Чтение онлайн

Что ж, пусть хоть для гнома все закончится хорошо!

Я вновь села, ожидая главного, того, ради чего она и пришла сюда, и удивлялась промедлению, так не свойственному эйльфлёр.

– Элирен...
– раздумывая, начала она. Я не помогала, ждала.
– Скажи, если бы я просила тебя... нечто... сделать для меня, ты бы согласилась?

Я промолчала, понимая, насколько сейчас бессмысленны любые мои просьбы или отказы, и удивляясь все больше ее странным вопросам. Эрриль глубоко вдохнула, и заверила тихо, почти шепотом:

– Нечто очень значимое, о чем я вынуждена тебя просить, как бы ни было это трудно лично мне...

Я ждала.

– Эта услуга не доставит тебе хлопот.
– пробормотала Эрриль побледневшими губами на грани слышимости.
– Она не будет обременительной...

– Не надо так, - не выдержала я, - Не надо так унижаться, принцесса! Я всего лишь смертная бродяжка, и я сама отдала свою защиту гному. Я готова к последствиям. Тебе мучительно упрашивать меня? Мне не доставляет радости видеть тебя... зависимой. Что ты хочешь? Обещаю, я сделаю все, о чем ты просишь - и закончим на этом!

– Не покидай нас, останься в Зачаровне, хотя бы до конца зимы!
– крепнущим голосом попросила Эрриль.
– Если не желаешь быть гостьей отца, прошу, окажи мне честь - будь моей гостьей! Только не покидай нас сейчас, до его ухода. Потом - как пожелаешь.

Эллорн уходит?.. Ах, да! Беседка, и хрустальный голос принцессы... Прошло два месяца. Он обещал вернуться на Тронг-Нльи. Странно, что я забыла.

– Я останусь.
– согласилась устало. Наверное, уже не хватало слов под конец такого длинного дня.
– Благодарю за предложение. Возможно, мне придется им воспользоваться.

Она улыбнулась, уходя. Почти торжествующе.

Итак, больше никто не придет. Они все же оставили последнее слово за собой, снисходительно позволив мне совершить глупость, и не наказали за это. Ну и ладно. Главное - результат, как верно заметила принцесса Лирриль...

*

После того, как я убежала в слезах, и был отдан приказ отпустить гнома, трое эйльфлёр в зеленом оказались последними, задержавшимися в подвале. Их мысли объединила смутная тревога, они переплелись, слились в мелодию, и зазвучали почти в унисон.

– ...сложно даже представить подобное! Но другого объяснения у меня нет.
– наконец нарушила тишину эльфийка.
– Я не узнаю его в последнее время... я в растерянности. Мы ее недооценили.

– Ты слишком усложняешь!.. Да, малышка проявила смекалку, надо отдать должное. Для него она теперь вдвойне желанный трофей. Но разве что-то меняется?
– с легкой небрежностью отмахнулся седой эльф.

Молчание. Эльфы ментально рисовали образы, обменивались легкими намеками, обходясь без слов.

– Она слишком проста, чтобы заинтересовать всерьез.
– легко пожал плечами третий эльф, с вьющимися каштановыми волосами.
– Разве он впервые забавляется? Ну да, в этот раз уж как-то вовсе странно, но... Эрриль, прости за вопрос, но почему вдруг тебя стали задевать его развлечения? Разве они как-то затрагивают твою жизнь?

– Они затрагивают жизнь моего отца!
– гневно сверкнув взглядом, ответила та.
– Меня взволнуют любые события, если они угрожают душевному равновесию моих близких! До сих пор ни одну из них он не опекал с такой заботой!.. Ни одной не позволялось столько вольностей!.. И ни одна не вызывала столь бурных эмоций еще даже не переступив порога его спальни!

Сейлин усмехнулся недоверчиво, Бринон легким кивком подтвердил: "да, она все еще в комнате с фонтаном!".

Эрриль зябко передернула плечами, пробормотала, не поднимая головы:

– Это пугает меня больше всего. Он... ждет. Вы понимаете?..

– Может быть, сейчас его интерес иного свойства...
– довольно безмятежно предположил Сейлин. Видно было, насколько мало он разделял тревоги принцессы.

Эльфийка вскинула лицо с покрасневшими щеками.

– Слишком иного!
– она почти выкрикнула эти слова, даже притопнула в крайней досаде.

Бринон тут же встал за ее спиной, наклонился, прикасаясь к ее волосам с тихой нежностью. Она сразу подалась назад, прижалась к нему спиной. Обернулась, глядя снизу с надеждой и отчаянием. Он спросил участливо:

– Ты всерьез думаешь?..

– Да, я думаю. Хуже - я почти уверена! Его заинтересованность меня ужасает, она больше похожа на привязанность!
– прямо пояснила Эрриль, нервно сплетая пальцы.
– Он словно действительно верит... он будто одержим этой смертной. Что будет с его душой, когда увидит правду? Когда поймет, как сильно заблуждался?..
– эльфийка теребила край рукава, не замечая, что обрывает тонкое кружево.

Седой эльф бережно накрыл ее пальцы ладонью, и осторожно, но твердо отвел их с многострадального манжета. Она вздрогнула, но, увидев растрепанный край, благодарно улыбнулась.

– Глупости! Привязанность - у Эллорна?.. Да еще к смертной?!
– Сейлин возмущенно усмехнулся, и в его тоне было столько уверенности, что эльфийка на время замолкла.

– К чему столько тревоги?
– продолжал увещевать меж тем Сейлин.
– Не бери в голову, Эрриль! Ты знаешь его слишком хорошо, чтобы беспокоиться из-за пустяка! Интерес иссякнет быстро, как обычно. Это всего лишь очередной эпизод, хоть и весьма забавный!..

– Отчасти, и меня тревожит его горячность.
– нехотя все-таки признался Бринон.
– Нет, я не к тому, что верю в нее. Я к тому, что Эллорна она слишком цепляет. Ему и впрямь будет больно, потом.

Сейлин вновь схмурился в требовательном непонимании, Бринон через силу пояснил: "Маррир", и кудрявый эльф удивленно вскинул брови. "Не может быть!.." - выразил его изумленный взгляд, седой эльф в свой черед пожал плечами.

– Он тоже что-то услышал. Я так и не понял его скупых объяснений, но не доверять сыну у меня нет причин. А Эллорн... это надо было видеть!.. он разъярился, словно пощечину получил! Я не помню его таким с последней гномьей войны. Нет, Марриру он не посмел выражать претензий, но остальным мало не показалось. Устроил разнос всем здешним: и во дворце, и командиру охраны, и даже патрулю - ребятки не вовремя под руку сунулись...

Сейлин прыснул в кулак, Эрриль удивилась, не понимая, что смешного он видит в гневе Эллорна. Бринон тоже глянул с осуждением. Сейлин просмеялся, и несколько виновато развел руками:

– Дейлин рассказывал, не вдаваясь в подробности. Он-то сам не полез на рожон, успел сбежать.

– Твой сын проявил похвальное здравомыслие.
– помолчав, уже менее недовольно похвалил Бринон, и отвернулся, словно смутился.
– По идее, малышке должно было достаться больше всех!.. однако сегодня мы видели ее живой, и довольно цветущей. Одно из двух: либо Эллорн перестал быть собой, либо он ее и впрямь бережет.