых: для меня, Миши, главного и Леночки... И ты подсаживайся.

– Ах, Леночки!
– ухмыльнулась язва Заболотина.

– Вот именно!
– Глаза у Насти смеялись.

...Фофанов поднялся с рюмкой коньяка и потребовал тишины.

– Уважаемые коллеги, прежде, чем произнести тост за здоровье нашей очаровательной, талантливой Анастасии Игнатьевны, я хотел бы честно признаться в одном серьезном упущении... Дело в том, что мы не очень ценили Анастасию Соболеву... То есть ценили и раньше, но не очень...

Фофанов запутался в словах, но с честью вышел из положения:

– Я хотел сказать, что от блестящей журналистки Соболевой редакция может ожидать большего. И мы все очень рады, что Анастасия Игнатьевна, несмотря на поразительные изменения в своей жизни, решила продолжать свою работу в нашей газете... Только что я подписал приказ о назначении Анастасии Игнатьевны членом редколлегии и советником главного редактора. Так что давайте поздравим не госпожу Соболеву, а себя и газету с таким важным событием!