Чтение онлайн

Увидев Энрика, она слабо потянулась к нему рукой. — Энрик!

Из её рта показались острые зубы.

Энрик испуганно спрятался за стеной.

— Стой! Энрик, прошу!

Этот голос был похож на холькин, но существо, которое его издавало, походило на женщину разве что чертами лица.

Первая его мысль была бежать. Он посмотрел в сторону выхода.

Добежав до входа, однако, он не нашёл там ничего, кроме погружённой во мрак кучи камня.

— Энрик, иди сюда! — Её просящий голос вызвал в нём смешанное чувство страха и стыда.

Он очень хотел, чтобы она и все, кто здесь был просто исчезли без следа. Но сейчас она казалась беззащитной. Она прилетела за ним, а нуждалась в его помощи.

Вернувшись, он осторожно выглянул в комнату. Они с Холькой смотрели друг на друга. Женщина дышала медленно и осторожно, держась рукой за прут. Каждый вздох давался ей тяжело.

Энрик вышел перед ней в крайнем напряжении, готовый броситься наутёк в любой момент. — Госпожа Холька?

На её печальном лице появилась искренняя улыбка. — Энрик! Помоги! Поищи заживляющую мазь. Она должна у них быть. — Каждое слово она произносила тяжко. — Не знаю. Найди кладовку. И воды. Быстро!

Энрик вспомнил про бутылки в кладовке и убежал за ними. По дороге он заглянул в несколько комнат. В одной на столе стояли несколько небольших флаконов с красноватой жидкостью.

Вернувшись с ними, он застал следующую картину: Под Холькой растекалась заметная лужа крови, а сбоку от неё неё лежал окровавленный железный кол, а сама она одной рукой зажимала рану с помощью обрывков чёрных плащей.

Голова её была откинута, глаза широко смотрели вверх. Она тихо медленно дышала, стискивая зубы, стараясь не шевелиться.

— Госпожа Холька. — Он положил рядом бурдюки. — Я принёс мазь.

Она протянула руку. — Дай! — Она почти прокричала, будто от этого зависела ей жизнь. Получив флакон, она открыла его, поднесла сверху к ране и начала мазать ею края.

Энрик замешкался, но видя, что она явно знает, что делает, побежал за водой. Когда он принёс фляжки, Холька уже опустошила два из трёх флаконов. Теперь она лежала на крыльях в луже крови, без движения смотря в потолок.

— Я принёс воду.

Она посмотрела на неё протянула большую когтистую лапу. Энрик сначала отскочил, но когда лапа остановилась, осторожно вложил в неё фляжку и отошёл.

Она выпила её один залпом и облегчённым вздохом расслабилась и закрыла глаза.

Этот вздох заставил Энрика вздрогнуть. Когда умирали дед с бабкой, они перед смертью тоже просили воды, а как пили, так сразу расслаблялись и вскоре отдавали концы.

И сейчас реакция Хольки заставила его в страхе подойти и толкнуть её. — Тётя Холька! Не спите!

Ему показалось, что она не реагирует и он ещё раз толкнул её, громко сказал. — Госпожа Холька! Вам нельзя спать! Пожалуйста!

Он очень боялся остаться один в этом подземелье, не имея понятия, как выбраться и кого ещё может здесь встретить.

Она открыла глаза и слегка улыбнулась. — Не волнуйся. — Заговорила она шёпотом, с паузами. — Меня не убить этой железкой. Самое страшное позади. Мне надо только отдохнуть. — Он повернулась к нему. — Спасибо. Ты мой спаситель.

— А где господин Люциус?

— Мы с Люциусом. — Холька едва покачала головой. — Несколько повздорили. Но ничего. Он хочет продолжить поиски артефакта. Но мы вернёмся к нему.

Энрик походил по комнатам и нашёл в одной из них кровати. Туда они с Холькой перешли. Она тут же легла и заснула. Энрик же пошёл в кладовку и принёс оттуда засаленной капусты, немного вяленного мяса и воду.

Пока Холька спала, он пошёл в библиотеку. Её бой не затронул.

Он порылся в письменном столе и нашёл там учётную книгу, в которой начал искать что-то про магию. Таких книг оказалось так много, что Энрик решил отложить это на потом, отметив закладками самые интересные.

При его возвращении Холька проснулась.

— Вам лучше?

Она кивнула. — Принеси ещё мазь. Там осталась одна.

Он дал ей графин и пошёл за мазью, а заодно за едой. Вернулся он быстро, но за это время она успела выпить почти всю воду. Приняв из его рук флакон, она вновь помазала рану.

Энрик в это время поел.

Закончив дело, Холька с облегчением легла и улыбнулась Энрику. — Спасибо тебе. Что не убежал.

Эти слова смутили Энрика. А был ли у него выбор? — Вы попросили. Я помог.

Она улыбнулась. — Вот поэтому я и защищала тебя. Чтобы ты теперь спас меня. Одна я бы не справилась.

— Но вы же… дракон? Драконов же трудно убить. Я слышал, что у них заживают любые раны.

— Тебе наврали. К тому же я не лишь отчасти дракон. С такой раной — она приложила к ней руку. — Я бы истекла кровью очень быстро. Без мазей.

Какое-то время они просидели в тишине. Наконец Энрик решился спросить:

— Вы всегда были такой?

Она кивнула. — Я родилась такой. Но до поры не знала этого. Хотя теперь понимаю, что эта наследственность проявлялась с самых ранних лет.

— А почему? То есть, почему вы такой родились?

Она посмотрела в потолок. — Один мой далёкий предок был храбрым, но не очень дальновидным человеком. Он охотился на дракона в надежде, что испив его крови, станет неуязвимым непобедимым воином. И к несчастью, он достиг цели. Но выпитая кровь не принесла ему силы, но отразилась на некоторых потомках. В том числе на мне. — Её тон стал печальным.

— Вы не рады этому?

Она печально улыбнулась звериным оскалом. — Как я могу радоваться этому? Я чудовище. Я вынуждена скрывать свою внешность. Я не могу прийти в деревню или город без страха быть обнаруженной. Никакая сила не стоит такого. Но я избавлюсь от этого. За этим мы и шли в этот поход.

Она замолчала, закрыла глаза и болезненно вздохнула.

— Почему вы пришли за мной? Я же написал, что не хочу больше быть с вами.

— Чтобы ты пропал? Энрик, взяла себе слово защищать тебя. И я буду это слово держать. Потому я прилетела сюда.

Энрик вспомнил произошедшее и смутился. — Почему вы тогда пытались сжечь меня.

Он закрыла глаза. — Я не всегда превращаюсь по своей воле. Часто это происходит, когда я волнуюсь. И в такие моменты я не контролирую себя. — Она немного подумала. — Это… представь, что ты видишь всё, что делаешь, головой всё понимаешь, но тебя как будто несёт. Ты не просто хочешь есть, ты ненавидишь всех и твоё тело движется само. Движется убивать, чтобы утолять голод. Даже если ты хочешь остановиться, ты не можешь это сделать. Тебя ведут твои животные желания. Животная ненависть. Странная жажда крови.