Чтение онлайн

– Если успею, то обязательно.

– Там, наверняка, будет много хороших молодых парней, которые не отказались бы с тобой познакомиться...

Юки моментально покраснела.

– Мастер!

– Что? Многие из них - крайне перспективные чародеи! А тебе уже двадцать пять, если мне не изменяет память...

– Учитель!

– Ладно-ладно. Но ты, все-таки, подумай над моим предложением.

На несколько секунд повисла тишина. Потом Юки собралась с силами, и обратилась к Альфусу Омегасу:

– Мастер Омегас...

– М-м-м?

– У меня тут возникла ситуация, в которой я не могу до конца разобраться...

– У тебя есть какие-то вопросы?

– Да.

– Ты знаешь мою позицию. Если человек задает вопросы, значит он идет в правильном направлении. Мои скромные познания к твоим услугам. И так?

Юки ненадолго задумалась, прикидывая, как лучше сформулировать свой вопрос.

– Вы никогда не слышали о предмете силы или артефакте, который способен наводнить целый город сырой магией и при этом дать обыкновенным людям возможность производить исключительно чародейские вещи?

– О, как интересно... Люди могут работать с магией?

– Я не уверена, что они делают это осознанно, но у них явно получается. Иначе мы с вами сейчас не разговаривали бы.

– Занимательный случай. Напоминает аномалию острова Хаски.

– Немного. Но там были собаки.

– Ах, эти пушистые негодяи! Я помню, как они прыгали вокруг меня, когда я приехал. Невероятно милые создания! Ты же знаешь, больше собак я люблю только кошек, - всемирно известный маг с улыбкой на губах уставился куда-то в потолок. Спохватившись, он поправил свой колпак и снова направил взгляд на Юки.
– Что-то я отвлекся... видимо, старею. Хотя, мне всего-навсего девяносто три года! Расцвет сил!
– он задумчиво погладил бороду.
– У меня есть одна идея. Если ты уверена, что все завязано на артефакт...

– Вероятность такая же, как у злемминга примкнуть к ежегодной миграции.

– Хм. То есть, без вариантов. Ладно. Как ты знаешь, артефакты и предметы силы делятся на несколько основных типов...

– Да. Экзомагенные и эндомагенные. Одни выделяют видоизмененную магическую энергию, другие - поглощают ее у своего обладателя. При этом и те, и другие, служат для усиления конечного эффекта заклинания. Но я никогда не слышала про артефакт, способный заполнить сырой магией целый город.

– Я тоже о таком не слышал. Более того, это невозможно в принципе - настолько насыщенный силой предмет попросту детонирует в процессе своего создания. Но ты забыла про третий тип.

– Третий тип?

– Да. Он встречается крайне редко, возможно поэтому ты про него не знаешь. Мезомагенные артефакты. Предметы силы, которые не поглощают, и не выделяют энергию. Они лишь пропускают магию через себя, подобно линзе, преобразуя с ее помощью реальную действительность в действительность нереальную.

– Тогда откуда они эту энергию берут?

– Тут все очень просто. Они вытягивают ее из окружающего мира, но не накапливают в себе, а лишь слегка видоизменяют, пропуская сквозь свое физическое тело.

– Неужели такое возможно?

– О, это очень занимательные вещицы. И я знаю всего два примера мезомагенных артефакта. Это погнипетская Книга Смерти, ныне утерянная. Я сомневаюсь, что она, внезапно, нашлась, да и область применения у нее другая. Все эти семейные разборки, проклятые сокровища, десять казней...

– А второй пример?

– Хм.

Альфус Омегас замолчал, будто сомневаясь в том, что хочет сказать.

– Философский камень.

– Ох...

Юки знала о философском камне. Просто, она никогда не верила в его существование - создать подобный артефакт можно было лишь в теории. На практике все попытки заканчивались неудачами. Первым чародеем, заговорившим о философском камне, был Мерлин. Его дневники долгое время хранились в странглийском музее Истории Магии, пока, пятьдесят лет назад, не пропали при загадочных обстоятельствах. Принято считать, что он провел огромное количество опытов с различными магическими субстанциями, и, в итоге, так и не сумел до конца своей жизни разрешить несколько фундаментальных проблем, мешающих созданию камня. К тому же, как всем известно, философский камень всего-навсего способен превращать свинец в золото, и продлевать человеческую жизнь, не более того. Он никак не вязался у Юки с происходящим в Ветроиде.

– Но, разве, философский камень может привести к тому, о чем я рассказала? Он же всего лишь...

– Превращает свинец в золото, и продлевает человеческую жизнь? Расхожее заблуждение. Сам Мерлин приложил руку к тому, чтобы все именно так и думали. А человеческая природа ему в этом помогла.

– То есть?

– Философский камень обладает другими свойствами. Он использует околокритические объемы магии, которые концентрирует в месте своего нахождения, чтобы создать сверхреалистичную иллюзию желаемого. Если говорить простыми словами - исполняет человеческие желания. А, поскольку, большинство людей желает богатства и долголетия, Мерлину не составило труда убедить всех, что камень только на это и способен.

– Но ведь даже ему не удалось создать подобный артефакт! Он был сильнейшим чародеем в истории, и потратил на исследования всю свою жизнь, так и не добившись успеха! Откуда камень мог взяться в наше время?

– О, Мерлин был очень интересной личностью. На самом деле, он мог создать все, что угодно. Просто не стал этого делать. Видимо, ему пришла в голову закономерная мысль, к чему может привести появление философского камня в нашей реальности. Ну, или он просто решил подшутить над потомками, подсунув им красивую легенду.

– Откуда вы все это знаете?

– Из записей самого Мерлина, естественно, - не задумываясь ответил чародей. Лицо его тут же приняло такое выражение, будто он сболтнул лишнего.
– Эм...

– Но его дневники были зашифрованы! К тому же, они пропали пол века назад...

Альфус Омегас, вдруг, скосил глаза, и, как будто бы, покраснел.

– Мастер?

– Да-да, дневники, какая потеря!
– всемирно известный чародей избегал смотреть в глаза Юки.
– Помню, как впервые посетил музей Истории Магии, а дневников там уже не было! Исчезли незадолго до моего приезда. Я тогда так расстроился!

Юки буквально сверлила великого мага своим взглядом. Тот поспешил сменить тему.

– Насчет того, откуда философский камень мог взяться в наше время... я думаю, кому-то повезло, - глаза Альфуса Омегаса затуманила пелена задумчивости, и он, тихим голосом, добавил:

– Или кому-то помогли...

– Вы сказали, что камень создает сверхреалистичную иллюзию. Это значит, что все, окружающее меня сейчас - ненастоящее? Мираж?

– Нет-нет. Видишь ли, объемы магии, используемые камнем, настолько велики, что он создает иллюзию, более реальную, чем действительность. Грубо говоря, если бы кому-то взбрело в голову, например, с помощью философского камня заставить гусыню нести золотые яйца, то они были бы по-настоящему золотыми. Их можно было бы переплавить, и сделать настоящие золотые монеты. И в то же время, это было бы иллюзией. То есть, она существовала бы до тех пор, пока камень ее поддерживает.

– А если кто-нибудь захотел бы, чтобы его кареты ездили сами собой, а вывески на домах светились всеми цветами радуги...

– То так бы все и стало.

– Значит все дело в философском камне. Никогда бы не подумала!

Лицо Альфуса Омегаса приняло на редкость серьезное выражение.

– Юки.

– Да?

– Будучи чародеем, находится рядом с камнем опасно. Для работы ему требуется очень много энергии, и он ищет ее в любом подходящем месте. Маг, в созданном камнем поле иллюзии, может испытывать серьезные проблемы.