Чтение онлайн

– Одна лишь светлая сторона ее сил, что в яви находится, - добавила я.

– Верно говоришь. Так вот сказание говорит, что нашли эти бусины простые люди, ничем не одаренные, ни какие знатных кровей не имеющие. С тех пор и заклинатели редко объявляются. Дед мой говорил, что раз в полвека во всей Беларде находится.

Ох, страшно мне стало...

И краска в лицо бросилась, и колени затряслись так, что даже Увалень проснулся и тревожно на меня взглянул. Тише, серенький, тише. Тебя моя беда не коснется.

– Что ж это получается, Ясна?
– тихо спросила я.
– Я - служительница ушедшей?

– А вот это уже тебе решать, Вёльма. Коли захочешь, станешь на ее сторону, коли нет - дар твой лишь тебе служить будет. Бусина ведь твоя белой была, а ушедшая над такой силой не властна.

Посмотрела я на знахарку и даже дрожь по телу пробежала. Правду ведь говорит, чую, что правду.

***

Ведуны, как Ясна рассказала, молодым богам поклонялись. Тем, что пришли в мир, когда он еще в темноте лежал, да не видел света. Пришли тогда они и тьму во свет обратили. А после безраздельно править стали над всеми мирами, оттеснив ушедшую богиню. Ту, что от родни отказалась, и имя свое позабыла.

В моей родной Растопше всегда богов почитали - праздники отмечали, обычаи соблюдали и жертвы к алтарям неизменно приносили. Только делалось все это не из веры большой и не из страха, а просто по привычке и традиции. Здесь же, в Подлесье, ведуны шибко боялись законы нарушить, все до единого выполняли, каждую примету соблюдали строго.

Возвращалась я от Ясны уже затемно. Долго мы со знахаркой проговорили, много она мне поведала. Только от слов ее легче не стало. Наоборот, засела во мне какая-то печаль. О том, что дальше делать и что будет со мной. «Дар, - сказала Ясна, - ты скрыть не сможешь. Сама себя обманывать начнешь, он наружу и запросится. А люди заметят и не поймут. Шла бы ты учиться, Вёльма». А куда идти толком и не сказала. Намекнула только, что есть в Доме Предсказаний человек, такой же, как я, заклинатель, и что ждет он того, кому силу свою передаст и знание.

Вдохнув прохладный воздух пряного вечера, я с грустью посмотрела на темнеющее небо и шагнула на крыльцо дома. Ох, зря я видать из Растопши-то сбежала, ох, зря. Укажи мне путь Ларьян-батюшка.

Войдя в дом, я снова окунулась в густой приятный аромат чего-то вкусного, что Заряна обычно томила в печи. Что ни говори, а еду ее впору князи подавать.

– Арьяр!
– не сдержавшись, воскликнула я, увидев хозяина дома сидящими за столом.

Легкая улыбка не скрыла его усталости, а глаза, хоть и живые и по-прежнему пронзительные были красны от плохого сна.

– Здравствуй, Вёльма.

– Ты сегодня вернулся?

– Перед закатом пришел, - ответил мужчина.

Заряна, проносящая мимо меня чугунок, недовольно хмыкнула и кивнула в сторону.

– Чего посреди горницы стоишь? Садись что ли.

Я невольно вздрогнула и подчинилась. Села на скамью, прямо напротив Арьяра. Милан, братец его, сидел по правую руку и быстро выхватывал из миски кусочки мяса.

– Обожди, пока остынет, - строго сказала ему Заряна, - так ведь и обожжешься!

– Как твоя охота, Арьяр?
– спросила я, не смея смолчать. Отчего-то очень рада была его возвращению. А, может, просто Заряны боюсь?

– Добрая вышла охота, - последовал ответ.
– Добычи много.

Я быстро оглядела горницу. Ничего. Может, все лежит в кладовой. Но там же жарко, а ледник в доме Арьяра слишком мал, чтобы хранить много мяса.

– А где же она?

Наверное, вопрос мой был слишком бесхитростным. Милан тут же усмехнулся и обжегся горячим куском. Неловко махнув рукой, он опрокинул кувшин молока, и оно белыми ручейками потекло по столу, а оттуда на пол.

– Ох, ты ж медведь!
– закричала Заряна.
– Говорила ж тебе! А ну вставай, иди рубаху переодень. Ох, горе...

Арьяр только улыбнулся, глядя как его братец уходит, раскрасневшийся и обиженный, да грозно зыркает в мою сторону. Мол, девка чужая до чего довела.

– Так не храним мы добычу дома, - наконец ответил охотник, когда история с молоком благополучно разрешилась.
– Все в общем леднике лежит.

– В общем леднике?
– переспросила я.
– А как же потом вы все делите?

– Так давно уж разделили, - встряла в разговор Заряна.
– Это у вас, белардов, принято каждый себе тянуть. А мы, ведуны, общиной живем, чужого нам не надо. Кому какая доля досталась, тому она и будет. Кабы мы все по-вашему делили, так передохли бы давно. Или, думаешь, в лесу, далече от всего мира, выжить легко?

– Вряд ли, - ответила я.

– То-то же.

Заряна насухо вытерла стол и унесла мокрые тряпки на улицу - вывесить сушиться.

– Вижу, ты выхворалась?
– спросил Арьяр, пристально глядя на меня.

Неловко кивнув, я принялась теребить кончик косы, что всегда в волнении делала.

– Сегодня к Ясне ходила. Она говорит, здорова я.

– Ну и славно.

Хотела я ответить, сказать, что уходить собираюсь да смолчала. Дверь скрипнула и после Заряна в дом вошла. Милан, показавшись из своей комнаты, все еще обиженно сопя, сел за стол и стал доедать, жалуясь на обожженные язык и щеку.

– Куда это ты?
– встрепенулась Заряна, когда Арьяр отставил миску в сторону и резко встал.

– Пройдусь немного.

– Так ты же только с охоты, Арьяр!
– всплеснула руками женщина.
– Отдохнуть бы тебе.

– После, мать, - коротко ответил он.

– Куда хоть идешь-то?

– К Ладимиру.

Посмотрев на меня, добавил:

– Со мной что ли пойдем, Вёльма?

От неожиданности я ложку из рук так и выронила. Мне идти с Арьяром? К Ладимиру? Ох уж и не нравится мне этот ведун! Ой, как не нравится.

Надумала я было отказаться да тут на Заряну посмотрела. Вон какие у нее глаза перепуганные. Боится за сына, что уставший собрался идти. И ведь ее правда - нельзя одного пускать.

– Пойдем, - встала я с готовностью.
– Далеко ли?

– Рядом совсем. Ты вроде как знаешь уже Ладимира?

– Знаю.

– Смотри-ка!
– ухмыльнулась Заряна.
– И тут успела.

Я сделала вид, что не заметила ее слов и вышла вслед за Арьяром.

Запах дыма медленно разносился над Подлесьем, гонимый едва ощутимым ветерком. Огни, зажженные на стенах крепости, мерцали где-то в вечерней темноте. Лес поглотил селение под свою сень так быстро, что я не успела даже заметить. Никогда не видела такого быстрого заката. Словно и не было дня, только ночь, подвластная воле ушедшей богини.

– Зачем тебе к Ладимиру?
– спросила я, нагоняя Арьяра уже за калиткой.

Он замедлил шаг, и мы оказались наравне.

– Поговорить хотел. Мы ведь друзья с ним.

Вот те раз! Не подумала бы, что Арьяр, такой степенный и рассудительный, свяжется с этим надменным колдуном. Стойте-ка! Выходит, Ладимир сразу понял, с кем дело имеет и оттого так насмешливо на меня смотрел. И веди неизвестно, чего еще Арьяр ему наговорил. Может быть, ведет меня на посмешище. Ну, если так, то не сдобровать ему! И приятелю его заодно!