Чтение онлайн

На ней имелось пять звезд, и гербы. Звезды имели различную окраску и контуры. Я не смог бы разобраться в этих символах сам. Надо было посоветоваться с Колири — она могла расшифровать эту карту, и, зажав свиток в зубах, что было весьма неудобно, я выпрыгнул в узкий проем окна.

Приземлившись на четыре лапы за воротами, я превратился в человека и, засунув карты за пазуху, быстро направился к друзьям. Все по очереди долго разглядывали карту.

— Если я правильно понимаю, — сказала Колири, — звезды означают королевства. Кот и два скрещенных меча изображены на гербе Ликасии, лев в треугольнике — герб моего дома, — тихо прошептала Колири, — два орла символ королевства Краберия. Так, где же находится этот самый тайник?

— Я все поняла, — прошептала принцесса, — звезды — они означают не королевства, а монастыри. У каждого святого была своя звезда. Эта синяя звезда посвящена Еллене, ее монастырь находился в Ликасии, эта желтая звезда с двойным контуром принадлежит Ольриху, и находится в Аламерии, черная звезда в круге, — я не помню святого, но его монастырь в Аламерии, а вот эта белая…. кажется, в Краберии был такой святой.

— А пунцовая?

— В Ликасии, как будто, но монастырь уже давно занят военными, он служит теперь крепостью.

— Но получается, что здесь нет указаний на монастырь, из которого мы вас вытащили.

— Получается что так, его звезда розовая с восемью лучами, а такой здесь нет. Видимо, сокровища находятся в другом месте.

— Если эта карта, вообще, имеет к ним отношение.

— Есть ли там такие же монастыри теперь? — спросил я.

— Там были монастыри в прежние времена, когда все страны Камбирры поклонялись одному богу, — сказала Колири. Но я знаю, что в Ликасии многие монастыри разрушены, в Краберии заняты другими конфессиями, а в Аламерии мне появляться, вообще, не следует.

— Значит надо побывать в двух ликасийских монастырях, два интересных нам объекта находятся в вашей родной Аламерии, и один к Краберии.

— Именно так, если я все верно вспомнила.

— И где должно быть это сокровище, любопытно. Вы знаете, как туда добраться?

— Весьма приблизительно, я точно знаю, где находится монастырь Еллены, во время одной из прогулок Феодоро показывал мне его развалины, там кое-что еще осталось.

— Надо побывать во всех этих местах. Где точно мы будем искать? Мало прийти в монастырь, надо знать точное место, где лежат сокровища.

— Я знаю, что вигилийцы прятали самые ценные вещи под огромными камнями или под могильными плитами в усыпальницах, в подземельях.

— Но этих обозначений на карте недостаточно, чтобы искать сокровища. Тот, кто составлял карту, должен был позаботиться о том, чтобы ее поняли и спустя много лет.

— Возможно, сестры предают эту тайну устно, из поколения в поколение. Расскажите подробно об уставе монастыря, чем они живут, чем занимаются?

— Они молятся, работают, и, в общем все.

— Никаких радостей жизни, — усмехнулся Задира.

— Я ничего интересного в их существовании не заметила. Наверное, потому что не искала.

— Придется действовать методом тыка, опираясь на то, что вигилийцы ценили своих мертвецов, и существует вероятность, что ценности находятся либо в могиле, либо где-то поблизости. Только мне одно непонятно, почему сестры, зная о кладе, сами до сих пор не воспользовались этой картой?

— Значит, первый и самый ближайший к нам монастырь Еллены. Он находится на землях графа Феодоро, неподалеку от одного из его замков. Как мы будем до него добираться?

— Мы с тобой, Задира, можем спокойно передвигаться по землям этого королевства, а вот красавица Колири — слишком заметная персона и сразу обратит на себя внимание. Я уверен, что ее ищут.

— Чего мы все время мучаемся! — воскликнул Задира, хлопнув себя по макушке, — у нас же есть этот драконий зуб. Пусть Колири обратится в какое-нибудь милое существо на время и поедет с нами не вызывая никаких подозрений.

— Какое — милое существо? — спросила Колири.

— Ну, например ласточку!

— Хм!

— А что! Ласточка — это мило, — сказал я.

— Хорошо, ласточка так ласточка, но если мне не понравится, то пеняйте оба на себя, расколдуете меня немедленно.

Итак, принцесса наша превратилась в ласточку и порхала рядом с нами, описывая красивые круги.

— Слушай, Льен, а ястреб ее…

— Помолчи, Задира, вечно ты со своим пессимизмом!

Мы поехали, согласно указаниям нашей красавицы и поскольку она могла теперь созерцать наш бренный мир с большой высоты, то ей было легко руководить нами, исследуя дорогу, по которой мы ехали.

Через два дня мы добрались до заброшенного монастыря Еллены. Его почти разобрали на камни, для крепостной стены замка графа Феодоро, мы находись вблизи от него и, если бы наша Колири не обратилась в птичку, то ее уже много раз могли схватить люди лорда. Нас несколько раз останавливали на дороге и спрашивали о девушке с такими же, как у нее приметами.

И вот, мы добрались до развалин монастыря Еллены. Он практически зарос дикой травой по пояс. Ласточка облетела эти развалины и приземлилась рядом с нами, снова став девушкой, самой милой на свете.

— Как вам, ваше высочество, сладостное чувство полета? — спросил я ее.

У нее горели глаза, и она раскраснелась.

— Это здорово! Восхитительно!

— Я и не ожидал от вас ничего другого услышать.

От монастыря осталось несколько разрозненных каменных помещений. На дверях висели замки с печатью графа.

— Интересно, что там хранится?

Я встал на плечи Задире и посмотрел в узкое окошко.

— Дрова!

В другом здании был уголь! А вот в третьем находись усыпальница. Наверное, Феодоро не хватило дерзости разобрать эти стены на свои нужды, побоялся тревожить кости далеких предков.

— Надо посмотреть внутри усыпальницы.

— Но как мы войдем?

— Будем сбивать замок, — сказал я, — и ломать дверь.

— Не надо ломать, — возразил Задира, — ваше высочество, есть ли у вас обыкновенная шпилька?

— Зачем вам она нужна? — смутилась Колири. — Вот, держите!

Она выдернула из своей прически тонкую шпильку и отдала ее Задире. Он согнул ее и просунул в скважину, покрутил там немного и открыл замок.

— Это простейшее устройство, — довольно сказал он.