Чтение онлайн

Рагнар Де Калиар

Дом оживал на глазах, слуги сновали как пчелы приводя в порядок башню брата. Вычищали все углы, перетряхивали гобелены и вещи, проверяли светильники. Это были приятные хлопоты. Леон возвращался и даже пообещал задержаться на пару месяцев. Отец и матушка не скрывали своей радости, родня, узнавая о новостях, отписывалась о своем прибытии, и в доме так же готовили гостевые комнаты. Сидя за столом и прислушиваясь к домашней беготне, поймал себя на мысли, что улыбаюсь.

Постучавшись в кабинет, заглянул Нолан и, заметив, что я не занят, попросил разрешения войти. Я просто раскрыл руки для объятья сыну, и мальчик, распахнув дверь, бросился ко мне.

– Папа, ты слышал? Дядя приезжает! – восторженно прошептал, осторожно усевшись на здоровую ногу.

– По-моему об этом уже даже на побережье услышали, — заметил я, потрепав его по голове. – Долго до тебя новости доходят.

– Это всё мастер Глед виноват. Не выпускал меня из класса, пока я не напишу сочинение.

– О чем писал?

– О разнице между гордостью и достоинством.

– И как?

– Вроде справился…

– Вроде?

– Я справился, папа. Я написал всё, что знал.

– Хочу почитать, что ты написал.

– Пап, дядя приезжает, а ты с уроками.

– Хорошо, почитаем с ним вместе.

– Что?! С дядей?! Э-э, — Нолан сполз с моих колен и, обняв, сообщил, что у него дела, и бросился к двери, где столкнулся с герцогом. Извинившись и почтительно поприветствовав старшего, сын рванул в классную комнату, а отец, удивленно проводив его взглядом, поинтересовался.

– Куда это он?

– Думаю, дописывать сочинение. Пообещал, что почитаем его вместе с Леоном, – усмехнулся я, поднимаясь. Перехватил трость, чтобы удобней было вытащить ноющую ногу, но отец недовольно хмыкнул, быстро сел напротив меня, заставляя ментальной волной болезненно плюхнуться на место.

– Рагнар, ты хозяин в этом кабинете, хватит уже себя мучить.

– Ты старший в этом доме, отец, это дань уважения к твоему главенству.

– Я пришел поговорить именно об этом.

– Леон будет злиться, — заметил я, понимая, о чем пойдет разговор.

Прошло около десяти лет с моего ранения. Поначалу казалось, что раз скверну убрали, я смогу полностью оправиться, и хоть тело постепенно восстанавливалось, моя сила мне больше не подчинялась, а после рождения Нолана у меня стали происходить приступы. Сильная боль сжимала все тело, перекрывая кислород в легкие, и только постоянное дежурство рядом со мной целителей давало надежду, что я переживу очередные судороги. Самое ужасное произошло четыре месяца назад, когда такой же приступ скрутил Нолана. Его видели многие, и значит, в его здоровье и силе засомневались. Пошли разговоры, что, как наследник, он уже не подходит, и я ждал, когда отец придет и заговорит о наследии.

Сомнений в смене наследника у меня не было, я переживал лишь, что оказался не способен поддержать свой род и семью, но брат… Леон изначально был против смены наследника. Он верно служил на родовых ритуалах, подпитывая своей силой семейные артефакты защиты, но каждый раз напоминал, что он выступает от моего имени, и семья мирилась до приступа Нолана. Леон знал об этом, но только побеспокоился о самочувствии племянника и прислал несколько дорогих целебных настоев, от которых Нолан уже на следующий день забыл о боли. Но если приступ повторится…

Приход отца говорил сейчас, что семья решила не ждать, и я буду должен сам снять с себя полномочия, и Леону придется встать за плечом отца в роли наследника. Тяжело вздохнув, отец кивнул.

– Он не просто будет злиться. Он тут разнесет всех и вся.

– Зная это, хочешь что-то предложить?

– Нет, — отец нахмурился, — я к тебе за советом пришел. Леон возвращается, и усмирить его сможешь только ты.

– А мама?

– После того, как она послала ему парочку наложниц, они не разговаривают.

– И кто кого игнорирует?

– А то ты не знаешь? Мама, конечно, а Леон только и рад. Но если она вмешается в это дело, ничто не помешает ему ответить ей тем же. Начинать возвращение Леона со скандала совсем не хочу, вот и пришел к тебе. Он уважает твое мнение, и спорить с тобой не будет. Рагнар… я…

– Все в порядке, отец. Я понимаю. С таким изъяном я ослаблю род и заставлю людей сомневаться в нашей силе. Я поговорю с Леоном сам. Скажу, что сниму с себя полномочия после празднования десятилетия правления Ариана.

Отец нахмурился и помрачнел. Я надеялся, мои слова, наоборот, его успокоят, но отец расстроился еще больше. Поднявшись, он заложил руки за спину и, подойдя к окну, уставился во двор.

– Когда ты родился, на всех башнях подняли флаги, люди прибывали целыми поселениями, и вокруг нашего замка не было видно земли. Ты был таким крохой, что твой дед боялся брать тебя на руки, но твой крик разнесся над головами людей, и его услышали все. Люди закричали, славили наш род, твоя мама испугалась, что ты заплачешь, а ты только довольно улыбался, слыша этот шум. Я тогда испытал такую гордость за тебя, своего сына…, и она нисколько не уменьшилась, а с каждым годом становится только больше…

– Я знаю, папа. И моя гордость принадлежать роду Де Калиаров не меньше. Я только жалею, что подвел всех…

– Не смей! – отец резко обернулся. – Не смей говорить такое! Каждый из нас знал, что ты перенес. И в каждом доме нашей семьи и рода все возносили хвалу великомученикам, что ты выжил… Если ты говоришь, что подвел нас… То, как мне пережить, что я подвел тебя? Прихожу, мямлю неразумное, понимая, что не сберег своего сына и внука.
– Слезы стекали по щекам отца и прятались в его бороде.
– Я… - голос отца сорвался.

– А я помню, как родился Нолан, – заметил я, отворачиваясь и разглядывая портрет жены с сыном, что висел напротив стола. – Ночь, ливень, грохот.

– Да, — отец хмыкнул, понимая и поддерживая мой настрой. – Мы не сразу сообразили, что это в ворота стучат.

– Ох, Леон и злился тогда.

– И не говори, думал, надо будет родовую защиту активировать, чтоб из него демон не вылез.

– Зато помнишь, как он замер, когда ему дали подержать Нолана.

– Да. Когда рождается новый член семьи, это ощущают все. Но когда родился твой сын… Это чувство было очень сильное, словно вы двойню на свет произвели.