Путь Шиноби: Первые Шаги
Шрифт:
«Нет. Нельзя об этом думать.» — Мысленно говорила себе Рин. — «Уже ничего не изменить. В первую очередь я должна думать о тех кому ещё нужно помочь.»
Устроив себе подобную встряску, девушке стало легче. Открыв глаза, и снова посмотрев в зеркало, она увидела как подавленное настроение сменилось на твердую решительность. Все же, хоть ей и было лишь двенадцать лет, за свою недолгую жизнь она успела пережить немало трудностей что закалили её внутренний стержень. Нохару было не так просто сломить.
Удовлетворившись увиденным, Рин пошла на выход из шатра, решив провести свой перерыв на свежем воздухе. Выйдя наружу, первым что бросилось в глаза, то как обезлюдел лагерь. Между палатками ходили единичные шиноби что патрулировали округу. Большинство, как было сказано ранее, были в патрулях на линии фронта. Пусть Ива и потерпела сокрушительное поражение, нельзя было быть уверенным в том что они не попытаются напасть вновь. Тем более когда Коноха также понесла немалые потери.
Внезапно, неподалеку раздался звук открытия зажигалки и её поджога. Повернувшись в сторону звука, Рин заметила главного ирьенина, что сейчас стоял чуть поодаль и закуривал сигарету.
— Кадзуо-сан, сколько раз мне повторять что курить вредно для здоровья? — Недовольно сказала куноичи, обращаясь к старому мужчине.
— Сколько раз мне повторять, Рин-чан, что ирьенины способны нивелировать вред для здоровья от курения. — Привычно отмахнулся старый ирьенин от её причитаний.
— И все же я никак не пойму, зачем вы курите эту дрянь? — Вновь спросила Рин, покривившись от запаха дыма.
Кадзуо-сан не спешил отвечать. Придерживая сигарету двумя пальцами, он сделал глубокий затяг. Задержав дым в своих легких на несколько секунд, он наконец выдохнул целое облако дыма, что заставило Рин уже не просто скривиться, а закашляться. Это в очередной раз вызвало недовольство куноичи. Кадзуо-сан же, вынув сигарету из зубов, заговорил.
— Привычка. — Ответил он. — Я застал те времена когда скрытые деревни только формировались. Ну и конечно, я застал Первую Великую Войну Шиноби. Хах. — Чему-то невесело усмехнулся старый ирьенин. — Эта война не идет ни в какое сравнение с той. Шиноби тех времен ещё помнили Эпоху Воюющих Провинций. Они жили и воевали не так как нынешние шиноби. Тогда война была кромешным адом.
— А разве сейчас не так? — Вмешалась в рассказ Рин, ведь из-за слов старого ирьенина можно было подумать что та война, на которой они сейчас воюют, какие-то игры.
— По уровню жестокости и убийств, несомненно. — Ответил Кадзуо-сан. — Был один показательный случай. В лагерь к нашим силам прокрались вражеские убийцы из Суны. До того как их обнаружили, они успели убить нескольких высокопоставленных шиноби. В том числе и сына главы клана Учиха. — Прервавшись, старый ирьенин сделал ещё одну затяжку, чтобы затем продолжить. — Убийцам и семьям убийц была объявлена кровная месть. Не пожалели никого, ни женщин, ни детей. — Посмотрев в глаза ужаснувшейся куноичи, Кадзуо-сан продолжил. — И это лишь один из многих примеров жестокости той эпохи. Когда это происходит на твоих глазах, у многих не выдерживают нервы.
— Поэтому вы начали курить? — Последовал очередной вопрос от Рин.
— Мой учитель, после очередного подобного случая, протянул мне свою зажженную сигарету. Я тогда не стал противиться и, периодически покашливая, выкурил её полностью. А затем и следующую. — И вновь он присосался к фильтру, втягивая в себя едкий дым.
Рин больше ничего не говорила, решив перестать пытаться отучить старого ирьенина от курения. На самом деле, она поняла безнадежность своих попыток уже через несколько дней после их первого знакомства. Их препирательства по поводу курения были скорее шуточными чем серьезными. Но с другой стороны, сколько бы Рин не спрашивала почему Кадзуо-чан курит, не разу не получала ответа. До сегодняшнего дня. Что именно могло развязать язык старому ирьенину? Может события последних дней напомнили ему те далекие времена?
Из размышлений Рин вывел голос её недавнего собеседника.
— Кстати говоря, раз уж ты здесь и свободна. — Привлек Кадзуо-сан её внимание. — Не расскажешь мне о вашем новом пополнении в команде?
— Вы о Акире-куне? — Поинтересовалась куноичи.
— Не знаю его имени, но как я слышал, он подвергся негативному воздействию чакры биджу. Вот мне и интересно, где он и почему не лечиться от своих травм? — Сделал уточнение старый ирьенин.
— Это… сложный вопрос. — Кадзуо-сан промолчал, тем самым показывая что не торопит. — Как сказал сам Акира-кун, он является союзником Конохи а не подчиненным, и может поступать так как сам считает нужным.
— В том числе и игнорировать свое здоровье? — Скептично спросил старый ирьенин.
— Он владеет ирьениндзюцу, но применять его может только на себе. — Последовал ответ Нохары.
— Это конечно хорошо что он может о себе позаботиться, но травмы от чакры биджу это очень серьезно. В следующий раз, при встрече, приведи его ко мне на осмотр. В противном случае последствия могут быть плачевными. — Попытался он убедить Рин в необходимости озаботиться здоровьем Акиры.
— Вряд ли его получится убедить. Он очень подозрителен и никому не доверяет. — С печалью в голосе ответила Рин.
— Ты все равно попытайся, Рин-чан. — Вновь попросил Кадзуо-сан, с капелькой беспокойства в голосе.
— Хорошо, Кадзуо-сан. Я постараюсь. — Наконец согласилась куноичи.
Девушка понимала что старший ирьенин прав, и травмы от чакры биджу это не то с чем стоит медлить. Она постарается убедить Акиру позволить ей обследовать хотя бы руку, что и подверглась влиянию энергии демона.
— Тогда, я больше не задерживаю тебя. — Получив нужное ему согласие, он кивнул ей в сторону.
— Задерживаете? — Переспросила Рин, не сразу поняв что имел в виду старый ирьенин.
— У тебя же сейчас должен быть обход пациентов. — Подсказал он.
— Нет-нет. — Помотала она головой. — У меня сейчас перерыв… — Все тише говорила она.
Услышав слова куноичи, Кадзуо-сан достал из кармана штанов часы и показал на время Нохаре. Та, увидев стрелки часов, поняла что её небольшой перерыв уже закончился. А она даже не успела ничего перекусить.
— Я слишком с вами заговорилась. — Последовали возмущения от куноичи.
— Но не я же начал этот разговор. — Отмахнулся старый ирьенин от возмущений девушки.
Рин знала что он прав, но некоторое негодование по этому поводу все равно испытывала.
— Ладно. — Послышалось от Кадзуо-сана. Старик затушил окурок и, метким броском, метнул его в сторону далекой урны. И не промахнулся. — Нам обоим пора возвращаться за работу. — Оставив последнее слово за собой, старый ирьенин развернулся и зашагал в сторону входа в шатер.
Простояв пару секунд, смотря Кадзуо-сану в след, Рин также развернулась и отправилась на обход пациентов. Её путь не занял много времени, и вскоре она оказалась возле небольшой палатки, в которую и поспешила войти.