Чтение онлайн

Мы ехали с лишком час по долине Санурской, потом начали подниматься на горы. Взъехав на первую вершину, я увидел внезапно роскошный вид гор Галилейских, которые высятся вдали огромными синими грудами. Влево горы понижаются постепенно к поморью. Перед нами в красивой лощине, среди масличной рощи, рисовалось селенье Кабатия, некогда опасное по грабительству его жителей; к нему ведет крутой спуск. Нам нужен был отдых; мы предпочли расположиться под обширными навесами фиговых и гранатовых дерев; эти последние были испещрены букетами красных цветов. Мы пробыли здесь один час. Кабатия принадлежит, как кажется, новейшим поселениям.

Мы выехали из Кабатии в половине двенадцатого часа. С первой высоты нам опять открылись горы Галилейские. Горы первого плана нагие и одеты желтоватым цветом. Вскоре мы въехали в тесное ущелье. Тут я заметил на прилежащей высоте развалины башни, а внизу колодезь. Выехав из ущелья, мы увидели значительное местечко Дженин. Мы достигли этого места с лишком через час езды от Кабатии. Над Дженином помавают несколько прекрасных пальм и великолепные кусты кактуса растут везде в большом изобилии. В Дженине до двух тысяч жителей; на базаре много движения, тут есть мечеть, два хана, несколько кофейных домов и развалины готического зодчества. Здесь граница Самарии и Галилеи. Дженин, как ключ дефилея, имеет небольшой гарнизон, это Джинеа, о которой говорит Иосиф Флавий как о пограничном селении, где произошла большая распря между галилейцами и самарянами [133] . Полагают, что в этом месте Спаситель исцелил десять прокаженных мужей, из которых, воздавший хвалу Богу за исцеление, был самаритянин. В Евангелии от Луки именно сказано, что Иисус проходил тогда между Самариею и Галилеею.

Отсюда развертывается обширная долина Эздрилонская (Иф 1:8), или Иезраельская (Суд 6:33; 1 Цар 29:1). С запада горы Самарийские резко прерваны морем, а впереди из цепи Галилейских гор выдается вперед грозная гора Саулова: Эндор, с чернеющимися на ее вершине развалинами. Сколько кровавых воспоминаний тяготеют на долине Эздрилонской! Здесь происходили битвы Гедеона с амалекитами и мадианитами; Саула с филистимлянами; Ахава с царем Сирийским Бенгададом; Иосии с Нехао, царем Египетским; Олоферна с Израилем и столько других позднейших битв!

Через час расстояния от Дженина видна налево, на холме, деревня Геламе. Мы приблизились к одинокой горе Сауловой: с южной стороны она раздваивается и обнаруживает как бы кратер, на котором основано селенье Саед-Един [134] ; так называют арабы гору Саулову и селенье, которое заступило то место, где был Аендор или Эндор Библии, где обитала жена волшебница. К ней смущенный Саул, некогда враг волхвований, но совратившийся с пути благочестия, пришел втайне, в глубокую ночь, переодетый, – на совещание, прося ее вызвать тень Самуилову. Здесь воздвиглась из недр земли пред трепетным Саулом тень старца, облеченного одеянием долгим, – и возвестила ему его погибель! Гора Гелвоа, где он пронзил себя мечом после несчастной битвы с филистимлянами, видна отсюда. Вид горы Сауловой облечен в какую-то невыразимую мрачность! Библейский рассказ об этом событии в Эндоре оставляет глубокое впечатление; его простота ужаснее всех сцен Шекспировых. Возле горы Сауловой идет дорога на восток, в Тивериаду. Тут же вблизи деревня Дерегин. Не доезжая до нее за несколько шагов, видел я возле дороги гробницу, без крыши, библейских времен. Цветочные фестоны украшают ее стены; несколько далее я нашел еще другую подобную. Отсюда начинается спуск в низменную долину, и тут есть колодезь. Вправо высятся огромною синею стеною горы Заиорданские. Впереди, у подошвы горы с заостренною вершиною, видна деревня. Судя по местности, эта гора есть та, которая обозначена в книге Иисуса Навина (Нав 19:17) и в Псалмах 132 и 134 под именем Сиона (Галилейского). Из Псалма 134 мы видим, что был царь Аморрейский, который назывался Сион. У Моисея аморритянами названы вообще народы ханаанские (Быт 14); но здесь говорится о тех аморритянах, которые жили на север от Сихема в долине Эздрилонской (Быт 48).

Не доезжая Сиона Галилейского, для сокращения пути мы вдруг своротили влево, направясь целиком чрез иссохшее русло Кисона, на холм, увенчанный деревенькой, по прямому направлению к благословенным горам Назаретским. Эта деревенька называется Пуле, в ней я видел древние развалины. Пуле занимает, вероятно, то место, где существовал некогда городок Наин; там Спаситель воскресил единородного сына вдовицы (Лк 7).

Эта местность согласуется с описанием Иоанна Фоки, у которого мы видим, что Кисон протекал между Фавором, Наином и Эндором [135] ; а положение на высоте холма – с словами Иосифа Флавия, который говорит, что Наин был укреплен стенами при вторжении римлян. Тут, как бы вдруг отделясь от цепи Назаретских гор, явилась моим очарованным взорам светлая гора Фавор. Как она ясна, как свежа, как весела после мрачного Эндора! Сердце мое как бы отдохнуло и мысли прояснели при виде Фавора! Эта священная гора оставалась у нас гораздо правее, но, по своей массе, казалась от нас довольно близкою.

Мы были уже почти у подошвы диких гор, где так скромно укрывается от мира Назарет, вместивший в стенах своих высочайшее из всех таинств! Поднимаясь на крутые горы по кремнистой и трудной стезе, я невольно погрузился в восторженную думу, воображая, как часто эти стези были следимы чистейшим из земных существ, самою Царицею небесною. Мы утомлялись дальним объездом кругом скалы, по пути, по которому едва могли следовать наши лошади. Вместо того, чтоб везти нас путем легчайшим мимо Фавора, наш проводник вывел нас гораздо далее на большую Яфскую дорогу.

Мы проехали мимо водоема и нескольких оливковых дерев, и с первого подъема нам открылся Назарет. Как радостно, как жарко запылало сердце мое при виде Назарета! Это бедное место, где совершилось неизглаголанное таинство воплощения Слова, стеснено в нагорной лощине, между двумя хребтами гор известкового кряжа; их вершины облегают со всех сторон горизонт; Назарет уединенно прислонен к нижнему скату западного хребта, понижающегося в овраг.

Монастырь латинский, построенный на самом месте Благовещенья, находится почти при самом въезде в Назарет. Это есть единственное пристанище христиан; оно обнесено высокою стеною, но сам Назарет ничем не защищен: имя Марии охраняет его среди бурного поколения язычников. Здание монастырское построено крепко и тщательно, но не имеет отличительного зодчества; оно образовано прямоугольником о двух этажах, с довольно обширным двором, вымощенным плитами. Я поспешил к святилищу.

Церковь Назаретская прекрасна, даже великолепна; она дышит радостью, в ней атмосфера цветочная; мрамор одевает стены и помост. Главный алтарь, или называемый у католиков хор, возвышен на 17 ступеней. Большой надпрестольный образ Благовещения господствует с высоты над храмом. Под этим великолепием, которое есть плод усердия христиан, таится самое укромное жилище Матери Божией. Подобно некоторым существующим еще бедным домам нынешнего Назарета, жилище Пресвятой Девы прилегало к уступу скалы, в которой выделан вертеп, составляющий три небольшие комнаты. Туда сходят с левой стороны алтаря по нескольким широким ступеням из белого мрамора.

Необыкновенное смятение овладело мною, когда я спускался к святилищу: я пламенно желал очистишь свое земное существо, чтоб быть несколько достойным стать на том месте, где были стопы самой Матери Божией и небесного благовестника такого таинства, пред которым благоговеют сами Херувимы. Под сводом этого святилища устроен католический престол, над которым ежедневно совершается воспоминательное таинство нашего искупления. Под мраморною доскою престола, подобно как и в торжественном вертепе Вифлеемском, несколько богатых непрестанно горящих лампад озаряют священный помост; на нем стоят несколько хрустальных ваз с белыми лилиями – символ небесной чистоты, – которые удостоились быть прославлены самим Спасителем (Мф 4:28–29): они рассыпаны также на помосте и беспрестанно заменяются свежими, а прежние собираются и разносятся набожными поклонниками по всем странам света. Белые лилии растут в большом изобилии вокруг Назарета. Надпрестольный образ Благовещенья здесь так же прекрасен, как и в главном алтаре.

При входе в священный вертеп налево обращают внимание две мраморные колонны, поставленные святою Еленою, одна на том месте, где предстал Архангел Гавриил Пресвятой Марии, а другая – где находилась тогда на молитве Матерь Божия. Эта вторая колонна распилена посередине – и средняя часть ее не существует. Язычники исказили эту колонну, полагая в ней найти скрытое сокровище. Достойно замечания, что после того, как средняя часть колонны была уничтожена, верхняя половина ее, утвержденная в своде вертепа, доселе не упала от своей тяжести. С той поры некоторые из язычников стали поклоняться этому святому месту – и многие получали исцеление. Я уже имел случай говорить о богопочитании Пресвятой Марии Девы у мусульман. Здесь читал я благовестное Евангелие святого Луки.