Чтение онлайн

31 октября 1930 года

Сегодня я стала женщиной.

Это действительно город любви. Я – создание любви.

Я останусь здесь и буду счастлива.

– Госпожа!

Сидя на заснеженной земле, Нори оторвала глаза от дневника.

Как бы она ни старалась, ей очень нравился возникающий образ матери. Она наслаждалась временем, проведенным в прошлом, о котором ей было запрещено знать. Эта Сейко была страстной и дерзкой, дурашливой и умной. Это была женщина с отчаянной потребностью идти собственным путем. Женщина, сотканная из прекрасных противоречий, которая зарождала преданность во всех, кто ее встречал, от Акико до Аямэ.

Вот только Нори по-прежнему не могла взять в толк, как ее сердце могло стать таким холодным, что она бросила обоих своих детей. И сегодня, очевидно, не день прозрения.

Лицо Аямэ сияло. Значит…

– Акира дома, – выдохнула Нори.

Брат вернулся на день раньше. Она вскочила и сунула дневник в готовые руки Аямэ.

– Верните на место. Я позже возьму.

– Да, маленькая госпожа. Но…

Нори подобрала юбку до колен и бросилась в дом. Отсутствие Акиры ощущалось как физическая боль, тупая, ноющая, ни на мгновение не утихающая.

Она услышала голоса в столовой и распахнула двери, позабыв о всяком достоинстве.

– Аники!

Акира был там, как она и ожидала. Усталый, но довольный, вокруг рта появились морщинки от смеха. Брат приветствовал ее теплой улыбкой, однако было в ней что-то такое, что не дало Нори сразу заговорить.

Акира был не один. Рядом с ним стояли двое незнакомцев. Мальчик, на несколько дюймов выше Акиры, выглядел примерно его ровесником. Белокожий, но загорелый, с самыми яркими голубыми глазами, которые Нори когда-либо видела. Его волосы были…

Как золотая пряжа.

Она моргнула, как моргает человек, слишком долго смотревший на яркий свет, и перевела взгляд на девушку. Та смотрелась размытым красным пятном, от туфель на высоких каблуках до губной помады. У нее была кожа кремового цвета, серые глаза с золотыми искорками и серебристо-светлые волосы.

Нори еще никогда не видела такой красоты.

– Сестра, – произнес Акира, – как видишь, у нас гост-и.

Нори покраснела от стыда. Она стояла перед ними с тающим снегом в нерасчесанных волосах и грязным подолом, задранным до колен. Она раньше не видела белых людей.

Акира повторил это по-английски. Нори ухватилась за слова, которым он ее научил.

– Добро пожаловать, – выдавила она.

– Это Уильям Стаффорд, – продолжил Акира, указывая на мальчика. – А это его кузина, Элис Стаффорд.

Девушка улыбнулась.

Уильям рассмеялся.

– Как ты и рассказывал. Котеночек.

Нори склонила голову.

– Они поживут у нас некоторое время. Прошу, будь любезной хозяйкой.

– Хай, аники.

– Говори по-английски, когда сможешь.

– Да.

Акира вздохнул.

– Хорошо. Аямэ!

Аямэ появилась, как утренний туман, без единого звука.

– Да?

Разумеется, она говорила по-английски.

– Пожалуйста, проводи гостей в свободные спальни. У нас было долгое путешествие.

– Конечно. Прошу за мной.

Иностранцы последовали за Аямэ; девушка на секунду остановилась, чтобы бросить последний любопытный взгляд через плечо.

Как только под их шагами скрипнула лестница, Нори повернулась к брату. Сил кричать не было. И она знала, что лучше не пытаться исправить то, что уже сделано.

– Почему?

Акира отвел взгляд.

– Уилл – мой друг. Я познакомился с ним на конкурсе. Блестящий пианист. Он из Лондона и какое-то время не сможет вернуться, поэтому я предложил ему остаться здесь с нами. Он все понимает, мне не нужно объяснять…

– А девушка? – прошептала Нори, безуспешно пытаясь скрыть подозрение. – Кто она для тебя?

– Она его двоюродная сестра. Ей шестнадцать.

– Я спросила, кто она для тебя.

– Она ребенок, – нахмурился Акира. – И глупышка. Не оскорбляй меня.

– Она красивая.

Акира сморщил нос.

– Не люблю блондинок. Откуда у тебя такие мысли?

Нори немного успокоилась.

– Просто… Париж – город любви. Я подумала, ты…

– Не смеши. Кто это тебе сказал?

Мама.

– Никто. Прости.

Акира жестом подозвал ее ближе, и она подошла. Когда он положил руку Нори на макушку, она почувствовала, как боль внутри исчезает.

– До конца года я никуда не уеду, – пообещал Акира. – Мне нужно окончить школу. Так что я не оставляю тебя с ними наедине. Уверен, они тебе понравятся. Хорошо же, что с тобой побудет еще одна девчонка, правда?

Нори прикусила нижнюю губу.

– Наверное.

Она не понимала, зачем европейской девушке, прекрасной, как звезда экрана, с ней общаться.

– Мы наполним дом музыкой. – Акира потянул ее за локон, ухмыльнувшись. – И я буду значительно менее сварливым.

– Если ты счастлив, то и я счастлива.

Брат поцеловал ее в лоб.

– Ты не очень опрятно одета. Приведи себя в порядок к ужину.

– Ты привез мне новое платье?

– Я привез два. А теперь иди.

Спасибо, что вернулся.

Она склонила голову и покорно вышла.

Как и обещал Акира, иностранцы были приятной компанией, хотя на самом деле Нори видела их только за едой. Девочка, Элис, в конце концов, научилась снимать обувь в доме и бесстыдно ходила босиком, безо всяких носков, выставив напоказ ярко накрашенные ногти. Днем в доме она почти не бывала.

Уилл, более утонченный, постоянно находился рядом с Акирой, и хотя Нори чувствовала уколы ревности, следовало признать, что они были хорошей парой. Большую часть дня они проводили, закрывшись в музыкальной комнате. И Нори проводила большую часть дня, прижавшись ухом к ее двери.

Это действительно было чудесно.

Нори никогда не видела брата таким счастливым. Он словно вернулся в юность: превратился в мальчика, которым ему никогда не позволяли быть.

Хотя Нори каждый вечер перед сном заходила к нему в комнату, чтобы он почитал ей вслух, она никогда не оставалась надолго. Сегодня вечером он прочитал ей одну главу из «Повести о Гэндзи», потом закрыл книгу и глубоко вздохнул.

– Прости. Я устал.

– Все в порядке.

Нори прочла книгу несколько дней назад, но не сказала брату.