Путешествие в Древний Китай
Шрифт:
– Ниу сделала это так быстро, что я даже не понял. Она закрывала собой их обеих, поэтому мы увидели только результат – Чунтао была мертва. Ни порезов, ни каких-либо других повреждений на теле я не нашел. Наложница просто перестала дышать, сердце не билось. Я оставил ее в ванной, теперь дело за яменом.
– А как же…Нет, я не понимаю.. – хозяин гостиницы опустошил кувшин вина и уставился на визави.
– Ниу очень смелая девушка – в голосе японца отчетливо звучало уважение. –Женщина-воин. Она взяла на себя тяжесть убийства, хотя я абсолютно уверен, что раньше не убивала. Но ради брата и нас, она это сделала. Невероятная решительность и самопожертвование!
Друзья помолчали, думая каждый о своем, немного погодя самурай продолжил:
– Ей надо уехать на время. Думаю, начнется суматоха, когда утром слуги обнаружат мертвое тело и вызовут власти. Поэтому брату и сестре следует где-то пересидеть всю суету, а вот Гао тебе придется контролировать. Сможешь?
Мужчины выпили еще и разошлись: наступающий день обещал быть очень хлопотным и интересным.
***
Непроснувшуюся толком Ниу и полусонного Юна Ливей и Хироюки на рассвете осторожно перенесли в повозку, и самурай с Сэтоши отправились с ними в пригород, в вотчину Руо, а Ливей приготовился наблюдать за событиями в городе. Гао Ронг обещал вести себя максимально спокойно и не давать повод для подозрений служителям закона. Мужчина даже обиделся на сомнения в себе:
– Чжао, я туповат, но не круглый дурак! Где Руо?
– Хироюки увез их поутру в поместье, позже и мы туда съездим. Пока надо узнать новости. Иди уже, уверен, тебя обязательно будут допрашивать в первую очередь.
***
Бизнесмен оказался прав: уже днем к Гао Ронгу в гильдию пришел следователь ямена и поинтересовался взаимоотношениями с внезапно скончавшейся совладелицей бизнеса. Выслушав показания охранника, чиновник удалился, пообещав сообщить новости по делу, если таковые появятся.
В чем сам служка сильно сомневался: смерть наложницы была загадочной. Расследование началось, но особого успеха ямен не ожидал, и рвения слуги закона в этом деле проявлять не собирались – уж больно необычной оказалась покойная. Померла так померла, не велика птица, кто за неё радеть будет? Да и увидев такое, спать перестанешь, куда уж там искать виновного?
Но сразу отказаться от расследования яменским бегунам не пристало, и они в течение нескольких дней вяло опрашивали слуг, знакомых покойной, лавочников, обслуживавших наложницу и, конечно, несостоявшихся родственников: семьи Ся и Бай. Близких самой жертвы ямен не нашел, только весьма мутные слухи бродили по городу о ее бордельном прошлом в Няньбо, закончившемся гибелью всех товарок во время внезапного пожара.
Когда дошла очередь до членов семьи Ся, удивление на их лицах от новости было столь искренним, что заподозрить ничем ранее не опорочивших себя горожан в злом умысле следователям не пришло в голову. Хоть облегчение от известия о смерти возможной мачехи у младшего Ся присутствовало, но это было понятно любому нормальному человеку: кому приятно знать, что отец женится, да еще и на молодой красавице, в то время как твоя мать лежит чуть ли не на смертном одре!
К тому же, у всей семьи было железное алиби: дети смирно сидели у постели беспамятной матушки, отец пил дома от счастья перед скорой свадьбой с молодой красавицей. Записав показания, бегуны удалились, а Ся Чжу про себя возблагодарил того, кто спас его семью от несчастья. Кого имел ввиду молодой человек, знал только он.
***
Найти брата и сестру Бай в городе следователи не смогли, и пришлось снова обращаться к Гао Ронгу. Тот сообщил, что они давно живут в поместье за городом, и он, после возвращения, еще с ними не встречался.
– Вам нужно их опросить – езжайте! Добавьте ко всем их несчастьям, пережитым по вине этой женщины, еще и подозрения в убийстве! Дети-убийцы, вам самим не смешно?
– Господин Гао, мы все понимаем, но и вы поймите: женщина умерла, мы обязаны расследовать…
Яменские бегуны тупили глаза, мялись и чувствовали себя крайне неловко: дело хотелось поскорее закрыть, а ниточек не было. Потоптавшись, они вернулись в офис префекта, где, после долгого обсуждения с главой ямена и коронером, было решено дело закрыть, а смерть несчастной объявить случайностью за отсутствием более внятного объяснения.
Тем более, что и необычность умершей и обстоятельств ее смерти, и обнаруженные при обыске в комнате наложницы письма, свидетельствующие о махинациях с завещанием Бая, и травки, найденные тогда же и определенные лекарем как отрава длительного действия, однозначно приводящая к летальному исходу, да и слухи о прошлом наложницы усиливали желание служителей местной Фемиды покончить с расследованием как можно скорее.
– Никто ею не интересовался? – спросил префект собравшихся в его кабинете служивых. – Нет? Вот и хорошо. Оформляйте труп на захоронение, дело – в архив по причине окончания следствия за отсутствием улик, подтверждающих насилие, и забудем уже об этом. Коронер Фу, а ты и, правда, ничего не обнаружил?
Коронер, прежде не видевший столь диковинных тел, труп разве что не облизал, но кроме констатации смерти от остановки дыхания и отказа всех органов, ничего другого не нашел и сказать ничего не мог.
– Она просто раз – и умерла. Как вырубило. При этом ни следов ударов, ран, уколов или укусов на теле, отравления на языке – ничего. Поела, помылась и – всё…
Присутствующие переглянулись, повздыхали понимающе и разошлись по своим делам. История Чунтао канула в Лету.
Глава 52
Шаосин несколько дней обсуждал внезапную смерть необычной наложницы: пикантные подробности о трупе были разнесены благодаря неосторожности впечатленных увиденным в доме Бай яменских бегунов. Кто-то просто чесал языками, перемывая кости всем, с нею связанным, привирая и додумывая, а кому-то было все равно на чужую смерть. И никто не пожалел умершую …
У префекта же появился повод вернуть имущество, оставшееся от покойной Чунтао и не менее покойного Бай Лея, сотворившего глупость с завещанием, законным наследникам рода Бай. Для этого в имение Руо был отправлен с соответствующим письмом гонец. Наследникам предписывалось явиться в префектуру Шаосина и получить нужные бумаги, после чего вступить в права наследования.
Гонец привез новость ровно через неделю пребывания брата и сестры Бай в поместье, после полудня, когда хозяева и гости пили чай в тени веранды, выходящей в сад на заднем дворе. Гонца встретила тетка Мэй и провела к месту отдыха господ. Вручив письмо префекта, гонец удалился, а за столом наступила тишина.
– Сестра, неужели все закончилось, и мы можем вернуться домой? – срывающимся от волнения голосом спросил Бай Юн. Парень не верил, что скитания и страхи, обида и ненависть остались в прошлом, и родной дом теперь опять стал таковым.
Ниу смотрела на мальчишку и радовалась: наконец брат успокоится! И ей следует сделать тоже самое.
***
Возвращение в поместье Ниу не заметила: хорошо так Хироюки ее отправил спать! Очнулась девушка в знакомой комнате и в знакомой позе – на старинной резной кровати, у которой на полу, держа ее за руку, дремал знакомый паренек с длинными черными волосами.
«День сурка какой-то– подумала попаданка и пошевелилась. – Неужели все снова?»
– Сестра? Ты проснулась? Я так испугался, думал, что снова потерял тебя!