Чтение онлайн

У кого-то были перебинтованы части тела с кровоподтеками. Некоторые сидели с вывернутыми под невероятными углами конечностями, а помогающие шиноби ничего с этим не делали, видимо боясь сделать лишь хуже. Были даже те кто лишился части тела, будь то рука или глаз.

Особенно невезучим был один молодой шиноби Конохи, что в ходе сражения потерял ногу, руку и оба глаза. Осознав свое положение, парень забился в истерике и чуть не покончил с собой. Его успели остановить, при этом вколов снотворное. Другой вопрос, стоило ли это делать? Ведь если глаза ему смогут пересадить, то руку и ногу уже не вернут. Максимум на что он может рассчитывать это деревянные протезы, что никогда не станут полноценной заменой утерянному. Так стоит ли пытаться спасти парня чья жизнь уже окончена?

Так проходили минуты ожидания. У кого-то из находившихся раненых внезапно происходили осложнения, из-за чего их немедленно уносили в сторону полевой операционной. Часто приходили шиноби из поисковой группы и приносили новых раненых. Места в палатке становилось все меньше. Даже не смотря на открытый настежь вход, внутри стоял сильный запах крови. Большинство молчали, и лишь несколько человек приглушено переговаривались где-то в другом конце палатки. Но в основном были слышны кашель, хрипы и стоны боли. Атмосфера была угнетающей.

Не желая и дальше это терпеть, я встал и направился на выход. Дежурящие шиноби не стали мне препятствовать, лишь бросили короткий взгляд в мою сторону.

Выйдя на свежий воздух, я вдохнул полной грудью. Я скривился под маской от того что запах крови лишь немного уменьшился.

— С дороги! — Прокричал мне один из шиноби, что вместе с напарником нес на руках очередного раненого.

Послушавшись, я поспешил отойти в бок, освобождая проход в палатку. Обернувшись, я посмотрел как эти двое аккуратно уложили раненого и поспешили на выход для выполнения своей работы. Но одни из них, тот самый что и говорил мне посторониться, остановился возле меня.

— Возвращайся в палатку. Нечего тебе здесь блуждать и мешаться под ногами. — В грубой форме сказал он.

Разозлившись от его слов, я уже хотел ему ответить, но тот, не обращая на меня внимание, уже успел убежать, догоняя своего напарника. Ещё немного посверлив ему спину, я отвернулся и огляделся. Можно было заметить как вокруг постоянно мельтешили шиноби Конохи с самыми разными поручениями. И кто-то, снующий без дела, и правда лишь мешался бы под ногами.

Поняв что делать мне здесь нечего, а в палатку возвращаться у меня не было никакого желания, я решил углубиться в ту часть леса что не была затронута сражением. Запрыгнув на ветку дерева, я побежал в сторону одного спокойного местечка что приметил во время перемещения в составе авангарда.

Добравшись до нужного места, меня встретил небольшой ручеёк, что был почти не видим за зарослями травы. Лишь по характерному журчанию можно было его обнаружить. Спускаться к нему я не стал, а лишь присел на ветке дерева, свесив ноги.

Прикрыв глаза, я вновь сделал глубокий вдох, и на этот раз насладившись свежестью воздуха. Уши ласкало тихое журчание, прерываемое лишь шелестом растительности, а кожу на руках грели лучи солнца. Так и хотелось сорвать с себя плащ с маской и просто понежиться в солнечных лучах. Но нельзя. Поблизости все ещё находились шиноби Конохи, которым я все ещё не доверял.

Впервые за несколько дней, получив относительную тишину и покой, я смог выбросить из головы множество переживаний и задуматься.

— Зачем я продолжаю следовать за шиноби Конохи? — Задал я сам себе вслух вопрос.

Ведь если так подумать, то я не подчиненный Конохи, а их союзник. А значит, я не обязан следовать всем их указаниям, и могу сотрудничать с ними лишь в случае необходимости. И если после миссии по возвращению свитка эта необходимость все ещё присутствовала, в виде намечающегося сражения, то в ближайшее время ничего подобного не предвидеться. И я могу быть свободен.

— Вот ты где! — Послышался издалека крик Нохары. Посмотрев за спину, я заметил стремительно приближающуюся куноичи. — Зачем ты убежал? Тебе ведь надо восстанавливаться после ранения. — Продолжала она говорить пока бежала в мою сторону.

Я отвернулся, не обращая внимания на приближающуюся куноичи. Ветвь на которой я сидел чуть пошатнулась от того что на неё прыгнула Нохара, но все быстро вернулось в норму.

— Акира-кун. — Попыталась она привлечь мое внимание, но я продолжал её игнорировать.

В следующий момент я почувствовал как её пальцы прикоснулась к моей ладони, но я поспешил отдернуть руку. Повернув голову в сторону шатенки, я заметил на её лице признаки удивления.

— Ожога нет? — Удивленно проговорила Нохара, чтобы затем посмотреть в мою маску. — Ты владеешь ирьениндзюцу? — Задала она вопрос с нотками возмущения в голосе.

— Только на себе. — Ответил я, чтобы куноичи не надумала себе лишнего.

— Вот как. — Задумчиво сказала Нохара. — Тогда я рада что с тобой все хорошо. — Сказала она следом, при этом улыбнувшись.

— С чего бы? — Спросил я, но в ответ получил недоуменный взгляд. — С чего бы тебе радоваться за меня? — Дополнительно пояснил я.

В ответ я получил ещё более недоуменный взгляд. Я понял что не стоит чего-то от неё ждать и хотел уже махнуть рукой на куноичи.

— А с чего бы мне за тебя не радоваться? — Но меня остановил ответный вопрос от куноичи.

— Потому что мы друг другу никто. — Грубо ответил я.

— А я так не считаю. — Покачав головой, отвергла она мои слова. — Пусть ты местами грубоват, а ещё жесток и скрытен, но я все равно считаю тебя товарищем и, возможно, другом. Все же я понимаю причины твоего поведения и ту боль которую тебе пришлось испытать…

— Да что ты можешь знать?! — Разозлившись, я не сдержался и своим выкриком её перебил.

— Я ведь тоже сирота. — Казалось, что на шатенку мой крик не произвел никакого эффекта, и она все также невозмутимо продолжала говорить.

Мне потребовалось несколько секунд чтобы успокоиться и осознать сказанные ей слова. И, наконец осознав, я вновь обратил свое внимание на Нохару.

— Да, я сирота. — Видимо заметив мою заминку, она решила в очередной раз сказать это. — И не я одна. Какаши-кун тоже сирота с четырех лет. Обито потерял последнего живого родственника, свою бабушку, два года назад. И даже Минато-сенсей все детство прожил в приюте, не зная своих родителей.

Продолжающееся словоизлияние девушки все больше вводило меня в ступор. Не проронив ни слова, я наблюдал как Нохара откинула спину назад, оперившись руками о ветку на которой сидела, при этом болтая своими ногами и смотря куда-то вверх.

— А ведь в Конохе много подобных детей, что остались сиротами в раннем возрасте. У большинства родители погибли на войне, как прошлой, так и нынешней. Кому-то просто не повезло на миссии. В Конохе нет семьи шиноби что не испытывала горе утраты от потери любимых. — Следом, она вновь повернулась ко мне и посмотрела в мою маску. — Потому я и говорю что знаю ту боль, которую тебе пришлось испытать.