Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму
Шрифт:
Удар!
Я первым пошёл на сближение, перехватывая инициативу. Рискуя и намеренно подставляясь.
Под рукавом на левой руке я спрятал наруч со щитком. Планировал принять на него скользящий удар сабли, уводя её в сторону, и рубануть в ответ. Но Рэми не купился. Заблокировал атаку вместо того, чтобы воспользоваться иллюзией ошибки и открыться.
Снизу что-то взорвалось… Послышался грохот и рёв, но Мигель не дрогнул. Будто ждал этого.
Только белки его глаз вдруг стали серебристо-серыми, напоминая лезвие сабли. А радужка теперь отливала алым. И я внезапно вспомнил слова Чезаре.
Мастер Стальной крови… Зря я не уточнил, что это значит.
Раздался новый взрыв и повалил дым. Сражение внизу набирало обороты, но взгляд Рэми оставался ледяным. Он… знал о моём замысле?!
— Твои люди окружены и скоро подохнут, — в мыслях раздался голос Чезаре, — похоже, доверчивый идиот здесь только один. И это не Рэми!
Рывок!
Мигель вновь пошёл в наступление, нанося удар за ударом и оттесняя меня к краю. Он сражался как одержимый, но для меня бой потерял всякий смысл. Теперь неважно, выиграю или проиграю. Даже если убью Мигеля, живым мне не уйти.
В мыслях раздался тихий смех Чезаре.
— Ты всё знал?!
— Подлость срабатывает лишь раз, когда противник не знает, с какой тварью имеет дело. А твоя репутация бежала впереди армии.
Удар!
Рэми уклонился от моей атаки, заходя под меч. Я неловко увернулся, но враг оказался быстрее. Сабля чиркнула по моим ребрам, рассекая кожаный доспех.
Бок обожгло болью и хлынула кровь. Я рванул в сторону и взмахнул мечом, пытаясь увеличить дистанцию. Теперь я мог держать его только одной рукой.
Мне не победить…
— Чезаре, ублюдок! Спаси меня и моих командиров! — зарычал я, с трудом сдерживая атаки Рэми.
— Разве так просят о помощи?
Мигель ударил снова, я чудом заблокировал атаку и рубанул в ответ. Дракон успел отпрыгнуть, но пошатнулся, едва не потеряв равновесие. Я тут же замахнулся вновь, нанося прямой удар сверху.
Мигель выставил саблю, частично заблокировав чудовищный выпад.
Из-за раны мне не хватило сил, чтобы проломить оборону. Пришлось отступить, но и Рэми едва держался.
Раненый бок кровил все сильнее, и я не понимал, почему он ещё не потерял сознание. Глаза дракона светились серебряным маревом и на коже мерцала металлическая чешуя.
Магия Мастера. Значит дело в ней. Без неё он бы давно сдох.
— Чезаре! Тебе же нужен контракт! — заорал я. — Спаси меня и моих людей…
Я отскочил вбок и перед глазами потемнело. Я чудом не упал, поскользнувшись на собственной крови.
А Рэми впал в ярость берсерка, атакуя вновь и вновь…
— Чезаре-е-е-е!
— Клянешься заключить контракт?
Тварь! Нашёл время шантажировать.
Я резко рванул вперёд, воспользовавшись тем, что Рэми открылся.
Сам убью его! Удар!
Дракон увернулся! Совершив немыслимый для раненого рывок, вновь проскользнув под мечом. Я отбросил оружие, пытаясь уйти в сторону, но сабля, нацеленная в моё горло, резанула по лицу.
Острие вошло в левую глазницу. Меня ослепила дикая боль…
— Согласен! — заорал, падая на спину и призывая духа из последних сил. — На всё согласен!
Вспышка!
Ровно за миг до того, как Рэми нанёс последний удар, я провалился в чернильное марево теневого портала.
Дорога Мёртвых — единственный аркан, запечатать который не могла даже антимагия.
Вдруг я услышал раскатистый смех Чезаре и жуткие, кабальные условия контракта. Они за секунду пронеслись в мыслях, впечатываясь в мозг раскаленными иглами…
— Ты… мразь! Условия…
— Сюрпри-и-из! — оскалился дух. — Хорошие условия предлагают победителям. А для неудачников действует другой пакет, Лейк. Добро пожаловать в Бездну!
Чезаре залился хохотом, оплетая меня узами контракта. Тело пронзила боль. Дикая, чудовищная, в сотню раз превосходящая любые пытки…
ГЛАВА 14.7
Не знаю, сколько это длилось. Кажется, вечность…
В какой-то момент я просто растворился в этом кошмаре. Боль стала частью меня, я перестал воспринимать её. Она заполнила меня без остатка и внезапно… погасла.
Чезаре вдруг прекратил издеваться, словно потерял к этому интерес.
— Ты… — просипел я из последних сил.
Рана горела. Уже не так сильно, но татуировка с регенерирующим плетением не спасала, хотя я слышал её магию. Здесь она работала, ведь купол Рэми утратил силу. Только кровь не останавливалась…
— Всё равно не видишь дальше своего носа. Одного глаза тебе будет достаточно.
Чезаре подошёл ближе, но я видел только носки его сапог. Поднять голову не получалось из-за дикой слабости и боли.
— Не волнуйся, ты не сдохнешь. Контракт заключен, поэтому я спасу твою ничтожную шкуру, — с насмешкой продолжил дух.
Я нашёл в себе силы подняться на одно колено и вскинуть голову. Хотел посмотреть в глаза этой лживой мрази.
— Это и был твой план?!
— Твоё поражение? Нет, что ты! Это был не план, а очевидность, — рассмеялся дух. — Я предупреждал, я говорил тебе отступить, но разве ты слушал? Тебе плевать на то, сколько людей погибло, Лейк. Ты засуетился, когда твой хвост начал гореть. Кстати, я спас останки твоей армии.
— Ты хотел сказать остатки? — зарычал я.
— М-м-м… нет. А, впрочем, какая разница? Ты же всё равно никем не дорожишь.
Я зло сцепил зубы. Кровь едва остановилась, мне нельзя нервничать и лучше поменьше двигать лицом. Сабля Рэми прошлась по челюсти и острие вошло в глазницу. Левый глаз не спасёт ни один целитель. Но, возможно, я смогу “собрать” лицо…
— Знаешь, кое в чём ты всё же уникален, — дух неожиданно опустился на одно колено и я с шумом втянул воздух, отстраняясь от него. Только не удержал равновесие и завалился на бок.
Кожа Чезаре стала серой, покрытой трещинами и жуткими язвами. Лицо теперь напоминало череп с горящими глазницами и жуткой клыкастой пастью.