Чтение онлайн

– Кстати, раз уж ты напомнил мне о клятвах.
– эльф подступил вплотную к Вратам, осторожно притронулся к ним раскрытыми ладонями.
– Мы не только даем обещания, Хранитель. Мы их еще и выполняем.

– Ну-ну, ты!..
– возмутился, было, тот, но Эллорн уже не слышал его.

Эльф закрыл глаза, и шагнул вперед, в арку, но не в дружеские объятия заждавшегося любимого мира, и не на залитый кровью склон. Он знал, куда он идет, он знал, кто ждет его там. И когда вдруг оказался лицом к лицу с заплаканной, обрадованной и испуганной одновременно Элирен, даже не удивился сильно. Так, усмехнулся про себя...

...Закончилось все быстро. Еще пять минут назад короткий строй эльфов яростно оборонялся у входа в пещеру, еще совсем недавно три запыхавшихся Охотника прискакали к подножию холма, и прокричали наверх эльфам предложение от "светлейшего правителя Гуттрака и других светлейших правителей Мокрополья" сложить оружие и сдаться в плен. Эйльфлёр сверху очень образно описали, куда может идти правитель Гуттрак с остальными светлейшими правителями, и что они там могут сделать сообща либо по отдельности со своим предложением. Охотники не обиделись, а очень громко расхохотались, видимо, вполне разделяя мнение эльфов по данному вопросу. Еще совсем недавно они быстро посовещались о чем-то внизу, и двое из них, спрыгнув с лошадей, легко взбежали на склон, а третий, постояв внизу, грустно посмотрел им вслед, и, подобрав поводья их лошадей, нехотя поехал прочь.

Охотники направились прямо на гномий квадрат, и вызвали недоумение у осаждавших холм. Их пропустили без вопросов, посчитав, что те идут по поручению. Гномы тоже расступились без просьбы, пропуская их сквозь строй. Они легко взбежали к самой пещере, и остановились перед перепачканным своей и чужой кровью принцем Элинелем: один с русой бородкой и светлыми, с затаенной улыбкой глазами, чуть впереди, второй темнокудрый и черноглазый, за его левым плечом в полушаге.

Элинель лишь развел руками. Охотники переглянулись, сняли свои луки, без спешки и волнения накинули на них тетивы. Светлобородый взобрался к самым верхним рядам защитников, эйльфлёр молча подвинулись на карнизе, освобождая для него место. Второй, с темными кудрями, передвинул на поясе широкий охотничий нож точно под правую руку, и встал в ряду с принцем у входа в пещеру.

Все эти, и еще множество других мелких событий происходили совсем недавно, буквально только что. И вот все закончилось. Обошедшие с тыла холм нападавшие пробрались-таки за спину слишком малочисленному отряду эльфийских лучников, их дуэль длилась недолго. Очередная смертельная волна накрыла почти пустой склон, разбилась о твердо стоящий гномий квадрат, и, разделившись на два мощных потока, перехлестнула последнюю линию обороны эйльфлёр. Радостно вопя, атакующие ворвались в пещеру, убивая оставшийся в ней десяток эльфов...

Я судорожно вздохнула, когда первый эльф погиб на склоне, прямо на моих глазах. Я никогда раньше не видела смерть эйльфлёр, а тем более, не видела смерть полностью, всю, как она есть. Она меня ужаснула. Я, оборвавшая за свое короткое существование не одну жизнь просто потому, что кому-то не посчастливилось встать на моей дороге, до сих пор даже не понимала, насколько непоправимы бывают поступки.

Иринон отрешенно смотрела, прикусив пухлые губы. Только тонкие пальцы задрожали в моей ладони, и я догадалась, что уже не впервой ей наблюдать отсюда, как вдруг бледнеют контуры замерших тел, как раскрывается под ними мрачная головокружительная бездна, и как медленно, невыносимо медленно валятся в нее уходящие в небытие.

Их, зависших над вечной тьмой, становилось все больше. Они висели в пустоте, под нашими ногами, удаляясь совсем по чуть-чуть, но неотвратимо. Я закрыла глаза. Скоро и я также завалюсь беспомощно, и упаду в пустоту навсегда. Осознать подобное, и не сойти с ума - невозможно, мой еще отчасти живой разум отказывался вместить истину.

Нечто изменилось вокруг нас. Иринон негромко произнесла что-то, я не поняла, и заставила себя вновь "включиться" в происходящее, открыть мокрые глаза.

"Наверное, больше никто не пойдет.
– повторила она без раздражения.
– Видишь, уже давно никто не подходит к Вратам".

Я вскинула голову, и поверх ее блондинистой макушки заглянула в оставленную далеко в прошлой жизни пещеру. Она почти опустела, только у входа, тяжело опираясь на запачканное кровью оружие плечом к плечу стояла жалкая горстка защитников, да у картины, на окровавленном полу сидели двое детей. Девочка держала на коленях полулежащего эльфа в совершенно черной одежде, мальчик осторожно обтирал красным полотенцем его изрезанные от запястий до локтя руки. Я посмотрела на Иринон, приглашая и ее взглянуть вверх, она покачала головой, не поднимая глаз. Озадаченная, я вновь заглянула в пещеру. Почему?.. Ответ пришел сразу: Маррир. Кусочки разломанной мозаики сложились просто и легко, соединив некоторые догадки и множество мелких, не связанных меж собою, но очень важных фактов. Так вот по кому был твой траур, Мастер. Вот чью песню ты пытался найти во мне, угадывая некую связь между нами. Вот кого звал сегодня. О, звезды, да сколько же еще открытий меня ожидает прежде, чем я окончательно утону в безбрежной пустоте?!

– Для начала, тебе придется кое-что объяснить мне.
– строго предупредил мягкий любимый голос, и Эллорн, настоящий Эллорн, встал передо мной, усмехающийся своей обычной, эллорновской усмешкой...

*

Вартак не выдержал. Гномы подняли щиты, и, сломав строй, что называется "на плечах" нападавших вбежали в пещеру следом за прорвавшимися людьми, убивая смертных молча и без сожалений. За минуту все было кончено, гномы вытащили за ноги трупы убитых людей и побросали со склона прямо на головы спешащим следом. Встали оцеплением вкруг пещеры, закрывая и вход, и площадку, усеянную телами последних защитников, и маленькую расселину под козырьком с другой стороны, куда эльфы сами сносили своих павших братьев и сестер.

Добежавшие первыми остановились нерешительно, не торопясь попасть под удар тяжелого гномьего топора. Подскочившие следом уткнулись им в спины, и тоже встали, озадаченные подобным исходом.

– Ну, вы, там!
– крикнул какой-то мелкий князь из-за спин своих вояк.
– Чего надо? Нету больше ваших дружков, и вы убирайтесь, подобру-поздорову!

– А ты подойди, милашка, потолкуем с глазу на глаз!
– предложил молодой гном, и радостный гогот сильных глоток прокатился над верхушкой скалы.

– Уходить нам придется.
– негромко указал Вартаку пожилой гном, осматривая окрестности из-под насупленных бровей.

В сгущающихся сумерках его топор отливал хорошей светлой сталью. Вартак, хмурый и неулыбчивый, согласился вынужденно: "да, придется".

Потоптавшись, люди помаленьку отошли от гномьей ватаги. Ссориться со вспыльчивыми соседями, которые, к тому же, в ближайшие сто лет никуда исчезать не собирались, никто пока не решился, но близилась ночь, а за нею - новый день. Гномы понимали, что заплатившие столь высокую кровавую цену люди не уйдут ни с чем. Собственно, самим гномам пещера была ни к чему, а те, на помощь к кому они прибежали, больше в помощи не нуждались. Но уходить так просто, словно испугавшись кучки бандитов, гномам не позволяла гордость.

– Значит, так порешим.
– подумав, Вартак предложил родичам план действий: - Черного эльфа среди убитых нет, он ушел, мы свое дело сделали. Мы убитых эльфов в пещеру снесем, и вход завалим. Камень тут хороший, податливый. Без ломов обойдемся. Так порушим вход, что потом год будут откапывать - не отроют. Ночи нам должно хватить, если дружно навалиться. А под утро уйдем, как пришли. Попробуют сунуться, надаем по мордам. А коли за ножи схватятся, ну что... нам не впервой. Как мыслите?