Чтение онлайн

Отойдя несколько миль от города, мы увидели большое трехмачтовое судно, лавирующее с подветренной стороны острова к рейду. В надежде узнать от него причину неприязненного поступка, я приказал спуститься к судну. Но вскоре мы заметили, что оно спешило уклониться от встречи. Когда же для уведомления о нашем желании иметь переговор мы выпалили, тогда оно, подняв английский флаг, стало держать прямо на берег. Судя по постройке судна и одежде людей, в большом количестве находившихся на нем, оно было не английское. После этого я приказал лечь настоящим курсом, и мы, имея свежий пассат, пошли по 9 1/2 милb в час.

Со времени отбытия нашего от Канарских островов мы со свежим пассатом быстро шли вперед, не встречая ничего особенно важного. В 6 часов утра 1 октября мы достигли широты о. Св. Антония в расстоянии 45 миль от него, но из-за пасмурности, в которой он по большей части скрывается, не могли его видеть. Отсюда я держал прямо на S, чтобы кратчайшим путем пройти полосу переменных ветров и потом с юго-восточным пассатом пересечь экватор.

8-го числа, достигнув широты 21°51' с., мы потеряли NО-пассат, который сменили легкие ветерки с юга и юго-запада, штили и сильнейшие шквалы с частыми проливными дождями. Хотя мы старались пользоваться всякой переменой ветра и даже самым кратковременным маловетрием, чтобы безостановочно подвигаться к югу, при всех усилиях удалось нам войти в юго-восточный пассат не ранее 18 октября, когда достигли широты 3°53' с., долготы 19°56' з. 21-го числа в 3 часа пополудни в долготе 25°20' з. мы пересекли экватор и справили обыкновенный в этом случае морской праздник.

От экватора путь наш вел к мысу Фрио, который 1 ноября в 8 часов утра мы увидели прямо на N в 10 милях. Хотя он высок, но пасмурность не позволила усмотреть его прежде. При этом с удовольствием убедился я в верности наших хронометров. В два часа пополудни открылся вход в губу Рио-Жанейро, который хорошо заметен по горе, образующей западную часть его и имеющей вид наклонной сахарной головы. Наставшее безветрие лишило нас удовольствия войти сегодня же в губу, и мы, пройдя в 6 часов вечера острова «Мать и дочь», вынуждены были бросить якорь перед входом.

Утром 2 ноября к нам приехал лоц-директор, человек пожилой, весьма тучный и без всякого образования. Он, рекомендуя себя, вспомнил о своем высоком происхождении и объявил, что славный род его происходит по прямой линии от того самого Васко да Гамы, который первым обошел мыс Доброй Надежды. Между тем мы снялись с якоря и при противном ветре, но попутном течении начали лавировать к рейду. Васко, хотя и не достиг славы своих предков, по крайней мере на деле доказал, что он хороший лоцман, и к полудню благополучно привел шлюп на рейд, где мы против города, на глубине 20 сажен, грунт – ил, стали фертоинг. На рейде нашли один фрегат под бразильским флагом, три английских, два французских и множество купеческих судов.

Лишь только мы успели положить якорь, как тотчас явился к нам помощник российского консула Кильхен, который обещал в самом кратчайшем времени снабдить шлюп всем нужным для продолжения пути. Так как не было возможности ранее четырех недель вступить под паруса, то я желал употребить это время на определения астрономическими наблюдениями долготы и широты порта, а также на наблюдения над маятником. Кильхен отвел весьма удобное для таких занятий место, находящееся в местечке Бото-фого, которое, кроме подобных выгод, имеет самые романтические окрестности. На другой день, оставив шлюп в распоряжение старшему лейтенанту Кордюкову, я с астрономом Прейсом перебрался на берег. В книге о путешествии капитана Головнина на шлюпе «Камчатка» порт Рио-Жанейро, как и все посещенные им места, описан с большой подробностью, так что новое описание этих мест было бы только повторением уже сказанного; поэтому я о них совершенно умалчиваю.

Деятельностью лейтенанта Кордюкова к 27 ноября все работы на шлюпе были окончены, купленная Кильхеном провизия (ром, вино, сахарный песок и сарачинское пшено) находилась на месте, ход наших хронометров поверен, и все наблюдения, которые мы предполагали сделать, были кончены, почему я сегодня же перебрался на шлюп, чтобы при первом благоприятном ветре отправиться в путь. В Бото-фого близ дома Кильхена, где производились наблюдения, определены: широта 22°56'55'' ю., долгота по 300 расстояниям Луны от Солнца, средняя из всех наблюдений 43°7'32'' з., склонение компаса 3°15' О. По моим наблюдениям оказалось, что хронометры показали разность долгот мыса Фрио и Бото-фого 1°6'20''; если взять за основание найденную мною долготу в Бото-фого, то долгота мыса Фрио должна быть 42°1'12'' з. (по наблюдениям французского адмирала Русена долгота мыса Фрио 42°3'27'' з.).

В 5 часов утра 28 ноября при слабом ветре от N и попутном течении мы снялись о якоря, но из-за наставшего штиля были вынуждены буксироваться. Англичане были столь вежливы, что по приказу своего адмирала прислали к нам со всей эскадры гребные суда, с помощью которых мы буксировались из губы. Противное течение и продолжающееся безветрие принудили нас в полдень у самого входа бросить якорь. Это место из-за крутой зыби, которая довольно часто бывает с моря, особенно во время переменного течения, опасно для судов; наш шлюп качало так сильно, что он едва не черпал бортами. Весьма благоразумно поступит тот, кто для выхода и входа в эту губу выберет благоприятный ветер, иначе в самом узком месте, где течение бывает очень быстрым, легко может подвергнуться несчастью.

Мы определили на якорном месте широту 22°57' ю., долготу 43°3'39'' з. и взяли этот пункт за отшедший. В 10 часов вечера с берега подул свежий ветерок, которым мы тотчас воспользовались, благополучно вышли в открытое море и легли на румб StW. С ровным попутным ветром от ОtN мы достигли широты 39° ю., не встретив на пути ничего достойного примечания; отсюда ветры начали дуть свежее с сильными шквалами с разных направлений; воздух сделался чувствительно холоднее, и начали показываться альбатросы и киты. Находясь в широте реки Ла-Платы, в 200 милях от нее мы заметили течение 33 мили в сутки на SW 56°.

В широте 47° ю. мы выдержали сильный шторм с юга, продолжавшийся почти двое суток. В это время развело чрезвычайно сильное волнение. После шторма дули умеренные ветры, большей частью из NW-четверти, с которыми мы прошли параллель Фолклендских островов, не видав их.

Находясь между ними и Патагонским берегом, мы видели множество птиц. В полдень 22 декабря мимо нас прошло с юга китоловное трехмачтовое судно под американским флагом [168] . Американцы больше других народов занимаются ловлею китов около мыса Горн и при отправлении к нему обыкновенно высаживают на Фолклендские острова партию людей для этого же промысла и для ловли других морских зверей.

В 7 часов утра 23-го числа при довольно ясной погоде мы увидели землю Штатов, а в полдень находились от мыса Сан-Жуан на NО 39°, в 42 милях; на другой день, обогнув его, мы в полдень были прямо на О от него в 10 милях. Поверив здесь наши хронометры, которые показали долготу этого мыса довольно сходно с определенной Куком, мы направили путь к западу вдоль берега так, чтобы пройти в виду мыса Горн. Плавание в малом расстоянии от земли Штатов в летнее время бывает сопряжено со значительными выгодами, потому что близ берегов большей частью господствуют восточные ветры, а при удалении на малое расстояние к югу встречается в то же время западный ветер.

В полдень, в самый праздник Рождества, мы ясно видели на W в 25 милях мыс Горн, который нам показался довольно высоким, круглым холмом. Здесь ветер стих, мы подвигались вперед весьма медленно и заметили довольно сильное течение к северу. Находясь почти беспрерывно в виду берега, мы на другой день в 5 часов вечера прошли меридиан мыса Горн в 20 милях от него. Продолжая при SO-ветре плавание к западу, в 8 часов вечера мы увидели островки Диего-Рамирес; эти голые довольно высокие каменистые островки служат пристанищем только птицам. Тихие ветры удерживали нас вблизи этих островков, которые мы потеряли из виду 28-го числа; в то же время увидели на горизонте трехмачтовое судно, лавирующее к О. Отдалясь несколько к западу от мыса Горн, мы вскоре встретили W-ветры, иногда с довольно сильными шквалами, и вынуждены были дойти до широты 59°33 ю.; долгота по хронометрам оказалась 76°30' з. Термометр в полдень показывал только 4° тепла [5 °С].