Чтение онлайн

– У него уже была женщина в эту Гусеницу, - все племя видело, что происходило, но именно Сойла должна была придти на помощь.

– Что?..
– томно переспросила Элоиз.

– У этого мужчины уже была женщина в эту Гусеницу, - терпеливо повторила Сойла и улыбнулась.
– Мужчина ведь не может иметь две случки так часто.

– Часто?..
– человекопаук медленно перевел взор на девушку.
– Степные мужчины не могут иметь случек так часто? Когда он сможет?

– На следующем празднике Гусеницы, - подсказала тут же оказавшаяся рядом Тина.
– Вы сделали это, Сойла?.. Ты должна была сказать мне, позвать меня!

– Вы странное племя...
– Элоиз была как бы в растерянности и нерешительно оглянулась.

Несколько охотников выпрямили спины, позади них Питти как всегда смотрел в другую сторону. Прямой как палка Даг подошел, набычившись:

– Я мог бы попробовать... Правда, я уже не молод... Но я мог бы попробовать. Только лучше, если ты будешь лежать на спине, сзади я могу не достать, ты слишком высокая.

– Уйди, дурак, - девушка медленно поднялась, потянулась и вдруг нечеловечески стремительно подбежала к Элю.
– Ты. Тогда ты будешь со мной. Ты можешь?

Эль и ответить ничего не успел, как Питти железной рукой подтолкнул его вперед, прямо в железные объятия Элоиз. Существо, носившее это имя, нагнулось и поцеловало степняка в лоб:

– Я буду нежной... Идем. Не ходите за нами!

За своей спиной увлекаемый прочь от костра Эль услышал короткий смешок Питти и запоздалую реакцию Дага: "Какой же я дурак? Я не дурак, я помочь хотел..."

6

Питти колебался. С одной стороны, духи недвусмысленно указывали на общность девушки с пауками, а здесь, в Степи, это ничего хорошего принести не могло. В то же время совет-то они давали один: "Пригнись!" Как быть?

– Понимаешь, она какая-то очень странная...
– Клас нервничал, то и дело поглядывая на удалившуюся пару, которая легла на траву в полусотне шагов от них.
– Я боюсь за Эля. Наши женщины так себя не ведут и вообще...

– Все женщины так себя ведут, - хмыкнул Питти.
– когда у них нет другого выхода. Она здорово изменилась, ты заметил?

Пожиратели Гусениц вновь собрались у костра и совершенно не обращали внимания на происходящее. Конечно, такой тон задавали Тина и Даг.

– Ну не сожрет же она твоего брата?
– нож шамана то вылетал на свет, то вновь скрывался в ножнах с какой-то фантастической быстротой.
– А ты не хотел с ней пойти? Совсем?

– Хотел, конечно, но...
– Клас развел руками.
– Но как? И зачем? А разве у других племен бывает иначе?

– Бывает и иначе...
– Питти перестал играть с ножом и быстро взглянул в сторону любовников.
– Как ты думаешь, она все же начала его есть?

Такого Клас не видел еще никогда: Элоиз опустилась перед лежащим на спине Элем и пожирала его член. Юноша рванулся на помощь брату, но был остановлен шаманом:

– У других племен бывает по-всякому. Стой и наблюдай, но я думаю, что серьезного вреда она ему не причинит. Разве только задушит в объятиях, - Питти зевнул в сторону заходящего солнца и негромко добавил: - Завтра я ухожу. Очень надеюсь, что ты пойдешь со мной. Твой брат тоже получает приглашение, но - без жены. Ты меня понимаешь?..

– Нет, - честно ответил Клас, да Питти уже отошел, явно собираясь подыскать себе место для ночлега.

1

Человекопаук играл с Элем, как могла бы играть кошка с мышью - давно забытые на Земле животные. Охотник и сам это понимал, но сделать не мог совершенно ничего. Ее плоть привлекала, в то же время испуг не позволял по-настоящему пожелать.

Сначала Эль был уверен, что из затеи Элоиз и вовсе ничего не выйдет, и все складывалось именно так: степняк просто был не готов к соитию. Успокоенный этой мыслью, он с удовольствие припал к большой женщине, в полной мере ощутив всю радость прикосновения к ней. "Мясо!" - думалось ему время от времени, и в этом был высший степной эротизм, ведь пища давала Пожирателям Гусениц не только жизнь, но и праздник, и опьянение. Иногда он вдруг спохватывался и проверял рукой - а не собрался ли его организм ответить Элоиз полной взаимностью? И каждый раз успокаивался: нет.

Но успокаивался совершенно зря, девушка хоть и не могла считаться искусной в любви, однако простым вещам была обучена с юности. В тот момент, когда Клас ужаснулся плотоядному поступку Элоиз, охотник испытал ужас еще больший. "Мясо!.." - только и подумал Эль с совершенно уже другой интонацией и прикрыл глаза: - "Ей тоже нужно мясо, много свежего мяса..." Плотно прижатый к траве ее телом, щуплый степняк и не надеялся на спасение.

То, что стало происходить дальше, заставило его не только открыть, но просто вытаращить глаза. А ошеломленный Клас, только что собиравшийся броситься брату на выручку, увидел, как выражение ужаса сменяется на лице Эля выражением крайнего изумления, а потом - восторга. Веснушчатый степняк оперся на локти и, покрутив головой, увидел своего разучившегося говорить братишку. Но язык сейчас и не требовался: широко улыбаясь, Эль помахал Класу рукой.

Юноша помахал в ответ и отвернулся - хотя и степняков и не очень развиты понятия "прилично" и "неприлично", но нарушение вполне стандартной процедуры случки вызывало внутренний протест. Клас сделал пару шагов и наткнулся на Стэфи, тоже внимательно наблюдающего за парочкой, точнее сказать - подглядывающего, ведь смотреть Элоиз запретила.

– Он очень странная. Да, Клас?
– спросил Стэфи на столь легко усваиваемом языке.

– Она пришлая. Чужая.
– Почему-то Класу захотелось сесть прямо перед Стэфи, чтобы загородить собой происходящее.
– Кругом, оказывается, так много народов... Не спроста мне снились странные сны.

– А что в них было?

– Много всего, малыш. И пауки, которые не боги, и Степь, которая не весь мир... Надо было мне рассказать про это.

– Никто бы не поверил, - сказал не по годам рассудительный малыш.
– Мы ведь не знали, что вокруг столько всего. Как хорошо, что ты вернулся... Мне теперь есть с кем поговорить, а то Тина совсем перестала обращать на меня внимание, и Ма больше нет.

Охотник вспомнил о приглашении Питти. Как же он может уйти из племени без Стэфи?.. А Сойла - вдруг она понесет и ей придется идти за племенем одной, кто ей тогда поможет? Хотя, надо ли теперь, когда они знают, что вместо богов по небу летают пауки, изгонять беременных женщин из племени?.. Никто, наверное, и не думал об этом. Да и кому думать, если Клас уйдет - Дагу?

– Мне наша жизнь кажется такой скучной...
– прервал размышления охотника мальчик.
– Элоиз много рассказывала, я все-все запомнил! Про город, про дома, про море... И буквы - это такие рисунки, которыми можно нарисовать все что хочешь, даже мое имя!

– Имя нельзя нарисовать, - усмехнулся Клас.
– Имена ничего не озачают, так повелось. И кстати я не понял половины твоих слов - ты смешиваешь два языка. Эх, Стэфи, что бы я без тебя делал... Завтра Питти уйдет и ты станешь моим единственным переводчиком.

– Куда уйдет Питти?
– подскочил любопытный малыш.
– В город?

– Не знаю. Я вообще не знаю, что такое "город" и не знаю, куда идет шаман. Нам этого знать ни к чему, Стэфи, наше дело - охота на Гусениц.

– А я бы так хотел пойти с ним... И с тобой. Да он и не возьмет меня одного, не поверит, что я с такой ногой смогу долго идти...

Клас подумал о далеких, незнакомых местах. Они так звали к себе... Но с другой стороны звали Сойла и родное племя. Нужно быть с ними, быть с ними до конца. Охотник вздохнул. Скучная жизнь. Может быть, не очень долгая, но очень скучная жизнь.