Чтение онлайн

Изучая жизнь Козлова, мы не можем обойти стороной личность его второй жены и их отношения, которые, как, впрочем, любые отношения между мужчиной и женщиной, нередко позволяют понять многие побудительные мотивы поступков мужчин, особенно успешных и знаменитых.

Женщины среди исследователей Центральной Азии занимают особое место. Их совсем немного, можно буквально пересчитать по пальцам: О. А. Федченко (1845–1921), А. В. Потанина (1843–1893), М.П. Черская (1857–1940), М.И. Молессон (1858–1922) [202] . Но и эти имена находятся в тени куда более известных имен их мужей. К этой славной плеяде относится и известный российский орнитолог, жена и спутница П.К. Козлова – Елизавета Владимировна Козлова (1892–1975), многие годы проведшая в экспедициях по Монголии и Средней Азии [203] . Она была рядом с Козловым более двадцати лет, являлась его другом, помощником, советчиком. При этом смогла выйти из тени своего знаменитого мужа, реализовать себя как личность, занять достойное место в науке, стать одним из ведущих сотрудников Зоологического института АН СССР.

Елизавета Владимировна Козлова, в девичестве Пушкарева, родилась 18 августа 1892 г. в Красном Селе под Петербургом в семье, где высоко чтили идеал служения, полезной деятельности на благо общества. На становление ее характера большое влияние оказали родители: религиозная, строгая мать и особенно отец – Владимир Иосифович Пушкарев, доктор медицины, умный, тонкий, интеллигентный человек, которого Лиля, как ее называли близкие, очень любила и уважала. С раннего детства Елизавета Владимировна отличалась самостоятельностью и серьезным отношением к приобретению знаний, увлекалась литературой, историей, математикой, позже философией, свободно владела несколькими европейскими языками, хорошо играла на фортепиано. В 1904 г. Лиля Пушкарева поступила в третий класс частной петербургской гимназии княгини Оболенской, которую закончила в 1910 г. с золотой медалью и поступила в женский Педагогический институт на естественно-историческое отделение.

Выбор профессии и весь дальнейший жизненный путь Елизаветы Владимировны определило лето 1910 г., когда она познакомилась с Козловым. Произошло это в курортном городке Берк Плаж в Нормандии, куда семья Пушкаревых привезла на лечение старшего сына, Владимира. Сюда, к своей семье, приехал после завершения отчетов по Монголо-Сычуаньской экспедиции и Козлов. Ему было 47 лет, он находился в зените славы: за его спиной участие в пяти экспедициях, которые принесли ему широкую известность и награды европейских научных обществ.

Миловидная девушка с нежными чертами лица, с искренним интересом к его деятельности завоевала сердце путешественника сразу и навсегда. Ее образ невероятным путем переплелся в его сознании с образом «незабвенного учителя» – Пржевальского. «Я с первых дней увидел человека со взглядом Пшевы. Странное дело! Острый, пытливый взгляд светил с молоденькой нежной головки» [204] , – писал Козлов своей будущей жене. «Ты наполнила мою жизнь, <…> оживила и приблизила ко мне моего Пшеву» [205] . Он находил даже внешнее сходство между ними (воистину любовь слепа! – воскликнем мы, взглянув на портреты Пржевальского и Лизы Пушкаревой). Петр Кузьмич даже называл ее уменьшительно-ласкательным именем своего учителя – Пшевочка.

Рассказы Козлова об удивительной природе Центральной Азии, о Пржевальском, о годах, проведенных в странствиях, поразили воображение Елизаветы Владимировны. Она увидела в знаменитом путешественнике пример состоявшейся личности. Чуть позже она будет определять Петра Кузьмича как человека «идейного». Его главная «идея» – изучение природы Центральной Азии, которая стала небезразлична и для нее.

Два последующих года непрекращающейся переписки были наполнены обсуждением совместных планов и, конечно, новой экспедиции. Елизавета Владимировна жила интересами Козлова, много читала книг о Центральной Азии, ходила в Зоологический музей, на лекции в Географическое общество. Козлов постепенно вводил Елизавету Владимировну в круг своих знакомых – географов, востоковедов, биологов, знакомил со спутниками прошлых путешествий. Петр Кузьмич понял, что только с этой девушкой он сможет реализовать свои планы по изучению Центральной Азии. Он инициировал развод с Надеждой Степановной Камыниной.

Дело это в те времена было непростое. Не все друзья и знакомые одобрили поступок Петра Кузьмича. Но! Страстное желание быть вместе с любимым человеком преодолело все препятствия. Весной 1912 г. Козлов получил развод.

Бракосочетание «девицы, дворянки, дочери статского советника» Елизаветы Владимировны Пушкаревой и полковника Генерального штаба П. К. Козлова состоялось 15 июля 1912 г. Одним из «поручителей» (свидетелей) со стороны невесты был потомственный почетный гражданин Николай Петрович Горбунов, в будущем влиятельный государственный деятель Советской России [206] . Это знакомство в последующем сыграло важную роль в жизни Козлова после революции.

Горбуновы и Пушкаревы жили по соседству в Красном Селе, недалеко от Петербурга. Глава семьи – Петр Михайлович Горбунов (1861–1940), директор (владельцами были его жена и теща) местной писчебумажной фабрики. В семье Горбуновых было одиннадцать детей – пять сыновей и шесть дочерей, двое из них умерли во младенчестве. Лиза Пушкарева с детства дружила со своим ровесником Николаем Горбуновым. После свадьбы Петр Кузьмич стал частым гостем в семье Горбуновых и своими рассказами зародил желание путешествовать по дальним странам у братьев Григория и Николая. Григорий Петрович Горбунов (1894–1942) [207] стал гидробиологом, посвятив свою жизнь исследованию северных морей, экспедиционная деятельность стала важной составляющей его профессии. Козлов предполагал взять его в качестве старшего помощника в свою Монголо-Тибетскую экспедицию в 1923 г., но Григорий отказался, предпочел работать самостоятельно в Арктике.

Конец ознакомительного фрагмента.