Чтение онлайн

Перед баррикадами и на территории между ними бродили не более 7 тыс. человек. Причем лишь 50% из них, судя по одежде и разговорам, могли быть отнесены к защитникам ВС. Остальные же пришли с Арбата, чтобы поглазеть в этот теплый субботний вечер на невиданное зрелище (ясно, около 12 градусов). Среди праздношатавшейся публики было много таких, кто не стесняясь, в открытую ругал «красно-коричневых», в особенности — коммунистов, но до стычек с баррикадниками дело не доходило.

Ни один из 20-ти торговых ларьков, находившихся в зоне баррикад, не был поврежден или разграблен, хотя продавцы разбежались. Остались целыми витрины гастронома и других магазинов на Смоленской площади. В один из табачных киосков, в котором не было продавца, а дверь открыта, входили баррикадники, брали сигареты и оставляли на прилавке деньги — столько, сколько стоила та или иная пачка. Единичные попытки взять сигареты «на халяву» пресекались самими же баррикадниками.

На временной сцене, сооруженной на пересечении Арбата с Садовым кольцом, перед собравшимися выступили Маляров, Уражцев, Якушев, Скурлатов и другие. Все они осуждали правящий режим, призывали к стойкости и мужеству. Здесь же мелькал бородатый Константинов. За сценой, на тротуаре со стороны Арбата, прилегающем к МИДу, виднелось пятно крови в обрамлении цветов, рядом горела свечка. Люди говорили, что именно на этом месте омоновцы забили насмерть старика-инвалида, однако один мужчина утверждал, что старик был еще жив, когда он помогал укладывать его в «скорую помощь».

Несколько в стороне от митингующих некоторые из защитников, делясь впечатлениями о сегодняшних событиях, говорили, что «в Москве мы проиграли, нас мало; если бы нас было в 4-5 раз больше, то было бы совсем другое дело». Другие вспоминали, как они «дали жару этим пятнистым омоновцам», избивая их трубами, и с каким испугом те убегали от них по Садовому кольцу. Анпиловки пели под гармонь старые советские песни. Недалеко от них группа мужчин предлагала усилить баррикады за счет двух трейлеров, стоявших в глубине квартала возле котлована. Стали думать и гадать, как бы их сдвинуть с места, не взламывая дверцы кабин. В конце концов кто-то призвал не впутываться в дурное дело и трейлеры оставили в покое. В 18-40 прошел слух, что на Смоленскую направляются бульдозеры для растаскивания баррикад и защитники стали заливать бензин в бутылки, готовя зажигательные «бомбы», но бульдозеры вечером так и не появились.

В восьмом часу, когда уже стемнело, люди замахали руками и флагами, обернувшись в сторону здания ВС, верхняя часть которого виднелась между домами. Башенка с флагом была ярко освещена электрическим светом (кто-то сказал, что электричество и телефонная связь были подключены к зданию ВС днем). На площадке под башенкой виднелись фигурки людей. Видимо депутаты поднялись туда, чтобы хоть издали разглядеть, что же происходит на Смоленской площади.

В вечерних ТВ-новостях показали начало митинга на Смоленке, пылающие баррикады и момент стычки, когда митингующие применили против омоновцев трубы и арматуру от сцены, а те, в свою очередь, выхватив пистолеты, пытались остановить толпу. Судя по «спецодежде», это были омоновцы, которые в 12-00 находились на Советской площади.

В десятом часу на баррикадах почти никого не было. Вокруг да около бродили не более 1.5 тыс. человек, в основном зеваки с Арбата. В 22-25 омоновцы, стоявшие перед баррикадами напротив метро, погрузились в два «Икаруса» и в автобус ПАЗ и уехали в сторону Нового Арбата (ПАЗик был с владимирским номером, как и «жигуленок», в котором уехали командиры этого отряда). Некоторое время спустя уехали на «Икарусах» омоновцы, стоявшие перед баррикадами у МИДа. Кто-то из мальчишек, носившихся здесь же, сообщил, что слышал по рации у одного из милиционеров разговор о том, что операция по ликвидации баррикад начнется после закрытия метро.

Вскоре появился депутат Уражцев и его тут же окружила группа из 25-30 человек. Он рассказал собравшимся о достигнутой между ГУВД и Моссоветом договоренности по освобождению Смоленской площади от баррикадников и отводе отрядов ОМОН в места дислокации. Как объяснял Уражцев, охранять баррикады не имело смысла, так как к утру, исходя из опыта, остается не более 1 тыс. человек, с которыми ОМОН может очень легко справиться.

Отвечая на вопрос о целесообразности союза между патриотами и коммунистами, он подчеркнул, что не является коммунистом, но блок с ними в настоящее время необходим для организации сопротивления и последующего сброса антинародного режима. Напоследок Уражцев бодрым тоном заявил, что Ельцину осталось сидеть у власти считанные дни, так как «пошел откат от него его же сторонников».

В начале двенадцатого со Смоленской стали расходиться последние из остававшихся там баррикадников.

3 октября (воскресенье)

На этот день «Трудовая Россия» еще месяц назад назначила «Всенародное Вече»: в 14-00, на Октябрьской площади (четвертое по счету, начиная с 17 марта 1992 года).

В 12-00 на Баррикадной все было без изменений: оцепление «дзержинцев» и омоновцев в милицейской форме преграждало проход в сторону ВС. Митингующих не видно. Погода чудесная: тепло, 14 градусов, ясное небо. Один из очевидцев рассказал о вчерашнем митинге и стычке с омоновцами на Смоленской площади. По его словам, омоновцы стреляли из пистолетов не боевыми, а холостыми и газовыми патронами.

К половине первого на Советскую площадь, где, по некоторым сведениям, организаторы «Веча» предлагали собраться желающим и оттуда двигаться колонной на Октябрьскую площадь, пришло не более 60 человек. Там же стояли два «Икаруса» с «пятнистыми» омоновцами, которые накануне стреляли в митингующих на Смоленке. Люди попытались усовестить их, говоря о недопустимости насилия по отношению к мирным демонстрантам и об антинародной сущности нынешнего режима, однако из автобуса раздался резкий командирский голос, призвавший бойцов зайти в салон и «не слушать эту пропаганду».

Примерно в это же время мимо проходила хорошо одетая дама лет 60 и поинтересовалась, не «хасбулатовцы» ли собираются здесь митинговать. Получив утвердительный ответ, она в повышенном тоне заявила, что ежели митингующие будут стоять под их окнами, и указала на жилой дом, где раньше располагался магазин «Академкнига», то «мы вас, негодяев, будем обливать кипятком». Тут же в ее адрес зазвучали реплики: «Иди, иди отсюда, жидовка!», «Ишь, старая проститутка!» и что-то еще в этом роде. Когда после этого один из пикетчиков крикнул омоновцам в автобус, чтобы они не избивали сегодня бабушек, в ответ раздался отборнейший мат.

В начале второго на участке Садового кольца от станции метро «Парк культуры» до станции «Октябрьская» никаких скоплений омоновцев или «дзержинцев» не наблюдалось. Зато на Октябрьской площади к памятнику Ленина, возле которого обычно митинговали сторонники оппозиции, никого не пропускали. Цепи омоновцев и городской милиции стояли почти по всему периметру площади, но движение транспорта по Ленинскому проспекту пока не перекрывали. Люди, выходившие из метро, скапливались на тротуарах по обеим сторонам проспекта: к 13-40 их было примерно 7 тыс. человек, но народ интенсивно прибывал.

В 13-50 к манифестантам, стоявшим на четной стороне Ленинского проспекта, в самом его начале, подошел депутат Константинов и предложил пройти по тротуару в сторону 1-й Градской больницы до первого перекрестка, где, по его словам, должен был состояться митинг. Люди потопали в указанном направлении, а дойдя до больницы, услышали призывы остановиться. Обернувшись, все увидели «разбухавшую» толпу в районе Октябрьской площади. Вскоре по цепочке передали, чтобы ушедшие вперед возвращались назад. Пока шли обратно, толпа перекрыла движение транспорта в самом начале проспекта и выплеснулась на площадь.