Чтение онлайн

Она моргнула.

— Значит, вы хотите сделать это некрасиво?

— Я хочу понять, насколько вы готовы отвечать за свои слова.

Варя насторожилась.

— Обычно после такой фразы люди оказываются в проектах, из которых не выходят прежними.

— Верно.

— Просто для понимания: прежней мне нравилось быть.

— Сомневаюсь.

— Это было почти обидно.

— Это было наблюдение.

Она хотела ответить, но дверь открылась, и в кабинет вошла Алла Сергеевна.

Руководитель отдела кадров была женщиной, которая умела одновременно выглядеть доброжелательно и так, будто у неё в папке лежит вся правда о твоих опозданиях. Сегодня на ней был бежевый костюм, тонкая цепочка и выражение лица человека, который уже видел мем, но собирался умереть профессионалом, не показав этого.

— Марк Романович, — сказала она. — Варвара Андреевна.

— Алла Сергеевна, присаживайтесь.

Алла Сергеевна села рядом с Варей и положила на колени папку.

— Речь о сегодняшней ситуации? — уточнила она.

— В том числе, — сказал Марк.

Варя покосилась на папку.

— Если там уже лежит мой приговор, можно я хотя бы выберу шрифт?

Алла Сергеевна кашлянула.

Марк даже не моргнул.

— Варвара Андреевна считает, что у компании проблема с внутренней атмосферой и публичным образом, — сказал он.

Алла Сергеевна повернулась к Варе. В её глазах промелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Вот как.

— Я сказала немного иначе, — заметила Варя.

— Суть сохранена, — ответил Марк.

— Суть сохранена так, будто её три раза пропустили через юридический отдел.

— Продолжайте в том же духе, и я действительно начну фиксировать.

Алла Сергеевна опустила глаза в папку, но Варя успела заметить: уголки губ у неё дрогнули. Значит, не всё потеряно. Если даже кадровая служба на её стороне хотя бы одним уголком губ, у мира ещё есть шанс.

— Я хочу запустить внутренний проект, — сказал Марк. — Рабочее название: «Человеческое лицо компании».

Варя посмотрела на него.

— Простите?

— Вы говорили о живом образе. О доверии. О том, что люди должны видеть за проектами не только расчёты. Значит, вы сможете предложить практическое решение.

— Я?

— Вы.

— Марк Романович, я думала, вы меня вызвали, чтобы наказать.

— Я так и сделал.

Варя медленно выпрямилась.

— Вы назначаете меня на проект?

— Да.

— Это наказание?

— В вашем случае — наиболее полезное.

— Для кого?

— Для компании. И, возможно, для вас.

Алла Сергеевна аккуратно открыла папку.

— Формально мы можем оформить это как временное проектное назначение с расширением зоны ответственности.

— Не торопитесь, — сказала Варя. — Я ещё не согласилась.

Марк посмотрел на неё так, будто в его картине мира сотрудники не отказывались от задач генерального директора. Максимум — бледнели и спрашивали срок.

— У вас есть возражения?

— Несколько. Первое: я не уверена, что вы понимаете слово «человеческое» в том же смысле, что и остальные люди.

Алла Сергеевна очень внимательно посмотрела в документы.

— Второе? — спросил Марк.

— Второе: если вы хотите сделать образ компании живым, придётся иногда разрешать людям быть живыми. Это включает смех, неидеальные фразы, нормальные эмоции и право не бояться, что за каждую неудачную шутку их вызовут на сороковой этаж.

— Неудачную?

— Моя была удачной. Просто адресат оказался широким.

— Третье?

Варя слегка наклонила голову.

— Третье: я не буду делать из вас милого плюшевого руководителя. Это будет неправда, а я работаю с коммуникациями, а не с фантастикой.

Марк впервые за весь разговор посмотрел на неё почти с одобрением.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Мне не нужен плюшевый образ.

— Отлично, потому что плюшевость у нас в кабинете уже занята мной.

Она сказала это легко. Почти автоматически. Как говорила десятки раз, опережая чужие замечания. Лучше самой пошутить о себе первой, чем ждать, пока кто-то сделает это хуже, грубее и с видом «да ладно, я же любя».

Но в этот раз реакция оказалась другой.

Марк не улыбнулся.

Он посмотрел на неё так внимательно, что Варе вдруг стало неловко не от шутки, а от того, как быстро она её бросила между ними, будто щит.

— Вы часто это делаете? — спросил он.

— Что?

— Нападаете на себя первой, чтобы другим не досталось места.

Варя почувствовала, как внутри что-то резко напряглось.

Алла Сергеевна тоже подняла глаза.

В кабинете стало слишком тихо. И это была уже не офисная тишина, не пауза перед выговором, не стратегическое молчание генерального директора. Это было что-то личное, неприятно точное, будто Марк вдруг нажал не на ту кнопку и открыл ящик, который Варя предпочитала держать закрытым.

Она улыбнулась.

— Удобный навык. Экономит время на совещаниях.

— Я не спрашивал, удобный ли он.

— А я не обязана отвечать на вопросы, не относящиеся к работе.

И вот теперь он почти улыбнулся. Не весело. Скорее с пониманием, что получил границу и оценил её прочность.

— Справедливо.

Варя перевела дыхание.

Алла Сергеевна мягко вмешалась:

— Если проект будет оформлен официально, нужно определить задачи, сроки и полномочия Варвары Андреевны.

— Срок — месяц, — сказал Марк. — Задача — подготовить новую внутреннюю и внешнюю коммуникационную концепцию. Начать с моего публичного образа.

Варя медленно повернула к нему голову.

— С вашего?

— Да.

— То есть я должна буду…

— Сопровождать меня на ряде встреч, анализировать выступления, готовить тексты, корректировать подачу и давать рекомендации.

— Рекомендации генеральному директору?

— Вы уже начали.

— Там была аварийная ситуация.