Чтение онлайн

Настя решила давить на Кушкина до конца. Она не знала, какие карты у неё на руках, и есть ли среди них козыри, однако же рискнуть стоило. Да и брести дальше по жизни втемную и на поводке не просто надоело - это становилось опасным. Перемены в России не могли не затронуть и ту часть её структур, которая находилась в густой тени, грубо говоря, в подземелье. Новый режим лихорадочно обновлял старый и создавал преданный ему аппарат. И если раньше у Насти всего лишь тихо шевелилось подозрение, что "команда" полковника Строева действует самостоятельно, лишь прикрываясь вывеской своей "конторы", то сейчас подозрения, догадки обретали уверенность. Требовались лишь подтверждения. В прессе уже мелькали не очень ясные намеки на то, что в последние годы своего существования ЦК КПСС разработал структуру, которая занималась размещением партийных денег за рубежом и подчинялась непосредственно ЦК, точнее, некоторым его высшим руководителям. В этом не было ничего нового. Примерно так же действовали и бонзы нацистской партии перед крахом третьего рейха. Олег часто употреблял слово "команда". Он неожиданно перешел на работу в ЦК КПСС. И не была ли его "команда" частичкой той тайной структуры, которая выполняла распоряжения ЦК, но и сама обладала правом отдавать приказы некоторым сотрудникам КГБ, к примеру, тому же Кушкину, приданным ей в помощь?

Постоянно пополняющееся "наследство" Насти не оставляло у неё сомнений в том, что кто-то, если не богатый, то сильный, "подпитывал" его. Да и сама история с неожиданным "наследством" наталкивала на многие размышления.

– Я догадываюсь, о чем ты думаешь, - прервал затянувшееся молчание Кушкин.
– Но поверь мне, я знаю не намного больше твоего. Я - исполнитель, мне приказали - я выполняю. Ты думаешь, мне сообщили, для чего я так срочно менял тебе фамилию? Или зачем ты летала в Швейцарию? Или по каким соображениям ты быстро выскочила замуж за Алексея Дмитриевича? Пойми, я всего лишь исполнитель...

– Прикажут тебе убрать меня и ты исполнишь приказ?

– Вчера "да", сегодня - уже нет. Изменилось не только время, но и люди, и я в том числе.

– И за то спасибо, - грустно сказала Настя.
– Я буду права, если скажу, что Олег и Алексей вывалились из вашей "тележки"?

– Не совсем, - замялся Кушкин.
– Я могу высказать свои предположения?

– Буду благодарна.

– Учти, это всего лишь предположения... Мне кажется, что оба полковника все ещё в строю. Но...

– Но?..

– Они ведут двойную игру. Нет, нет, не подумай, на иностранные спецслужбы они не работают. У них были свои задания по линии "конторы" и они их выполняли. Но помимо этого, есть ещё что-то. Может быть, даже свое...

Он замолчал, и Настя поняла, что больше майор Кушкин ничего ей не скажет, ибо и так уже переступил за черту дозволенного.

– Хорошо, Миша, мне этого достаточно, чтобы сопоставить некоторые свои факты и сделать выводы. Теперь скажи мне, каково твое лично положение?

Кушкин ответил, не колеблясь.

– Мое положение хреновое. И боюсь, что я сегодня не ко двору, мои взгляды известны "старшим товарищам" по ремеслу, и у них есть основания полагать, что я из другой стаи.

– И что ты думаешь делать?

– Уходить, пока есть возможность уйти спокойно.

– Куда?

Кушкин хмуро посмотрел на Настю:

– Зачем тебе это знать, Соболева? Очередную статейку тиснуть о неудачнике-майоре?

– Дурак ты, Миша, - спокойно ответила Настя.
– Я ведь с тобой почти сроднилась это время. Разве что не спала, - заулыбалась она.

Кушкин тоже улыбнулся:

– Приказа такого не было... Да и вообще, когда воюют полковники, майорам лучше отсидеться в тени.

– Не хами, Миша. У нас серьезный разговор. На мой вопрос ты пока не ответил.

– Некуда мне уходить. В охранные фирмы, куда сейчас многие из наших подались, не хочу - не хватало ещё новых толстопузых охранять. А так... Куда?

– От вас как уходят?
– поинтересовалась Настя.

– Очень просто. Пишут рапорт, заполняют некоторые бумажки - и скатертью дорога.

– Тебя будут задерживать, уговаривать, чтобы остался?

– Думаю, что нет. Скорее всего, обрадуются.

– Тогда вот какое у меня предложение, Михаил Иванович...
– Настя говорила уже очень официально.
– Переходи работать ко мне, точнее на меня. Я начинаю новое дело, очень большое, и ты станешь в нем важной фигурой, поскольку в твоей порядочности я убедилась и доверяю полностью. Когда дело мое появится, тогда и определим, как будет называться твоя должность. А пока создавать его, регистрировать, преодолевать бюрократические барьеры будем вместе.

– Дело чистое?
– поинтересовался Кушкин.

– Абсолютно.

– А то ко мне подкатывалась уже братва из какой-то группировки, не понял, какой...

– Нет, у меня все будет серьезно и, я бы сказала, открыто. Но побороться придется немало, я это знаю... Ты из непонятной мне скромности не спрашиваешь, на какую зарплату я тебя зову. Пока дело не откроем, я сама будут платить тебе ровно столько, сколько ты имеешь. А потом определимся... Обижен не будешь. Еще один вопрос... Кто твоя жена?

– Развелся несколько лет назад, хотя у нас это и не поощряется.

– Возлюбленная есть?

– Пока нет. Правда...
– Кушкин замялся.

– Что? Выкладывай до конца, - потребовала Настя.

– Я без тебя два-три раза встречался с твоей подругой Ниной. Очень чистая, не по нашему клепаному времени наивная девушка...

Настя едва не поперхнулась от изумления. "Ай, да Нинка, - подумала весело.
– Ай да стерва! Изобразила из себя наивную, шалава!"

– Ладно, это дело твое, Михаил Иванович.
– Так как мое предложение?

– Как мне тебя теперь называть? Босс? Леди? Леди-босс?
– улыбнулся Кушкин.

– Значит, согласен... Завтра и начнем боевые действия. И вот мои первые пожелания, Михаил Иванович: снять с меня то ли слежку, то ли охрану, освободить от прослушивания телефонов - в кабинете и на квартире. Повод простой: это были распоряжения полковника Строева, он их в новых условиях не подтвердил. Нет ведь?

– Нет.

– Сделай это и лишь после этого пиши рапорт об уходе в запас. Когда сможешь сделать?

– Завтра с утра. Официально: доклад моему непосредственному начальнику, его распоряжение. А он при имени полковника Строева на стенку лезет...

– Ну, это уже ваши внутренние игры, - рассудительно сказала Настя. Как только отключишь прослушивание, прошу ко мне на квартиру, будем намечать план действий. На работе у меня ты - с завтрашнего дня.

Жизнь - борьба?

Настя не ошиблась в Кушкине. Он в несколько дней официально решил все проблемы с наследством - Настя выдала ему доверенность, дающую право представлять её интересы. Она позвонила президенту "своего" банка в Швейцарии и в тот же день получила факс, удостоверяющий сумму наследства, естественно, его первоначальную цифру. Копию завещания тетки, заверенную конторой господина Рамю, Настя сделала ещё в Швейцарии. Пробовалось множество других справок и документов, и Кушкин собрал их мгновенно. Похоже, ему здорово помогало удостоверение сотрудника спецслужбы, которое он пока не сдал, и обаятельная улыбка. Он показывал свое удостоверение и представлялся: "Доверенное лицо госпожи Соболевой... Да, да, той самой... Вы, конечно, читали о ней"... После этого извлекал из "дипломата" альбом с вырезками о Насте в зарубежной и родной отечественной прессе.