Чтение онлайн

Ниу следила за ней и четко понимала – давать бумаги Чунтао на подпись бесполезно: живая, она сумеет доказать принуждение или внесет сумятицу в процесс, если разбираться с наследством будет суд, и исход дела может быть непредсказуем. Наложница была неадекватна, озлоблена и поэтому опасна, но изворотлива, умна и умела манипулировать людьми, определенно.

Ниу посмотрела на Хироюки и получила в ответ многозначительный взгляд: пора кончать. У самурая ни сомнений, ни мук совести в глазах не наблюдалось. И Ниу, вздохнув, качнула головой и обратилась к связанной мегере:

– Так чего же ты хочешь, дорогуша, от нас?

Чунтао гордо вскинула голову и высокомерно произнесла:

– Исчезните! А лучше – сдохните прямо сейчас! Иначе пожалеете!

Ниу присела перед ней на корточки и тихо поинтересовалась:

– И как мы должны это сделать, по - твоему?

Наложница улыбнулась и также тихо произнесла, самоуверенно улыбаясь:

– Развяжи меня, и я быстро отправлю тебя к твоей матери! Обещаю, мучиться не будешь, даже не поймешь, как умрешь! Щенка, так и быть, оставлю в живых. Но личико попорчу! Старшенький ваш сгинет на западе, я уже нашла, кто ему в этом поможет, осталось заплатить. Эти твои пёсики сами друг друга порешат, веришь? Я умею с мужчинами обращаться. Так что, не теряй время и быстро развязывай. Не тебе, слабой рохле, со мной равняться! Не стоило и начинать, а теперь поздно…Ты не сможешь ничего мне сделать, как и эти две глупые дыни Ся, … Им недолго осталось, я их тоже отправлю к предкам, как и купчишку, только после свадьбы, а сынка оставлю – пока…Никто не смеет мне мешать!

Чунтао, распаляясь, начала рассказывать о своих планах в отношении будущих жертв и своем житие-бытие после их ликвидации, и с каждым мгновением очевидно все больше теряла связь с реальностью, где она привязана к стулу, а противники свободны и слушают её бредни, совершенно потеряв дар речи от откровенных подробностей, как она собирается с ними (и не только) поступить.

Находясь в раже, упиваясь собственной значимостью (ей внимают!), Чунтао поведала и об устроенном поджоге борделя, и об убийствах отца-алкоголика, наставницы и старой знахарки, что научила ее готовить ядовитые смеси из трав, и о медленном отравлении отца Бай, и о других подвигах на ниве мести всем и вся за то, что родилась такой…Она брызгала слюной, хохотала как безумная,грозила Ниу и остальным разными карами, потом вдруг начинала кокетничать с Гао и Тайрой, обещая мужчинам «рай» в постели с ней, вспомнила и Бай Шана, который посмел ей отказать в признании, проговорилась даже о намеренном ранении Бай Лея, посетовав, что переборщил наемник – старик не дожил до свадьбы, хотя должен был всего лишь ослабеть…

Гао Ронг уже давно пребывал в прострации, оглушенный сказанным, Хироюки молчал, лишь ходящие туда-сюда жевлаки на лице выдавали его состояние, брат и сестра безмолвствовали, не имея сил и желания вступать в перепалку со слетевшей с катушек наложницей, которая в это время снова и снова красочно описывала свою неприязнь к ним обоим, проклиная их и требуя, чтобы они отпустили ее незамедлительно, чтобы она, Чунтао, сделала, наконец, с ними все, что захочет, потому что они это заслужили…

Тут Бай Юн не выдержал:

– Сестра, она сумасшедшая!

Ниу посмотрела на мальчишку и вспомнила первый день своего попаданства: горе и страх в глазах худенького подростка, сидящего на полу и держащего ее за руку, его переживания и мягкую улыбку во время рассказа о сестре и матери, подумала о погибшей девочке, чье тело ей досталось… И решилась.

Выходя из номера гостиницы, она зачем-то воткнула в рукав длинную иглу, которую нашла в вышивальной корзинке. «Вот и пригодилась» – обреченно подумала иномирянка, и, не давая себе ни секунды на размышления, вытащила её и молниеносным движением вонзила в особую акупунктурную точку на голове наложницы. Чунтао дернулась, глаза ее закатились, голова безвольно упала на грудь. Все было кончено.

Ниу дрожащей рукой вернула иглу на прежнее место, выдохнула осторожно и негромко сказала:

– Положите ее в ванну, мальчики, и пойдемте отсюда поскорей

Глава 51

Некоторые люди в момент наивысшего нервного напряжения ударяются в панику или впадают в ступор, Бай Ниу же являла собой другой тип личности: она становилась предельно собранной. Пока мужчины отвязывали и уносили бездыханную наложницу в ванну, она знаками показала брату застелить постель брошенной на пол простынёй, убрала на место мешочек с травами и письма, обнаруженные ранее, расставила аккуратно стулья и оглядела комнату на предмет беспорядка. Все было нормально.

В ванной тем же занимался Хироюки, Ронг лишь следовал указаниям. Они раздели и погрузили Чунтао в воду, расправили волосы на бортике, повесили на ширму халат и вернулись в комнату, где заканчивали уборку Баи.

Получив кивок-подтверждение от Хироюки, Ниу приказала:

– Уходим.

Четверка незваных гостей также тихо и незаметно, как вошла, покинула особняк Бай и уже через полчаса была в гостинице, куда проникла со стороны канала. Их с волнением ожидал Чжао Ливей. На столе в кабинете были расставлены легкие закуски, несколько кувшинов вина: хозяин предвидел, что вернувшиеся захотят выпить.

***

Пришедшие были молчаливы и напряжены. Отельер дернул головой в сторону самурая, получил ответный кивок, ничего не стал уточнять и посмотрел на непривычно бледную Ниу, которая взяла один кувшинчик и прямо из горлышка выпила содержимое до дна, потом еще один и еще.

После третьей порции девушка села на стул и хрипло прошептала:

– Вот и все, я сделала это… Сяо Юн, прости меня! Но теперь тебе никто не будет угрожать или пакостить… А я… я справлюсь, и мы будем жить дальше…Я справлюсь! Ты не вини себя, ребенок, никогда! Это я сделала, понял? Это не твоя вина!

Опьяневшая девушка обвела мутным взором компанию мужчин и проговорила:

– А вы, все, будете молчать до скончания века! Слышите?! Или забудьте все, что видели, понятно? Мы пили здесь всю ночь, отмечали мой день рождения, поняли?

И с этим словами Ниу потянулась за еще одним кувшином, но Хироюки аккуратно надавил на её сонную артерию, и девушка вырубилась.

– Я отнесу ее в комнату, она проспится и завтра будет в норме,– сказал самурай и покинул кабинет с Ниу на руках. Бай Юн рванул было следом, но Чжао Ливей удержал его на месте.

– Тебе тоже не помешает выпить, парень, – хозяин перевел взгляд на руки Юна: они сильно дрожали, а самого мальчишку мелко трусило. – Выпей вина и поешь, потом поговорим.

Бай Юн принял протянутую чашу с вином и опрокинул жидкость в рот одним движением, закусил холодным мясом и заплакал. Хозяин кабинета молча похлопал его по плечу. Гао Ронг тоже выпил кувшинчик вина и продолжил сидеть, безучастно смотря на стол.

Нарушил тишину вернувшийся Хироюки:

– Так, все отправляются спать. Юн, иди к Сэтоши, останьтесь рядом с Ниу, господин Гао, Вам тоже следует отдохнуть, а мы с Ливеем поговорим.

Гао Ронг поднялся и ушел,пошатываясь, в спальню хозяина дома.

***

– Что там произошло, Тайра? – спросил Чжао, когда они остались одни.- –Почему ребята и Ронг такие?

– Ниу убила Чунтао, а Ронг увидел наложницу без одежды. Юн просто потрясен случившимся.

У отельера мурашки пробежали по всему телу, а волоски на коже встали дыбом.

– Кто убила, Ниу? Как ты это допустил? А бумаги? Почему?

Хироюки выпил вина, сел поудобнее на диване и поведал приятелю о ночном происшествии.