ЖАНРЫ

Путь разума в поисках истины. Основное богословие

Осипов Алексей Ильич

Шрифт:

Ветхозаветное Откровение, особенно в своих нравственных и обрядовых предписаниях, было этнически ограниченным. Оно было дано на языке и в формах, соответствующих психологии еврейского народа, с учетом его духовных, моральных, интеллектуальных, эстетических возможностей. Иисус Христос объяснил, почему Израилю был дан несовершенный закон, когда отвечал фарисеям на вопрос: позволительно ли разводиться мужу с женой. Иисус сказал им в ответ:

«По жестокосердию вашему он (Моисей) написал вам эту заповедь; в начале же создания, Бог мужчину и женщину сотворил их… Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает»

(Мк. 10; 2, 5, 6, 9). По этой же причине Иисус Христос решительно изменил ветхозаветный принцип отношений между людьми, действующий по закону нации, веры и пола, и поставил во главу угла любовь к каждому человеку (см. Мф. 5, 20-48), объявив его всегда ближним для христианина (Лк. 10, 29-37).

Специфика Новозаветного Откровения заключается в том, что оно не ориентировано на какой-либо отдельный народ, но имеет универсальный характер и основные его истины не имеют прецедентов в истории человеческой мысли. Апостол Павел писал:

«Мы проповедуем Христа распятого, для иудеев соблазн, а для эллинов безумие»

(1 Кор. 1, 23). Действительно, с точки зрения т. н. здравого рассудка, и иудеям, ожидавшим Христа в качестве своего властителя мира, и язычникам, жаждущим императора, дающего вдоволь «хлеба и зрелищ», было безумно, нелепо, психологически невозможно представить себе Спасителем бездомного, униженного, оплеванного, распятого, как злостного преступника, Иисуса из Назарета.

Тот же логически невыводимый из каких-либо философских или естественно-религиозных предпосылок характер имеют и все основные христианские богооткровенные истины: триипостасность Бога при Его единстве, вечность соединения во Христе божественной и человеческой природ в тайне Боговоплощения, Его Воскресение, всеобщее воскресение и др.

Религии Откровения, таким образом, восходят в своих основах к прамонотеизму перворелигии, хотя, как это имеет место в христианстве, существенно дополняют его.

§ 9. Не все то религия, что кажется таковой

Важно отметить, что при всем многообразии религий любое учение, хотя бы и содержащее некоторые из основополагающих истин и признаков религии, но отвергающее другие, не может рассматриваться как вполне религиозное. Таковых псевдорелигий много. В некоторых из них за религиозной внешностью скрывается настоящий материализм и атеизм. В других подчеркнутый мистицизм сопряжен с сознательным и откровенным богоборчеством.

Вот два ярких примера. Первый — иудейское учение саддукеев, которые

«говорят, что нет воскресения, ни ангела, ни духа»

(Деян. 23, 8), т. е. отрицают важнейшие истины: существование духовного мира, души человека, вечность жизни. Это учение при полном соблюдении культа ветхозаветной религии является очевидным материализмом.

Другой пример — сатанизм, который не отрицает бытие Бога, души, духов, но который проповедует ненависть ко всякому добру, правде, красоте, истине, исполнен непримиримой вражды ко всему живущему, к человеку, к Богу. Сатанизм, таким образом, — это откровенная идеология преступности во всех сферах человеческой жизнедеятельности, но совсем не религия.

Необходимо также иметь в виду, что религия, в действительном смысле этого слова, не имеет, в принципе, ничего общего и с такими широко известными теперь явлениями, как экстрасенсорика, рерихианство, сайентология и другие единодуховные им псевдорелигиозные учения, рекламируемые сейчас всеми средствами массовой информации. Религия — это и не особый вид лечения человека от заболеваний физических, нервных, психических и т. д. Ее цель исцелить его от нравственных и духовных недугов (страстей), которые являются причинами всех бед человеческих.

Эти примеры наглядно показывают, насколько не простым часто является вопрос о религии и ее распознании среди многочисленных мировоззренческих разветвлений.

Поэтому важно рассмотреть некоторые из наиболее известных систем мысли, в которых идея Бога хотя и присутствует, но тем не менее религиозного характера не носит.

Глава III.

НЕРЕЛИГИОЗНЫЕ СИСТЕМЫ МЫСЛИ

Как уже было отмечено выше, религиозным может быть названо лишь то мировоззрение, которое не просто принимает существование Бога, но и утверждает возможность и необходимость для человека общения с Богом через молитву, богослужение, культ в целом. Иначе в лучшем случае оно будет религиозной философией, в худшем — сатанизмом. Поэтому выяснение существа религии может оказаться недостаточным без указания хотя бы на некоторые из тех основных направлений мысли, которые, принимая идею Бога, тем не менее не являются религиозными.

В связи с этим рассмотрим, с одной стороны, религиозно-философские воззрения, центральным пунктом которых является учение о Боге в Его отношении к миру (и человеку): деизм, пантеизм и теизм; с другой — те, в которых особенно отчетливо выражены наиболее распространенные ошибки в понимании существа религии; это воззрения известных германских философов: Канта, Гегеля, Шлейермахера.

§ 1. Деизм. Пантеизм. Теизм

1.Деизм (от лат. deus — бог). Это религиозно-философское направление возникло в Англии в XVII веке, но получило особое распространение в Европе в следующем столетии. Термин «деизм» происходит от латинского слова Deus — Бог. Деизм признает Бога, но рассматривает Его лишь как Творца мира (и человека) и его законов. Бог полностью трансцендентен (от лат. transcendere — выходить за пределы чего-либо) человеку, т. е. абсолютно непостижим и недоступен ему. Деизм утверждает, что и со стороны Бога невозможны какие-либо Откровения, дарование помощи и средств спасения человеку, какой-либо промысл о нем.

Сотворенный мир, по деистическому воззрению, подобен совершенному часовому механизму, сделав который, мастер предоставил его самому себе. Человек поэтому абсолютно автономен. Для его не только телесной, но и духовной жизни не требуется никакого общения с Богом, не требуется ни молитв, ни богослужений, ни таинств и т. д. То есть религия со всеми ее догматами, заповедями и установлениями оказывается ненужной и даже бессмысленной. Излишней и вредной, естественно, является и Церковь.

Так, признавая, по-видимому, Бога, деизм полностью отверг Его необходимость для человека. Весь грандиозный религиозный опыт человечества перечеркнут чисто волюнтаристским его отрицанием. Это уже радикальный шаг на пути к прямому богоборчеству. Не случайно из уст деиста Вольтера прозвучал столь кощунственный в отношении католической церкви призыв: «Раздави гадину!»

Деизм — не случайный плод праздной мысли. Психологические корни его совечны первому человеку, возмечтавшему стать «как Бог» без Бога, против Бога и начавшему «новую жизнь» (смерть) в «новом» мире. Эта наследственная «самость» и полное атрофирование духовной стороны жизни и породили множество тяжелейших аберраций человеческого ума и сердца: деизм, атеизм, материализм, сатанизм…

2. Пантеизм (от греческого слова παν — все; и ο Θεός — Бог) — направление, по своей духовной сущности родственное деизму. Пантеизм имеет большую историю и множество разновидностей. Существо его состоит в том, что Бог у него сливается, отождествляется с человеком, с миром. Бог в пантеизме не может мыслиться Сам по Себе, отдельно от мира. Бог полностью имманентен (от лат. immanens — присущий чему-либо) миру. Личного Бога не существует. Еврейский философ Спиноза († 1677 г.) выразил это положение в лаконичной формуле: «Бог есть природа» (Deus sive natura).

Пантеизм как религиозно-философское направление особенно присущ индийским системам мысли. Там он существует уже тысячелетия. На Западе пантеизм принимал различные формы у разных мыслителей (например, у Спинозы, Гегеля, Шлейермахера). В России его плоско, примитивно развивал Лев Толстой. Так, на место Бога он поставил «разумение жизни», которое есть любовь; религиозная жизнь — это жизнь, благо которой состоит в подавлении в себе «животной личности», «в благе других и в страданиях за это благо». Живущий так имеет в себе Бога и является «сыном Божиим» так же, как и Христос. Смерть возвращает «сына Божия» в лоно Отца — Бога, в котором сын и исчезает, как в общемировой сущности. Одним словом, по Толстому, нет ни личного Бога, ни личного бессмертия, ни, следовательно, реального смысла жизни. Ибо смысл может быть только в жизни, но не в исчезновении.

Поделиться с друзьями: