Чтение онлайн

Нежные губы женщины приоткрылись, и звонкая птичья трель сорвалась с них. Поток обрушившихся на него звуков был подобен журчанью ручья и звонким ударам дождевых капель о камни. Теперь он знал источник птичьего пения, непрекращающейся лесной музыки, которая преследовала их отряд весь предыдущий день. Он уловил в ее щебетании одно слово и попытался повторить его.

— Вайлэ-Рии, — мягко выговорил он, растягивая звуки.

Она наклонила голову и несколько раз пропела «Вайлэ-Рии, Вайлэ-Рии», прижимая к груди руки. Он попытался имитировать ее голос, затем медленно и осторожно передал ей:

— «Вайлэ-Рии, я не могу говорить на твоем языке. Боюсь, я даже не в состоянии правильно произнести твое имя. Постарайся понять, что мы можем только обмениваться мыслями. Думай о том, что ты хочешь сказать мне, и не торопись».

Они еще продолжали изучающе разглядывать друг друга, когда внезапно Иеро обожгла мысль о Лучар и его спутниках. Что делает он тут, пытаясь говорить на этом птичьем языке, когда его любимая и друзья лежат одурманенные и беспомощные Бог знает где! И главное — живы ли они?

Холодное выражение исчезло с лица Вайлэ-Рии, ее рот приоткрылся в явном огорчении. Поток серебристых звуков снова слетел с ее губ, она попыталась что-то сказать ему. Но поняв, что это бесполезно, замолчала, прикрыла рукой глаза, и Иеро ощутил ее мысли.

— «Ты не должен бояться! Мы не причиняем зла другим (живущим в лесу, на Земле). Смотри (в мой мозг), я покажу».

Ментальная связь между ними становилась все более устойчивой — так же, как это было вначале его общения с Гормом. Поток сообщений и зрительных картин хлынул в сознание Иеро. Он увидел лагерь на поляне, где его сморил необоримый сон. Но теперь лагерь окружала высокая изгородь из колючего кустарника, вокруг которой стояли тонкие белые фигуры, похожие на Вайлэ-Рии. Как заметил Иеро, там были только женщины, и он невольно подумал: «Боже, помоги им, если орда Гимпа проснется!» Лучар, брат Альдо и медведь лежали отдельно на подстилке из листьев. В углу загородки, опустив отягощенную рогами голову, дремал большой лорс. Спокойствие Клоца окончательно убедило священника, что его спутники не подвергаются опасности.

— «Мы нуждаемся в помощи, мой народ и я», — передала женщина. Она придвинула свое кресло ближе, ее золотистые зрачки расширились, мерцающие зеленые глаза были в нескольких дюймах от его лица. Он почувствовал тонкий нежный запах — цветов? листьев? меда? — во всяком случае, это был запах живого существа, женщины, и мира, окружающего ее. Ощущение чужеродности этого милого создания постепенно покинуло Иеро; он понял, как беззащитна сидящая перед ним женщина и… как она желанна ему…

— «Чего ты хочешь?» — его мысль была резкой, отрывистой; он пытался разбить ее чары.

Она пристально взглянула на него, затем грациозно поднялась на ноги и, покачивая округлыми бедрами, направилась к окну в дальнем конце комнаты.

— «Иди сюда, я покажу тебе». — Она распахнула окно, и в комнату хлынул поток солнечного света. Священник встал и, осторожно ступая по колеблющемуся, словно палуба корабля, полу, подошел к женщине.

Они находились высоко над землей. Вероятно, это дерево было одним из самых высоких в великом лесу; под ними на много миль расстилалось зеленое море ветвей и листьев. Большая часть комнаты находилась в древесном стволе, но стена, у которой они стояли, сильно выдавалась наружу, подобно огромному наросту на коре. Как это было сделано, Иеро не понимал. Казалось, комната выращена внутри дерева и является его естественным дополнением, не мешающим жизни и развитию лесного гиганта.

Вайлэ-Рии, однако, не дала ему времени для размышления над этим интересным вопросом. Требовательно коснувшись его плеча, указала рукой на что-то, находившееся у самого горизонта на востоке. Он посмотрел туда и за зеленым морем, за кронами лесных великанов увидел ее врага.

Там раскинулась обширная пустошь, покрытая песком и скалами; их вершины блестели под ярким утренним солнцем. Но между пустошью и краем леса находилось еще нечто, отвратительное и страшное. Огромное безобразное пятно, в котором смешались розовато-лиловый, маслянисто-коричневый и грязно-желтый цвета, казалось, разъедало границу леса, подобно чудовищной ране. Машинально Иеро опустил руку в висевшую на поясе сумку и достал подзорную трубу. То, что он увидел с ее помощью, заставило его непроизвольно вздрогнуть. Действительно, это было печальное и страшное зрелище.

Огромные шарообразные клубни с ноздреватой структурой лежали на земле, а рядом поднимались в небо нелепые образования, похожие на тонконогие поганки с широкими шляпками. Все было покрыто неприятной зеленоватой плесенью, под ней угадывались гигантские исковерканные стволы. Деревья, на которых паразитировала эта странная жизнь, по-видимому, погибли, и их останки служили пищей для отвратительных плесневидных наростов. Было совершенно ясно, что лес поражен какой-то чудовищной болезнью, распространяющейся подобно раковой опухоли. Внезапно один из клубней, попавших в поле зрения Иеро, лопнул; миллионы крошечных спор, похожих на облако дыма, вылетели из него и рассеялись на сотни ярдов вокруг.

Священник медленно опустил трубу и повернулся к стоящей рядом женщине. Его лицо было мрачным.

— «Что я могу сделать с этим? То, что там происходит, выглядит как естественный природный процесс, за ним не стоит чья-либо злая воля. Наверное, это болезнь, и, как любая болезнь, она может быть излечена. Вряд ли вся эта мерзость устоит против огня…» — мысленно передал он.

— «Смотри еще, — пришел ментальный сигнал. — Смотри и попытайся обнаружить что-нибудь движущееся».

Он последовал этому приказу и начал методически просматривать весь пораженный болезнью район, пока какое-то странное движение не привлекло его внимания. Он навел трубу на резкость — и замер от удивления.

На голом клочке земли, между лесом и погибшими, покрытыми плесенью деревьями, ползло существо, похожее на комок ожившей липкой слизи. Оно, казалось, не имело конечностей и головы, но над его мягкой спиной раскачивалось множество гибких длинных отростков. На концах этих отвратительных щупальцев вспыхивали оранжевые искры. Стремительные движения монстра были целенаправленными и свидетельствовали об определенном интеллекте. Иеро наблюдал за этим созданием несколько минут; внезапно оно остановилось, и все его щупальца задрожали. Тварь резко развернулась и направилась к зарослям кустарника на границе живого леса. Из кустарника выскочило животное, похожее на огромного короткоухого кролика, и помчалось вдоль опушки. Однако ему не удалось далеко убежать. Стремительно вытянувшееся щупальце слегка коснулось тела животного, вспыхнуло оранжевое пламя, кролик конвульсивно дернулся и упал. Слизистая тварь неторопливо накрыла его своим телом. Спустя минуту она двинулась дальше, а там, где лежал кролик, не осталось ничего, даже травы, только голая песчаная почва поблескивала на солнце.

Священник снова опустил трубу; его глаза встретились с непроницаемым взглядом Вайлэ-Рии.

— «Там много таких… таких тварей?» — мысленно спросил он, передавая зрительный образ слизистого монстра.

— «Да, — пришел ответ. — Это существо только одно из многих ужасных созданий Дома». — Сознание Иеро восприняло картину странного объекта, подобного гигантскому строению, слепленному из коричневатой мягкой протоплазмы. Оно не имело четких очертаний; его стены казались сложенными из четырехугольных ячеек, немного различающихся по форме и размерам.

Больше всего это напоминало гигантское осиное гнездо, слепленное из бурой грязи, в котором можно было бы разместить многие сотни людей. Но оно было живым! По его поверхности пробегали волны, и внутри этой чудовищной глыбы протоплазмы явно протекали процессы, напоминающие жизнедеятельность.

Слизистая тварь, увиденная Иеро, выглядела мерзко, но она, по крайней мере, отвечала основным законам животной жизни. Создавший ее Дом представлялся более ужасным и отвратительным; подобное существо не могло появиться в результате естественной эволюции животного мира планеты. Ничего подобного Иеро не смог бы раньше даже вообразить.