Чтение онлайн

— Что случилось, папа?

— Ничего не случилось. Я звоню, чтобы услышать твой отчет.

Казалось, прошла вечность, пока до Люси дошел смысл последней фразы отца, настолько ее мысли были поглощены тем, что происходило сейчас в ванной.

— Отчет? — произнесла она машинально.

— Правильно, — резко подтвердил Саймон. — На случай, если ты забыла, — это доклад о твоих успехах.

На пороге появился Берт в одном махровом полотенце, и Люси едва не выронила трубку. Прикрыв глаза, чтобы не отвлекаться от разговора с отцом, она с трудом произнесла:

— Я обследовала поле для гольфа. Оно… производит сильное впечатление. Ты… ты хочешь, чтобы я регулярно перед тобой отчитывалась?

— Это было бы замечательно. Меня не будет в городе на следующей неделе, но я дал указание секретарю связаться со мной, если случится что-то неординарное. Запомни, Люси, для меня твоя информация имеет жизненно важное значение.

— Да, знаю, можешь на меня положиться. — Ее рука крепче сжала трубку, и она повторила урок, который твердила самой себе множество раз, но которым пренебрегла прошедшей ночью: — Это делается только ради бизнеса. Если я хочу стать вице-президентом, ничто не должно отвлекать меня от поставленной задачи.

— Прекрасно. Похоже, ты все помнишь. Я позвоню тебе, когда вернусь.

— До свидания, папа. Удачной поездки, — пробормотала Люси и открыла глаза, с удивлением увидев Берта, стоящего перед ней. Он успел одеться, но облегчение, испытанное ею по этому поводу, мгновенно улетучилось, едва она заметила выражение его лица. — Доброе утро, — сказала Люси, неуверенно улыбнувшись.

Берт не ответил на приветствие, просто стоял, глядя на нее. Голубые глаза отливали стальным блеском, весь его вид был подчеркнуто отчужденным.

— Теперь, поговорив с отцом, ты раскаиваешься? — наконец спросил он.

Люси не стала притворяться, будто не понимает, о чем идет речь.

— Ты о прошедшей ночи? — Она вздернула подбородок. — С какой стати? Мы не сделали ничего, в чем нужно было бы раскаиваться.

— Пока. Но мы это сделаем. Можешь быть в этом уверена. — Берт наклонился и схватил ее за плечи, прижимая снова к подушкам. — Мы завершим то, что начали на поле для гольфа. И это не будет иметь никакого отношения к бизнесу и твоему вице-президентству, Принцесса. На самом деле, бизнес будет заботить тебя меньше всего. — Сказав это, Берт развернулся и вышел из комнаты.

Люси смотрела ему вслед широко раскрытыми испуганными глазами, прекрасно понимая, что он сказал правду. Кого я пытаюсь обмануть, подумала она со страхом. Когда они займутся любовью, бизнес действительно будет для нее на последнем месте.

Но не окажется ли и она на том же месте для Берта Чансея? Займется ли он с ней любовью потому, что желает ее так же страстно, как она его, — или же ради интересов острова?

Звонок отца помог ей сосредоточиться. Люси стала серьезнее, и дело было даже не в вожделенном вице-президентстве. Следующие три дня пролетели с молниеносной быстротой. Верный своему слову Берт трудился с ней, знакомя с персоналом отеля и помогая собирать информацию. Взамен она вместе с ним осматривала различные части острова, наслаждаясь каждым мгновением. К ее облегчению, Берт не спешил осуществить свою угрозу. Он даже ни разу не дотронулся до нее.

Нет, это было не совсем так. Как только в поле зрения попадал кто-нибудь из местных жителей или персонала отеля, его руки были тут как тут, он умело и со вкусом разыгрывал роль влюбленного жениха. Но никогда не прикасался к ней так, как на поле для гольфа той лунной ночью.

Люси нахмурилась. Какое это имеет значение? В конце концов, их помолвка — всего лишь спектакль, в котором они играют определенные роли. Только вот Берт Чансей оказался лучшим актером, чем она. И это почему-то причиняло Люси сильную боль…

Они сидели за столиком в деревенском кафе, на столе среди чашек с кофе были разложены листы бумаги.

— Ну как? Цифры понятны? Цены за проживание. Я учел сезонные изменения, так что не забудь принять их во внимание, когда станешь подводить итог. И заодно указал процент заполняемости для каждого месяца.

— Замечательно. — Люси сосредоточенно просматривала колонки цифр. — Я почему-то думала, что номеров здесь больше.

— Это старинное поместье, а не заурядный отель. Доусоны предпочитают качество и комфорт количеству. — Берт нетерпеливо взглянул на свою спутницу. — Мы пока закончили с отчетом или ты хотела бы разобраться с чем-нибудь еще?

— Пока достаточно. — Люси собрала бумаги, с трудом сдерживая радость. На Берта можно было давить только до определенной степени, а потом ситуация круто менялась. — Но мы должны еще обсудить достоинства персонала и его жалованье.

— Да, верно. — Он встал и бросил на столик несколько купюр. — А теперь пошли.

Люси последовала за ним на улицу и взобралась на заднее сиденье «Харлея». Она уже привыкла разъезжать по острову на мотоцикле, но остерегалась сообщать об этом Берту. Когда все закончится, ей будет просто не хватать этого черного металлического чудища. Люси вздохнула. К чертям мотоцикл! Не мотоцикла ей будет не хватать, когда она вернется домой. Если быть абсолютно честной, не хватать ей будет его. Но признаться в этом было для нее невозможно. Они жили в разных мирах, которые едва ли когда-нибудь соприкоснутся вновь.

Люси прикусила губу. Разные миры. В его мире были остров, непосредственность, страсть и свобода. Разделив с ним этот мир, она получала крохотный кусочек рая. Тогда как ее мир состоял из отца, которого она предпочитала называть по имени, процветающей компании, бухгалтерских отчетов и бесконечных деловых совещаний.

Берт затормозил на обочине и обратился к ней:

— Я хотел бы вернуться в отель другой дорогой. — Он показал рукой в сторону красивого белого домика на окраине деревни. — Вон там я вырос. Я всегда заезжаю туда, когда оказываюсь на острове.

— А ты часто здесь бываешь?

Он пожал плечами.

— Достаточно часто. Раз в две-три недели. Домик был похож на большинство других, что Люси видела на острове: двухэтажный, с просторной верандой, под крышей из кедровой дранки.

— А твои родители все еще живут здесь? — спросила она.

Берт покачал головой.

— Дом принадлежит моему дяде. Родители умерли, когда мне было шесть лет.

— Прости, — смущенно пробормотала Люси.

— Ничего. Меня вырастил дядя. Это было прекрасное детство. Я ловил рыбу, крабов, катался на серфе. Даже подрабатывал матросом на сдаваемых напрокат яхтах.

— Кстати, я не видела в деревне ни одного ребенка. Где они все?

— Учатся в школе в Тампе.

— Но это же так далеко! — воскликнула Люси.

Берт снова пожал плечами.

— Таковы особенности островной жизни. Время от времени заходит разговор об открытии здесь школы, но всегда заканчивается ничем. Политиканы заявляют, что тут недостаточно детей, чтобы школа оправдала себя экономически.

— Какой позор! Неужели ничего нельзя сделать?

— Только если есть связи среди власть имущих.