Пылкие слова
Шрифт:
В течение следующего часа Берт возился с ней, подбадривая, поддразнивая, пока они не прошли часть поля. Наконец они сделали остановку на небольшом пригорке.
— Для одной ночи хватит.
Люси собралась было протестовать. Ей хотелось играть до тех пор, пока хватит сил. Вздохнув, она выпрямилась, глядя на лунную дорожку на волнах.
— Наверное, здесь очень красиво на рассвете.
Берт подошел к ней сзади и обнял за плечи.
— На закате. Ты смотришь на запад, — пояснил он. — Там находится Тампа. Прямо за горизонтом.
Люси улыбнулась:
— Я всегда плохо разбиралась в сторонах света.
— Восход можно наблюдать с другой стороны острова. И конечно же он стоит того, чтобы на него посмотреть. — Берт взглянул на нее сверху вниз. — Ты никогда не видела раньше восход солнца над океаном?
Люси покачала головой.
— Никогда. Наверное, у меня просто не хватало времени.
Он убрал с ее лица прядь выбившихся волос.
— Твое образование имеет обидные изъяны. Ты никогда не играла в гольф при луне. Никогда не ездила верхом. Никогда не пользовалась потайным ходом под покровом ночи. Держу пари, ты даже не строила замков из песка.
Она рассмеялась:
— Увы, нет. Зато первый бухгалтерский баланс я свела в восемь лет, заработала первый доллар в десять и заполнила первую налоговую декларацию в двенадцать. Немногие дети могут похвастаться подобным.
— Да, это так, — согласился Берт. Однако, судя по голосу, ее признания произвели на него мало впечатления.
— Саймону было нелегко после того, как мама умерла, — начала объяснять Люси. — Он старался изо всех сил, но не так-то просто понять маленькую девочку.
— У меня есть опыт по этой части… Правда, я имею в виду женщин, а не маленьких девочек. — Берт наклонил голову, его губы почти касались ее уха, вызывая легкую дрожь в позвоночнике. — Интересно, смогу ли я устранить пробелы в твоем образовании?
Люси развернулась навстречу его объятиям и посмотрела ему в глаза.
— Какие пробелы? — прошептала она, ожидая ответа.
— Почему бы нам не начать с поцелуя? — Его губы коснулись ее губ легким коротким движением. — Уверен, что в жизни тебе этого не хватало.
— Нет, — призналась Люси, роняя на траву клюшку. Все ее благие намерения, ее решимость держать с ним дистанцию испарились под его обжигающим взглядом. — Наверное, нет.
— Я думаю, что будет правильно, если мы исправим это положение, верно?
— Абсолютно правильно.
Второго приглашения не потребовалось. Его губы овладели ее ртом в порыве страсти, и Люси сразу же ответила на нее. Она не могла насытиться им. Подобно воде на иссушенной зноем коже, он проникал в ее поры, оживляя, наполняя энергией тело и душу. Никогда в жизни она не ощущала себя такой совершенной, такой жаждущей. Люси обвила руки вокруг его шеи, изо всех сил прижимаясь к нему.
— Берт…
— Я хотел бы доставить тебе удовольствие, — сказал он хрипло. — Я хотел бы уложить тебя на траву и сорвать с тебя одежду. — Берт разглядывал ее лицо, озаренное лунным светом, затем провел большим пальцем по щеке. — Держу пари, ты никогда не занималась любовью на седьмой лунке.
Люси улыбнулась ему.
— Ни на седьмой, ни на восьмой, ни на девятой.
На самом деле она вообще никогда не занималась любовью — нигде и ни с кем. Но не могла заставить себя сделать такое откровенное признание. Ему и так были известны слишком многие из ее секретов.
Берт усмехнулся:
— Полагаю, что седьмая лунка обождет.
— Нет, не подождет! — Эти слова сорвались с ее уст невольно. Нет, неверно! Они пришли из глубины ее естества, от инстинктивной уверенности, что все, что она ощущает, — хорошо и правильно.
Лицо Берта приняло серьезное выражение.
— Ты уверена?
Ответить Люси не успела. С неожиданным шипением из поливальных установок, скрытых в траве, брызнули струи воды. Пару секунд они не могли пошевелиться, потом оба бросились к сумке с принадлежностями для гольфа.
— Что нам теперь делать? — воскликнула Люси, прикрывая лицо ладонью. — Куда бежать?
— Той же дорогой, что и пришли. Это самый короткий путь.
— Но мы же вымокнем!
— Ничего страшного. Тем более что мы уже вымокли, — улыбнулся Берт, струи воды стекали по его щекам. — Ты сейчас славно смотришься.
Она опустила ладонь и окинула его внимательным взглядом. Мокрая рубашка облегала его мускулистый торс, став почти прозрачной.
— Ты тоже. — У нее не хватило мужества взглянуть на свою одежду, чтобы не покраснеть от стыда.
Перебросив сумку через плечо, Берт протянул ей руку, и они побежали через поле, перепрыгивая через поливальные установки и песчаные ловушки для мячей, стараясь не поскользнуться на мокрой траве. К тому моменту, когда они достигли Старины Джо, оба вымокли до нитки и от души хохотали. Лукас ждал их там на мототележке, на заднем сиденье которой лежали полотенца.
— Залезайте, — сказал он, весело поблескивая глазами. — Похоже, я забыл напомнить, что поливалка включается в половине четвертого.
— Странно, что ты упустил из виду эту маленькую деталь, — с лукавым прищуром заметил Берт.
Лукас завел мотор.
— Я открою для вас черный ход. Советую прежде вытереться. Карен даст вам жизни, если вы наследите на полу в отеле.
Лицо Берта приняло загадочное выражение.
— Думаю, что Карен может тебя удивить. — Он посмотрел на Люси. — Возможно, в данном случае она нисколько не будет против луж на полу.
Люси проснулась от телефонного звонка, звук был резким и настойчивым. Недовольно простонав, она потянулась за трубкой.
— Алло? — сказала она, зевая.
— Люси? У тебя такой голос, словно я тебя разбудил. Ты что, все еще в постели?
— Папа? — Ее глаза широко раскрылись. — Нет! Я не спала.
Резко сев, Люси убрала с лица всклокоченные волосы. Она не позаботилась высушить их перед тем, как завалиться в постель, и теперь пожинала плоды. Тут ее внимание привлек какой-то звук, и она повернула голову в сторону его источника. Дверь ванной была настежь распахнута, и оттуда вылетали клубы пара. Похоже, Берт уже поднялся.