Чтение онлайн

Но Варя вдруг ясно поняла: если она сейчас начнёт изображать дрожащий листик, Марк Громов её не пожалеет. Он вообще не выглядел человеком, который высоко ценил дрожащие листики. Скорее, он сразу поручил бы кому-нибудь выяснить, почему листик дрожит в рабочее время.

— Мне жаль, что я отправила мем в общий чат, — сказала она. — Это было непрофессионально. Он предназначался одному человеку.

— То есть сам мем вас не смущает?

Варя посмотрела на него.

— Как автору мне сложно быть объективной.

В кабинете стало очень тихо.

Где-то далеко, за стеклом и бетоном, город продолжал жить своей жизнью: машины ползли по проспекту, люди спешили по делам, кто-то наверняка покупал кофе, не подозревая, что в сорока этажах над землёй женщина по фамилии Плюшкина только что решила не врать генеральному директору.

Марк медленно подошёл к столу и взял планшет. На экране, конечно же, был тот самый мем.

Он развернул планшет к ней.

— Это вы сделали?

— Да.

— В рабочее время?

— В лифте.

— На корпоративном устройстве?

— На личном телефоне.

— Но отправили в корпоративный чат.

— Здесь спорить не буду. Технически мой телефон проявил карьерные амбиции.

Марк поднял на неё глаза.

— Вы всегда шутите, когда нарушаете рабочую дисциплину?

— Нет. Иногда я шучу до.

— Варвара Андреевна.

— Простите.

Он отложил планшет.

— Вы работаете в отделе корпоративных коммуникаций. Ваша задача — поддерживать деловую репутацию компании и её руководства.

— Да.

— И вы отправляете двумстам восьмидесяти шести сотрудникам изображение, где генеральный директор выставлен человеком, чья улыбка требует согласования.

— Триста одиннадцати, — тихо поправила Варя.

— Что?

— В общем чате триста одиннадцать участников. Двадцать пять из них, кажется, внешние подрядчики с прошлой конференции. Я не горжусь этой деталью, просто точность важна.

Марк смотрел на неё несколько секунд.

Варя впервые заметила, что у него есть привычка слегка прищуриваться, когда он решает, раздражает его человек или удивляет. Возможно, в её случае шло внеплановое совещание сразу двух вариантов.

— Вы понимаете масштаб?

— Понимаю.

— Последствия?

— Примерно.

— И всё же стоите здесь и уточняете количество участников?

— Вы сами любите точность, Марк Романович. Я стараюсь соответствовать корпоративной культуре.

Его лицо осталось бесстрастным.

Но Варя поклялась бы, что в глубине серых глаз что-то дрогнуло. Не улыбка. Нет, до улыбки там было как до летнего отпуска в январе. Но едва заметная трещина в идеально ровном льду всё же появилась.

Марк сел в кресло и указал на стул напротив.

— Садитесь.

Варя села.

Кресло оказалось слишком удобным для места, где решалась судьба её зарплаты. Это было нечестно. Человек должен страдать на жёстком стуле, если его увольняют. А тут мягкая кожа, приятная посадка и вид на город, словно кабинет намекал: «Наслаждайтесь последними минутами стабильности».

— Сколько вы работаете в компании? — спросил Марк.

— Один год и восемь месяцев.

— Нарекания были?

— Только от отдела продаж. Им не понравилось, что я заменила фразу «уникальное предложение» на «предложение, которое хотя бы не хочется закрыть через три секунды».

— Это было в рекламном тексте?

— В черновике.

— Надеюсь.

— Я тоже.

Марк открыл на ноутбуке какой-то файл. Варя увидела своё имя в верхней строке и внутренне напряглась. Личное дело. Всё, до свидания, премия. Здравствуй, рынок труда. Может, она откроет курсы по созданию мемов для людей без чувства самосохранения.

— Ваши тексты часто хвалят партнёры, — сказал Марк неожиданно.

Варя моргнула.

— Простите?

— Презентация по «Северному сиянию». Пресс-релиз по реконструкции набережной. Публичная речь для форума. Три материала, которые получили положительную реакцию. В двух случаях партнёры отдельно отметили «живой язык». Это ваша формулировка?

— Если «живой язык» — да. Если «динамично развивающаяся городская среда» — меня заставили.

Он поднял глаза.

— Вы сейчас пытаетесь улучшить своё положение?

— Скорее не ухудшить окончательно.

— Получается спорно.

— Зато последовательно.

Марк откинулся на спинку кресла.

— Почему вы сделали этот мем?

Вот он. Главный вопрос.

Варя могла ответить просто: потому что устала. Потому что у неё есть чувство юмора. Потому что Марк Громов действительно улыбался реже, чем бухгалтерия одобряла авансы. Потому что иногда вся корпоративная важность казалась настолько накрахмаленной, что хотелось ткнуть в неё пальцем и проверить, не хрустит ли.

Но всё это звучало не так.

Она посмотрела на него внимательнее. На человека, который сидел перед ней безупречно собранный, слишком спокойный, слишком красивый в своей недоступности. Он не повышал голос, не бросался угрозами, не давил грубостью. И от этого было почему-то сложнее. Злому начальнику легко возражать. А Марк Громов был не злым. Он был как система: холодная, точная, уверенная, что всё живое должно пройти согласование.

— Потому что вы пугаете людей, — сказала Варя.

На этот раз в его взгляде появилась настоящая неподвижность.

— Продолжайте.

— Можно не надо? Мне кажется, я уже достаточно сделала для сегодняшнего дня.

— Продолжайте, Варвара Андреевна.

Она сцепила пальцы на коленях, но спину держала прямо.

— Вы заходите в помещение, и люди перестают быть собой. Они начинают говорить канцеляритом, прятать нормальные мысли под слова «эффективность», «стратегия» и «согласование». У нас талантливые сотрудники, но рядом с вами половина превращается в испуганные презентации на ножках. Я сделала мем не потому, что хотела вас унизить. Я сделала его потому, что в компании есть напряжение, о котором никто не говорит вслух. А юмор иногда показывает правду быстрее, чем отчёт на сорок страниц.

Марк молчал.

Варя поняла, что сказала слишком много.

Очень слишком много.

Есть такие моменты, когда язык первым прыгает с обрыва, а здравый смысл ещё стоит наверху с табличкой: «Я же предупреждал». Варин здравый смысл сейчас именно так и стоял. С укоризной.

— То есть, по-вашему, проблема не в меме, — медленно произнёс Марк. — А во мне.

— Я бы сформулировала мягче.

— Попробуйте.

— Проблема в том, что ваш управленческий стиль вызывает у людей желание смеяться только в чате без вас.