Пятеро из Рубежного Легиона
Шрифт:
Постепенно локальный конфликт перерос в крупномасштабные военные действия, противоборствующие государства принялись заманивать на свою сторону союзников.
Огненная колесница войны набирала скорость.
Наступило время, когда об острове уже совсем не вспоминали. Союзники до того втянулись в военные действия, что принялись враждовать между собой. Война всем развязала руки и стала общепризнанной нормой. Сильные государства подминали слабых, слабые объединялись в новые альянсы, чтобы сопротивляться.
А Безымянный легко менял флаги в поисках наибольшей выгоды.
Когда же государства катастрофически обнищали и ослабели в результате затянувшейся вражды, господствующие роли заняли крупные частные корпорации, разумеется, успевшие нажиться на глобальной междоусобице.
Вооруженные столкновения плавно перетекли в экономические разногласия, корпорации принялись уже по-деловому раздирать на части все то, что когда-то было могучим и государственным.
Частный капитал умеет скрупулезно считать копеечку и вести строгий учет всякого добрища, поэтому мародерство и подобные действия пресекались на корню и виновников подвергали суровым наказаниям.
Радостная жизнь Безымянного на Земле закончилась.
И тут-то, на свое счастье, он подслушал тайный разговор, который его весьма впечатлил. Оказалось, что пока корпорации делили по кусочкам Землю, одна из них с названием «Титан» втихомолку устремила свои интересы куда дальше, вернее выше, а именно в космос. Готовился «Титан» тайно и загодя, так что вполне основательно подошел к такому величественному шагу, опередив любых возможных конкурентов на многие десятилетия вперед.
Безымянный и махнул по новому ориентиру.
Он разыскал пока еще засекреченный центр по подготовке бойцов для Рубежного Легиона, там и осел. Сразу ломиться на первую попавшуюся Омегу он не стал, нужно же было прикинуть, на какой из них «хлебосольнее». Решил переждать, заделавшись инструктором в школе связистов.
Его слухом-то всякий поражался.
Даже в столь ограниченном положении, будучи запертым безвылазно на территории секретного центра, он умудрялся от случая к случаю чем-нибудь да разжиться. Правда, слишком уж однотипным был его улов: то консервы с продуктового склада, то шмотки с вещевого. В таком добрище он нужды не испытывал и без этого, просто привычка брала верх.
Да и подслушивать в учебном центре особо было нечего и некого.
Когда заскучал он уж слишком по стоящему «делу», тут-то руки у него вдруг зачесались и в голове помутилось, вот и полез сдуру «почистить» сейф начальника школы. Наобум, без подготовки, темному влечению своему безоглядно потакая.
Поймали. Обвинили в шпионаже в пользу другой корпорации, но он кое-как отмазался и, пока не передумали, выпросил срочную отправку в любую из космических колоний.
Повезло.
Ему досталась необитаемая и безопасная Омега-13…
Молочную стену, внезапно появившуюся на Южном посту, он рассмотрел достаточно хорошо. Как только пузыри принялись лопаться, чуткий слух Безымянного уловил жуткие звуковые частоты, приводящие его разум в пограничное состояние. Все же он, пересиливая себя, даже пальнул в туманное месиво последней оставшейся миной, когда пузыри полностью проглотили минометный расчет.
А вдруг именно от его выстрела треклятая стена лопнет? Может, корпорация оценит его заслугу — премию выдаст.
Однако особо долго геройствовать Безымянный не привык, да и невмоготу ему уже было терпеть эти раздирающие его мозги и барабанные перепонки хлопанья и трески — заскочив в штабную палатку, он схватил радиостанцию и поспешил к блиндажу…
Глава 12 Дангомила
Наверное, утомившись от разговора с землянами, а скорее всего, потому что у них закончился бодрящий эликсир, барафлекстцы отправили легионеров дожидаться известий в ближайший небоскреб — не в тот, где они сидели в заточении в подземном гараже, а в тот, что по соседству, вероятно, чтобы подчеркнуть новый уровень их сотрудничества.
Или просто ткнули пальцем в первый попавшийся.
В вестибюле здания бойцы увидели небольшого робота на колесиках, смахивающего на кеглю с тонкими механическими клешнями. Всколыхнувшись при их появлении, он что-то прожужжал, откатился в дальний угол и затих.
Под гулкое эхо своих шагов легионеры, озираясь, проследовали вглубь. Миновав площадку с лифтами, отыскали подходящее помещение на первом этаже — нет смысла подниматься куда-то наверх, да и к выходу лучше держаться поближе.
При виде огромных кроватей Безымянный возликовал и тут же рухнул на одну из них, закопавшись в большие мягкие подушки с головой.
Пока земляне мылись и чистились, Субботин отправил Среднего в вестибюль покараулить и понаблюдать — есть ли еще какие-нибудь жильцы в этом небоскребе.
Когда капитан привел на смену саперу Мизинца, то застал Среднего за неблаговидным занятием — великовозрастная детина разыскала где-то пару больших шаров и развлекалась, прицельно запуская их в робота-кеглю. Тот, не прекращая истерично жужжать, метался из стороны в сторону, пытался уклониться от несущихся в него вышибал, скрипя своими колесиками и для маневра отталкиваясь механическими клешнями от напольного покрытия сродни кафельной плитке.
Субботин тотчас пресек «издевательства», робот обиженно пожужжал еще немного, откатился в угол и замолк.
— Тишина, никого не видно и не слышно, — доложил развеселившийся сапер.
— Ну и отлично, — сказал Большой. — Тебе час — привести себя в порядок, да будем выбираться отсюда. И шары прихвати, чтобы молодой не отвлекался от наблюдения.
— Я не такой… — выпалил недовольно Мизинец, но предусмотрительно оборвал свою мысль, бросив короткий взгляд на увесистый кулак Среднего.
Как только легионеры ушли, парень тут же принялся разглядывать стены и потолки в поисках средств наблюдения и призывно размахивать руками, привлекая к себе внимание.
Никто ему не ответил и не подал хоть какой-то явственный сигнал.
Он выскочил на улицу, огляделся — городской проспект по-прежнему был пуст. Куда-то бежать на поиски волшебников, Мизинец не решился. Внезапно он сообразил, что робот не зря же рядом с ними околачивается, и устремился к нему.
Схватил железяку и принялся вертеть ее — должны ведь у нее быть какие-нибудь индикаторы, скрытые микрофоны или камеры. Смирившись с безуспешностью своих лихорадочных поисков, Мизинец перевел взволнованное дыхание, и слегка успокоившись, поставил робота на колесики, а сам сел на пол напротив него и, наклонившись к железяке, стараясь как можно тише, прошептал: