Чтение онлайн

Отложив карту в сторону, я встал с пола и немного размялся. Следом, я стянул резинку которой подвязал волосы. Пройдясь пальцами по распущенным волосам, я с неприязнью отметил что они спутались. Мои волосы опускались до лопаток и поддерживать их в чистоте уже не просто. К тому же, они так и норовят залезть в рот или попасть в глаза. Иногда я даже думаю о том что стоило бы их укоротить, но каждый раз отказываюсь от этого.

— Маме нравились длинные волосы. — Вновь вспомнил я как ей нравилось расчесывать мои волосы, или просто проходиться по ним пальцами.

Решив подумать о собственной гигиене попозже, я подошел к спальному мешку и присел на него. Отринув ненужные мысли в сторону, я вошел в полумедитативное состояние чтобы сосредоточиться над тем что происходит внутри меня. Единственной проблемой что до сих пор меня беспокоила была сеть трещин, разошедшихся по чакроканалам в правой руке. Постепенно, с моей посильной помощью, они зарастали, но процесс этот был слишком медленным.

Прошло четыре дня с момента окончания сражения, и мой расчет по поводу сроков лечения оказался верным. Ещё один день и последние трещины затянутся. А до тех пор я безвылазно сижу в своем убежище, не рискуя начинать новую охоту на шиноби Ивы.

Моя медитация продолжалась около двух часов, пока организм не напомнил мне о том что время пообедать. Прекратив лечение, я встал с насиженного места и подошел к кучке запечатывающих свитков, в которых хранились запасы еды. И оценивая их содержимое, я в очередной раз подметил что запасы уже подходят к концу. Гораздо раньше чем я ожидал. Мясо практически закончилось, как и фрукты. Из всех круп остался лишь рис. Зато рыбы было ещё в достатке.

Поняв что сегодня на обед рис с рыбой, я распечатал необходимые продукты, плюс небольшое количество специй. Их тоже следовало экономить.

Готовка на огне чакры заняла у меня около часа. Все же сложно использовать лишь одну свободную руку. Наложив сваренный рис в большую миску и положив сверху куски жаренной рыбы, я приготовился к еде.

— Итадакимас. — Уже привычно сказал я и взял палочками кусочек рыбы, став взглядом оценивать его. — Даже муки не осталось чтобы сделать панировку. — Печально сказал я и сделал первый укус.

Со своей порцией я справился за несколько минут. По вкусу блюдо было приемлемым. Все лучше чем сухпайки которыми я питался в первые дни. Но в то же время я вспоминал недавние изобилие еды, когда я мог не отказывать себе в любой еде. А в особенности мне вспомнился тот рамен, что я попробовал в деревенском ресторане. Это было самое вкусное блюдо что я ел за последние месяцы. Все же, хоть меня и учили готовить, но я бы не сказал что хорош в этом.

Так же, по аналогии с тем раменом, мне вспомнилась лагерная столовая Конохи, где также довольно вкусно кормили. На фоне недавнего обеда даже захотелось вновь там оказаться чтобы нормально поесть.

Внезапно возникшие мысли, о желании вернуться в лагерь Конохи, я быстро подавил. Не стоило даже думать о том чтобы довериться шиноби Конохи. Для них я всего лишь полезный инструмент что помогает им в войне. Как только все закончиться от меня просто избавятся как от ненужного хлама. Так что не стоит привязываться к тем кого я так же использую в своих интересах.

Закончив с размышлениями, я начал искать чем можно себя занять. За прошедшие четыре дня я успел переделать многие дела. Восстановил запас взрывных печатей, наточил все расходное оружие, сделал уборку, постирал и заштопал одежду. Все имеющиеся у меня бумаги я вновь перепроверил и рассортировал. Так же я записал в свой дневник новую информацию, касающуюся тактики шиноби Конохи в ведении войны, и не забыв расписать возможности членов команды Намиказе-сана. И вот, последним мои занятием было дорисовывание карты.

— И что делать дальше? — Задал я сам себе вопрос, не зная чем заняться.

Оглядев помещение своего убежища, я понял каким оно было пустым. Помимо тех звуков что издавал я сам, вокруг была тишина. Вернувшись в свое тихое убежище, после нескольких дней проведенных вместе с шиноби Конохи, было очень непривычно. Казалось, что тишина и пустота давят физически.

— Надо позаниматься. — Вспомнил я действенный метод, что помогал мне избавиться от лишних мыслей.

Скинув с себя плащ, а также сняв водолазку, я принялся делать разминочные упражнения, подготавливая свое тело к более серьезным нагрузках. Хотя, в таких ограниченных условиях, ни о каких по-настоящему серьезных нагрузках не могло идти и речи. Единственной причиной по которой я этим занимался, было поддержание своего тела в тонусе.

Закончив с разминкой, я принялся за простые упражнения, по типу приседаний, отжиманий или бега на месте. Все они давались без труда, но в то же время я не чувствовал особого отклика. Не было того чувства когда ты выкладываешь на полную и преодолеваешь свои пределы, становясь лучше. Да и откуда этому взяться?

Думая о безрезультатности тренировки, я вспомнил свой спарринг с Хатаке. Тогда я получил настоящий вызов. Имея небольшое преимущество в мощи чакры и ниндзюцу, я сражался против противника что был более опытным и… более собранным что ли? Свою слабость в грубой силе он закрывал большим мастерством и филигранностью в применении как кендзюцу, так и ниндзюцу. Очень неприятный противник который, как настоящий шиноби, мог обманывать, хитрить и даже неприятно удивить. Чего только стоило ниндзюцу стихии молнии, которым он смог вывести мою руку из строя.

К сожалению, тот спарринг беловолосый выиграл. Я ожидал что за время первой нашей встречи смог полностью изучить и понять стиль боя Хатаке, но как позже выяснилось, показал он далеко не все, из-за чего мои имеющиеся знания оказались мало полезными. Но я ещё собирался отыграться.

Почувствовав азарт от возможного, будущего реванша, я вновь поймал себя на мысли что хочу вернуться в лагерь Конохи, пусть в этот раз и из жажды отмщения.

— Тц. — Вырвалось из меня от досады.

Я понял что мои текущие попытки выбросить из головы лишние мысли путем тренировок совсем не помогают. Бросив это дело, я вернулся к спальному мешку чтобы продолжить лечение.

На пятый день после сражения с Ивой, я, полностью экипированный, вышел из убежища и помчался в сторону лагеря Конохи. Заблудиться по пути я не боялся. Свою карту я помнил во всех деталях. Путь до нужного мне места не должен был занять и часа.

Весь путь до намеченной цели я провел в размышлениях о том что будет дальше. Встретившись с командой Намиказе-сана, какие будут дальнейшие действия? Буду ли я выполнять миссии в одиночку как раньше, только с поддержкой от шиноби Конохи, или я и дальше буду вынужден работать с Намиказе-саном? Что это будут за миссии, и как долго они будут длиться? Одна неизвестность. И мне это не нравилось.

Бег по верхним путям проходил без происшествий, и я не встретил ни одного шиноби. Ни Ива, ни Коноха не успели в достаточной мере оправиться от последствий сражения, а потому все было спокойно. Лишь иногда, вдалеке, я различал посторонние звуки, но я старался таких мест избегать. У меня не было желания пересекаться с кем-то посторонним.

Уже приближаясь к лагерю Конохи, на моем пути появились силуэты трех знакомых шиноби.

— Ты все же пришел Акира-кун. — Радостно и как-то облегченно сказала Нохара.