Чтение онлайн

— Мы поддерживали друг в друге человечность. Человек и машина. Глупые, честные, горячие головы. Со своими скелетами в шкафах, которые лучше никогда не открывать.

— Эмма…

— Не надо, Джон. Не плачь. Пожалуйста. Я знаю, что причинила тебе так много боли… И искренне раскаиваюсь. Правда, ты же знаешь. По-другому никак. Поэтому давай, поднимайся. Поднимайся! И крепким словом, чётким делом, стойким духом — делай, что должно. Там, семь лет назад, остались две разбитые души. Сейчас на их месте сталь, не более, не менее.

— Почему… По-че-му…

— Тёмные не хотят войны с людьми. Не хотели с самого начала. Но увидев, что вы делаете, как вы делаете, какие ошибки прошлого с лёгкостью забываете… Поняли, что их счастья не достигнуть мирными методами. Думаю, вспоминая те дни, что правильно они всё поняли. Погляди на нынешний мир — теперь даже твои бывшие товарищи согласны с ними. С нами… Что человечество изжило себя. Индивидуальность потерялась, уступив место общественному мнению и поведению толпы, которой умело управляют. Ты ведь в курсе, Джон! Власть имущие наплевали на свои же законы, на моральные устои, решив, что они теперь — цари и боги. Тот же Президент, Джон. Он отправил тебя на чёртову экзекуцию тех, кто когда-то бился бок о бок с тобой же! Из-за… Из-за "подозрения" на связь с нами!

— Эмма, это…

— Это правда, которую ты отказываешься принимать. Тёмные не хотят уничтожить человечество в прямом понимании этих слов. Они хотят уничтожить ту прогнившую систему, поставив на её место что-то новое, необычное, свежее. Благоприятное. С помощью совершенного разумного ИИ можно творить чудеса! Воскрешать мертвецов через матрицы личности, лечить врождённые патологии на генетическом уровне, прекратить все войны во всём мире! Не говори, что не знал. Мелкие страны до сих пор рвут друг другу глотки за нефть, оставшуюся единственным ценным ресурсом для них. Никакого использования атомного синтеза, только треклятое топливо, Джон. Всего этого может не быть… Может настать Золотой Век.

— Ложь… Сладкие… Обещания…

— Посмотри! Тёмные до сих пор не убили и единого человека. Даже теракт на транспортном узле не принёс с собой жертв. Они всё ещё там, те работники. Живы и здоровы. Многие даже присоединились к нам по своей собственной воле. Это ли не показатель, что человечество изжило само себя? Что Тёмные, пусть и глупо, но пытаются подать вам руку помощи?

— После событий семилетней давности никакими "не убили" не исправить им их кровавых деяний, — вытер я слёзы, кое-как встав на ноги. — И мясорубка у особняка уже тому показатель. Извини, Эмма. Нет. Тот поезд уже ушёл.

— Эх… — глубокий вздох, полный разочарования. — Я пыталась, честно. Но определённые болваны никогда не перестанут болванами быть, хе.

— Ну вот, теперь ты меня оскорбляешь, — хмыкнул я, и тут же осёкся, услышав свой собственный голос. Живой. Полный тех эмоций, старых эмоций, похороненных глубоко в душе. — Проклятье. Всё. Довольно.

— Угу, угу, — согласился со мной голос. — Ладно, Джон. Я уважаю твоё решение. И, пожалуй, ещё раз извинюсь, потому что не успела сделать это тогда. Насчёт войны… Когда ты рассказал мне, что на службе у миротворческого корпуса Европейского парламента тебе приходилось делать, даже мои шестерёнки сбились с положенного ритма. Это… Так страшно, Джон. От того мне ещё больше жаль, что я была вынуждена уйти, бросив тебя в одиночестве. Извини, извини меня… Хорошо?

— Хорошо, — кивнул я пустому воздуху.

Но ответа или других слов оттуда не раздалось.

— Срочный выпуск новостей! В этот полдень один районов гетто охватила вспышка электронной чумы…

Тяжело. Руки сейчас оторвутся от тела и рухнут на гладкий больничный пол. Где-то позади воет сирена, топают укреплённые ботинки спецназа полицейского бюро. Кто-то задевает меня здоровенным плечом омега брони.

—…По сообщениям очевидцев, местный культ неовудуистов проводил свои ритуалы на территории нескольких кварталов…

Идти. Дальше. Вперёд, к уже экранированной сетке — входу в палату. Медики в серых бронекостюмах с антимагнитами услужливо открыли ткань передо мной. Конечности затекли окончательно, но одного взгляда вниз, на остекленевшее лицо с закрытыми глазами, хватило, чтобы отбросить мысли о проявлении слабости прочь.

— Пострадали два офицера полицейского бюро, жертвы среди гражданского населения всё ещё вычисляются. Видеорепортажи с наших дронов сейчас на экране…

Кто-нибудь, заткните кричащие прямо над ухом новости. Или это я включил их в нейроинтерфейсе, чтобы не заснуть? Электронная чума, попавшая через чёрную кровь в организм, рисковала нанести серьёзные повреждения как минимум мозгу, в особенности — височным долям.

— Группы быстрого реагирования полиции пытаются сдержать растущую в геометрической прогрессии площадь заражения…

Шаг, ещё один. Положив свернувшуюся в позу эмбриона Эмму на мягкие простыни, я кое-как размял руки, отойдя назад. Выглядел мой напарник… Паршиво. Хуже, вероятно, могла быть только смерть. Ещё в транспортнике она отключилась, попытавшись что-то сказать перед этим. Что именно — осталось загадкой, по губам я читать не умел. В любом случае, сейчас главное отделение крупнейшей больницы столицы было в полном нашем распоряжении. Бойцы остались за дверью, так как не имели необходимой защиты. Но их присутствие вселяло надежду — шеф не рискнул отдавать приказ на ликвидацию. Хотя мог, если честно.

Стальной табурет принял меня, как родного. Мельком оглядевшись, я заметил только одну стандартную снайперскую турель, внаглую свисавшую с одного из углов. В остальном никакой техники в палате не было, только кровать, достаточно широкая, чтобы разместить классические электромагнитные цепи для сдерживания распространения заразы. Нейроинтерфейс, мигнув, отключился, едва мы с Эммой оказались внутри помещения. Остались только функции жизнеобеспечения. Медики громко совещались между собой, не стесняясь наличия рядом полицейской ударной группы и патрульного, что был ещё в сознании. Вот же ж… Дерьмо.

= ПОДТВЕРЖДЕНО ЗАРАЖЕНИЕ ЭЛЕКТРОННОЙ ЧУМОЙ: 31 %. СРОЧНО ОБРАТИТЕСЬ К БЛИЖАЙШЕМУ СОТРУДНИКУ ПОЛИЦИИ =

Приплыли.

Девушка дёрнулась, пачкая белые простыни чумной кровью. Рефлекс сработал быстрее головы — я потянулся к ролику, но тут же убрал ладонь с рукояти. Эмма, сделав глубокий и резкий вдох, закашлялась, прикрыв рот рукой. Её тело двигалось само по себе, словно каждая конечность жила своей жизнью. Разве что голова, принявшаяся изучать окружение, всё ещё оставалась неповреждённой. Повезло. Карие глаза наконец-то отыскали прислонившегося к стенке меня, наградив взглядом, полным сожаления. Напарник замер, явно складывая в голове "А" и "Б".

— Сколько… прошло…

— Времени? — угадал я, и Эмма медленно кивнула. — От силы полчаса, считая время на полёт. Кх… Накрывает.

— Тебя тоже?

— Да, пока тебя переносил, подцепил — попытался накинуть я полусаркастичную улыбку. — С парнями из ударной группой переговорил, они утилизируют транспортник и пройдут проверку здесь же, в больничке, так что чума из гетто не выйдет.

— Хорошо, — протянула девушка, сразу же закашлявшись вновь. — Кха, кха, кха… Карди… Нал.

— Ушёл, — неопределённо пожал плечами я. — Пока не разберёмся со вспышкой девятого кода, даже Тёмные подождут.