Чтение онлайн

Ричард затормозил у кафе. Что же, и он выпьет чаю — пусть и не в компании Энн Салливан. В это время он должен бы сидеть в гостях, потягивать неизбежный коктейль и наблюдать, как Сара томно покачивается в объятиях кого-нибудь из гостей мужского пола. Она любила танцевать, а Ричард нет. И когда он увидел на улице смертельно побледневшую Энн, схватившуюся за ограду, все прочее отодвинулось для него даже не на второй план, а вообще кануло в небытие.

Сев за столик и заказав крепкого чаю с булочкой, Ричард позвонил Саре, к которой обещал заехать еще в час дня, чтобы вместе выбрать подарок. Сара была его последней подругой, высокой блондинкой с отличной фигурой и ослепительным цветом лица.

Она сняла трубку, и Ричард услышал ее раздраженный голос:

— Ну и куда ты запропастился, Рик, я вся как на иголках, с тобой невозможно ни о чем договариваться...

— Прости, Сара, но возникли непредвиденные обстоятельства. Потребовалась моя срочная помощь. — Ричард, как у него с детства вошло в привычку при общении с женщинами, начинал оправдываться, отчаянно презирая себя за это. Но трудно объяснить одной девушке, что отменяешь назначенную с ней встречу ради того, чтобы помочь другой.

— Послушай, Рик, что за лепет? Ты что, все еще прохлаждаешься в своем дурацком агентстве? — фыркнула она. — Да ради Бога, можешь не спешить, я и без тебя найду, с кем пойти к Грегсонам.

Ричард встречался с Сарой уже полгода, и одно время ему даже показалось, что из этого может выйти что-то серьезное. Уверенная в себе, напористая Сара в чем-то его очень дополняла. Но за последнее время эта неуемная энергия Сары начала его понемногу угнетать. Привычка Ричарда вечерами сидеть дома в халате вызывала в Саре раздражение.

— Можно подумать, мы с тобой уже тридцать лет женаты! — восклицала она. — Тебя вытащишь из квартиры только бульдозером.

Он все больше ощущал, как она берет на себя организацию его жизни, ожидая полного повиновения. Его отношение к Саре постепенно начало меняться, делалось более прохладным, несмотря на то что в постели она была пылкой и неутомимой. Но первый он никогда не посмел бы порвать с ней.

Его отношения с женщинами до сих пор развивались по накатанной схеме: он разочаровывал их своей уступчивостью и мягкостью и они начинали лепить из него мужчину по собственному вкусу. И его охватывало знакомое с детства чувство, что он, такой, какой есть, никому не интересен...

— Рик, ты слышишь меня? — В голосе Сары звучал праведный гнев. — Или ты сию секунду приедешь, или между нами все кончено.

И, не дав ему возможности ответить, она бросила трубку. Сара часто вспыхивала, но так же быстро отходила, и сейчас ее категоричность удивила Ричарда. Может быть, он наскучил ей и она давно искала предлог расстаться?

Ричард поймал себя на том, что вздыхает с облегчением. Конечно, он позвонит ей, извинится... Он вспомнил вчерашний разговор с племянником своей клиентки, Чарли. Буквально с первой же сказанной молодым человеком фразы Ричарда поразило сходство между ними. Едва Ричард упомянул имя его тети, как у племянника нервно забегали глаза.

— Ваша тетя ни в коем случае не желает никому неприятностей, никого не обвиняет. Но она в растерянности. Она пришла ко мне от отчаяния, — говорил Ричард, стараясь смягчить факт обращения миссис Брукнелл в детективное агентство для разрешения семейной проблемы. — Кольцо, насколько я понимаю, дорого ей как старинная семейная реликвия, как память о дорогих людях.

— Кольцо на самом деле принадлежит мне, — пробормотал Чарли, заливаясь краской. — Я имею полное право им распоряжаться.

— Разумеется. Но вы могли бы открыто сказать тете, зачем берете его.

— В том-то и дело, что не мог! — воскликнул Чарли. — Вы не поймете. Да и кто поймет? Мужчине тридцать лет, а он боится своей тети, словно восьмилетний несмышленыш. — Тут его словно прорвало. — Тетя любит меня, да и я люблю ее, по-своему. Но она возненавидела Дорис с первой секунды, и я ничего не мог с этим поделать. Дорис — порядочная девушка. Я подарил ей кольцо и сразу не сказал, что взял его тайком. Но когда она узнала, то потребовала, чтобы я положил его на место.

Тетя спрашивала, не видел ли я кольцо, а я все отрицал, как напуганный малыш. Представлял, что она снова закричит: «Эта вульгарная особа, это ничтожество!» Но я все равно женюсь на Дорис.

Ричард тяжело вздохнул.

— Я вас отлично понимаю... Но, видите ли, ваш образ действий напоминает поведение подростка, не научившегося отстаивать право на независимость. Поэтому ваша тетя и реагирует соответственно.

— Я думаю, мне ничего не остается, как поставить ее перед фактом. Скажу ей, что Дорис моя невеста. Мы регистрируемся через неделю. Я боюсь, что тетя не захочет присутствовать на венчании.

— Миссис Брукнелл действительно обижена на вас, — сказал Ричард. — То, какую вы девушку выбрали, — это дело только ваше. Но вы взяли кольцо тайком, и это следует исправить. Я уверен, вам стоит вернуть кольцо. Попробуйте вести себя с тетей как взрослый человек, спокойный и рассудительный. Скажите примерно следующее: «Да, я взял кольцо, чтобы обручиться с Дорис, считая, что имею на это право. Но сейчас я его возвращаю». Скажите, что на этом настаивает сама Дорис. Сердце вашей тети может смягчиться, если она узнает, что Дорис захотела вернуть кольцо.

Чарли смял в руке пустую сигаретную коробку.

— Легко вам говорить. Разговаривая с тетей, я превращаюсь в запуганного мальчишку.

Мне прекрасно знакомо это состояние, подумал Ричард и вслух сказал:

— Предложите, чтобы кольцо хранилось у тети, а вам зато достанется Дорис. Возможно, миссис Брукнелл жаль расставаться с кольцом. Пусть оно останется ей в утешение. Она все-таки теряет племянника.

— Сделаю все, что в моих силах, — вздохнул Чарли.

Интересно, чем кончилось дело, подумал Ричард. Счет от миссис Брукнелл пока не поступал. Мыслями его снова завладела Энн Салливан, хрупкая девушка с кроткими глазами и ямочкой на подбородке. Он ужасно хотел пригласить ее пообедать, но язык не повернулся. Неужели он произвел на нее неблагоприятное впечатление? Обычно женщины находили его привлекательным... Но у него по крайней мере есть ее телефон.

Ричард остановил машину в обычном месте, за домом. Он проведет вечер один, с мыслями об Энн Салливан...

Утром зазвонил телефон. Энн сняла трубку. Звонил ее брат.

— Привет. Как дела? — Джон считал сдержанный суховатый тон самым правильным при общении с сестрой. Так ему казалось легче держать ее на расстоянии и не позволить «цепляться» за него. Его голос на мгновение пробудил в Энн желание рассказать ему о своем одиночестве, о том, как ей грустно и тяжело без папы. Кажется, кому еще расскажешь, каково у тебя на душе, как не родному брату? Но она сделала над собой усилие и сдержалась. Еще раз услышать все то, что сказал ей Джон на следующий день после похорон? Нет, она не в силах. Она должна удержаться от излияний, тем более что Джон, не дожидаясь ответа на свой вопрос, спросил дальше:

— Мистер Катерленд говорил с тобой насчет работы? Кажется, он хотел предложить тебе поехать на раскопки.

— Я отказалась, — ответила Энн, заранее готовясь к тому, что сейчас услышит поток упреков. Разве объяснишь Джону, который воздвиг между ними преграду, что раскопки без папы сделались для нее невыносимы. Она оказалась права.

— Ты упустила прекрасный шанс из пустого каприза, — процедил он. — На что ты, собственно говоря, рассчитываешь? Я не могу тебя содержать. И с работой помочь не смогу, у нас в фирме служат исключительно люди с образованием. Да ты никогда в жизни и не работала по-настоящему.