Путь варга: Пастыри чудовищ. Книга 3
Шрифт:
Это тяжко. Делать шаг в предвиденную ловушку. Прибегать к крайнему средству – в котором не уверен, потому что не знаешь достоверно – что таится там, внутри… в клетке, которую она собирается отомкнуть. И горячечный шёпот Яниста: «Не нужно, Гриз, прошу, не нужно» – созвучен её собственному внутреннему шёпоту.
Но чутьё варга говорит иначе. Оно – и то, что колотится под кожей, властно зовут сделать шаг: «Ты знала, что так и будет, отсюда её не остановить».
– Низшее звено склонится перед высшим, – мурлычет Крелла, и губы у неё кажутся окровавленными. – Ты опять колеблешься, сестра… Я сделаю проще. Позови свой Дар, или твои ковчежники умрут на твоих глазах.
Шелест прибоя или движущихся льдин… нет, это приходят в движение бестии. Выпускают когти, оскаливают клыки, дышат пламенем и запевают тихую, слитную Песнь Крови – и в ней тонет проклятие Аманды, которая не знает – успеет ли она со своими зельями и артефактами, удержит ли…
Или знает, что не успеет.
– Высвободи свой истинный Дар – и покори меня, и останови их, – нашёптывает Крелла-Охотница и посмеивается, когда в левой ладони Гриз сверкает нож. – Что, сестра? Больше нет колебаний? Теперь всё легко?
Теперь всё легко. Нет колебаний.
Губы Гриз едва заметно смыкаются-размыкаются в шёпоте. Выпуская коротенькое слово. Напоминание тому, кто сам взял на себя эту роль.
– Держи.
Гриз Арделл проводит алую черту по ладони – и пропадает.
Падает в солёную бездну с запахом безумия.
Глава 8
ЯНИСТ ОЛКЕСТ
«Как это? – спросил я её. В один из редких вечеров, силой вырванных у тысяч, тысяч дел питомника. – Ходить по лёгким путям?»
На землю падали сумерки, а выздоравливающие фениксы радовались первому весеннему полёту и оттого процветали в воздухе пламенем.
Она долго следила за ними, прежде чем ответить.
«Больно. Страшно. Чувствуешь себя обнажённой – будто ты перед стихией. Отчасти ты и есть эта стихия. Твои страсти. Желания. Искушения. И нужно постоянно держать контроль, иначе и тебя опутает…»
«Что?»
«Огненная паутина, – она взмахнула рукой и начертила сеть, соединяя пламенеющие следы феникса. – Горящие нити с запахом крови и безумия. Пронизывающие мир. Животных. Тебя. Прорастающие внутрь. Паутина, за которую тянешь – и тебе подчиняются».
Травы, – подумал я, потому что видел сам и потому что она мне уже рассказывала: «Мы вместе» – и стремящаяся вперёд, обвивающая зелень её взгляда. И у других варгов по-разному: бывает море или ручей, или звенящая птичья песня, извивающиеся лесные тропы, звёздные пути… То, что привлекает, успокаивает, соединяет…
Не у варгов крови.
«Наверное, тоже у всех по-разному, – сказала она и поглядела на правую ладонь, скрытую мягкой кожей перчатки. – Пламя, или ураган, или воды… Не знаю, не спрашивала у таких же, как я».
Потому что таких, как ты, вообще нет. Почему я не сказал ей это тогда?
«А если… встречаются два варга? В сознании одного животного или…»
«Такое бывает редко. И это опасно. Чтобы удержаться в сознании животного, где уже есть варг, нужны сила и умение. Обычно на это решаются опытные наставники – если что-то не получается у учеников».
«А…»
«Хочешь спросить – что будет, если я решу побороться с одной из тех, кто сорвал Зимнюю Травлю в Дамате. Поспорить за сознания животных».
Она об этом думала постоянно. Я понял это, глядя на её запрокинутое в небо лицо. Озарённое вспышками фениксов.
«Сильно зависит от того, кто будет моим противником. И чего он будет хотеть. Но те, в Дамате, проявили способности далеко за пределами моих. И если я в таком противостоянии попытаюсь докричаться до подконтрольных зверей, высвободить их сознания, то сама я окажусь уязвима».
Учитель Найго говорил: «На лёгкие пути легче вступить, чем вернуться с них»…
«Ты говорила мне о тех, кто не вернулся. Из сознания животных».
Бывает, что варг уходит слишком глубоко, пытаясь спастись. Не рассчитывает силы. Не может выдержать боли. Или теряет контроль – потому что варгам нужно сохранять спокойствие в чужом разуме. Тогда они уходят – куда?
«Смутные тропы… Вечные тропы. О них всё больше в преданиях, потому что путешествовать по ним никто не решился. Но когда провожаешь зверей – чувствуешь: там что-то есть. Там, куда они идут. Моя наставница полагала, что это некие тайные жилы, по которым течёт магии, то, что хранит в себе отголоски прошлого и признаки будущего – нечто, чем связано всё живое в Кайетте».
«Нечто вроде Пуповины даарду?»
Вспышка в небесах высветила её слабую улыбку.
«Ты не зря общался с Хаатой, а? Но если хочешь спросить меня – есть ли шанс попасть во время поединка варгов на эти самые тропы…».
«Не хочу. Хочу спросить о том, есть ли совсем другой шанс».
«Стены – это не выход, – шепнула моя невыносимая едва слышно. И, следя за огненными узорами в небе, спросила: – Если я сейчас упаду – ты подхватишь? Удержишь?»
Она думала об этом всё время… Она к этому готовилась.
Застывшая Крелла – высохшая мумия со спокойным величием на лице. Лениво ползут с ладони мелкие тёмные капли.
Ладонь Гриз опущена, и с неё стекает ручеёк, проливается на землю у её ног, расплывается по влажной почве причудливым рисунком – словно сетка вен, а может, паутина.
Момент истины. Поединок варгов, в котором я зритель.
– Усыпляй зверей! – кричит Мел и выхватывает трубку с усыпляющими иглами. – Конфетка, давай!
– Можем навредить! – яростно отдаётся слева. – Не когда она там! Они там сейчас вдвоём, в сознании каждого, понимаешь?! И если мы хоть что-то нарушим…
– Что ж нам, так и стоять, на эту сволочь пялиться, – шипит Мел, и я знаю, что она сейчас сжимает свой атархэ, хотя я совершенно на неё не смотрю.
Я стою позади Гриз и готовлюсь – подхватить и удержать, в случае надобности. Я должен – быть здесь, и ждать её, и прикрывать, и ничего не делать, глядя на жуткую картину: две варгини застыли друг напротив друга, и неподвижная свита животных, и кровь на земле…