Чтение онлайн

— Для вас вымирание целого города это всего лишь неурядица? — озадаченно вскинул брови Пол-лица. — Я все больше верю в свое вызволение из лап правильников. Но, похоже, на сей раз ты припер меня к стенке. Придется подчиниться.

— Как-то ты подозрительно быстро уступил, — прищурился Небыль. — Разве тебе не нужно подумать, как тогда в пещере?

— Вдоволь надумаюсь, когда буду сидеть в каземате у правильников и ожидать чудесного спасения, — пробурчал Пол-лица, возвращаясь в сени. — А теперь изволь удалиться, я начну готовиться к радушнойвстрече с правильниками.

Захлопнув дверь перед носом Небыля, и водрузив засов на место, смертник двинулся вглубь дома. Уловив приглушенные голоса, доносившиеся из комнаты с пленницей, он настороженно прислушался. Толком ничего не разобрав, Пол-лица без предупреждения зашел к шептавшимся собеседникам.

Заметив смертника, глава мигом умолк и, отпрянув от баронессы словно ошпаренный, пробормотал:

— Кто там был?

— Наш крылатый соратник. Рассказал, как отвязался от слуги баронессы, — соврал Пол-лица, недоверчиво глядя на нервничавшего главу. — Ты выведал у нее что-нибудь дельное?

— Э-э-э. Нет, — промямлил стушевавшийся глава.

— В таком разе попробую-ка я расспросить гадюку. А ты пока постереги дверь в сенях, — распорядился нахмурившийся смертник.

Глава, не издав ни звука, кивнул и, пряча глаза, безропотно покинул комнату.

— Откровенничать о замыслах правильников ты, конечно, не будешь, — изрек Пол-лица, обернувшись к баронессе.

— Я их попросту не знаю, — покаянно молвила дама.

— Разумеется, — злорадно осклабился Пол-лица. — Тогда не станем

понапрасну тратить время. Мне нужен один подмастерье из смертников, недавно захваченных правильниками.

— Наверняка Савва? — поганенько ухмыльнулась баронесса.

— Как ты пронюхала о его настоящем имени? Он же до сих пор не может вспомнить свою прошлую жизнь, — пытаясь скрыть замешательство, медленно проговорил Пол-лица.

— Ну, должно быть, подземелья резиденции прояснили его голову, — наигранно призадумавшись, ответила баронесса.

— Он поведал не только свое имя? — не удержавшись, уточнил Пол-лица.

— Его рассказы были жутко увлекательными, — стараясь еще больше смутить смертника, загадочно произнесла баронесса. — Что, уже не жаждешь его возвращать? Забирай вместо него Посвиста. Он, по-моему, тебя зверски любит.

— Оставь его себе. Он вполне заслужил подземелья, притащив нас в этот дрянной городишко, — процедил Пол-лица, принявшись расхаживать по комнате.

— Как видишь, Пол-лица, мы знаем о тебе множество занятных вещей. Рано или поздно меня отыщут. Зачем противиться неизбежному? Добровольно приди со мной к резиденции, и я замолвлю за тебя словечко, — деловито предложила баронесса, будто освободившись от пут, стягивавших конечности.

— Пожалуй, я предпочту еще побегать, — напялив мешок на голову баронессе, иронично отказался Пол-лица.

Тяжелым шагом выйдя из комнаты, смертник проследовал в сени. Маявшийся у двери глава встряхнулся при его появлении и вопросил:

— Она что-нибудь выболтала… про правильников?

— Всякую чепуху. Убеждала пасть ниц перед правильниками, — сердито проворчал Пол-лица.

— Ты же не намерен ее пытать? — пугливо таращась на злющую физиономию смертника, пролепетал глава.

— Что-то ты чересчур за нее беспокоишься. Запамятовал уже о собственном ордене, томящемся в заточении? — сурово резанул Пол-лица. — Не переживай, мучить мы ее не будем. Попробуем обменять на нескольких смертников.

— Как ты собираешься это устроить? — взволнованно поинтересовался глава.

— Растолкую все, когда вернусь, — уклончиво ответил Пол-лица. — А сейчас пойду, присмотрю тихое местечко для встречи с правильниками.

— Я могу показать один укромный дворик, — проявил небывалую инициативность глава.

— Мне подсобит летунец. Ты лучше стереги баронессу, — распорядился Пол-лица, отпирая дверь.

Выскользнув на улицу, смертник заозирался, как травленный зверь, и петляя между сараев, ринулся к городским воротам. Пробежав пару перекрестков, он неожиданно устремился в совсем другую сторону, понадеявшись, что возможная слежка не так быстронога.

Знакомой дорогой Пол-лица с первыми сумерками добрался до купеческого квартала. Отыскав дом скрипичного мастера, он громко затарабанил в калитку и, объяснившись с привратником, вскоре уже стоял перед хозяином.

— А вот и мой спаситель! С чем пожаловал? — оторвавшись от лежавшей на верстаке скрипки, бодрым голосом осведомился мастер.

— Вы трудитесь даже в такое время? Мертвецы любят музыку? — косясь на блестевшую в свете десятка свечей скрипку без струн, удивился Пол-лица.

— Если мне не посчастливится занедужить, то единственной памятью, которую я оставлю после себя, будут мои инструменты. Как тебе такое возвышенное изречение? Я стал значительнее в твоих глазах? — печально улыбнулся мастер, отирая руки о фартук. — На самом деле работа помогает забыть о страхе перед мором. Кто-то закатывает пиры, а я умеряю тяжкие думы трудом.

— Вы будите еще значительней, если смилуетесь и исполните мою просьбу, — с намеком проговорил Пол-лица.

— Выходит, избавление от проклятия все-таки не было дармовым? Чего ты хочешь от меня? — присев на верстак, уточнил мастер.

— Вы должны передать герцогу грустную весть. В ваших устах она обретет больший вес, — перешагнув кучку опилок, заявил Пол-лица.

— Почему бы тебе самому не наведаться к нему? Герцог согласится принять прослывшего щедрым смертника, — скрестил руки на груди мастер.

— Боюсь, что уже завтра поутру я окажусь в подземелье у правильников, — покачал головой Пол-лица.

— Видать, дело нешуточное. И что же ты желаешь сообщить герцогу? — на глазах теряя былую приветливость, проворчал мастер.

— В моровом поветрии повинны правильники. Герцогу нужно собрать еще живых стражников и вызволить из резиденции плененных недавно смертников вместе со мной. Иначе вымрет весь город, — твердым голосом выдал Пол-лица.

— Ого! Это серьезное обвинение, а герцог дружен со здешним первым правильником и вряд ли примет за чистую монету такую нелепость. Даже мне как-то слабо верится в причастность братства к мору, — помрачнев, осторожно заметил мастер.

— Я ожидал подобного ответа, — кивнул Пол-лица. — Вам не мешало бы узнать, что лежащей на верстаке скрипке суждено остаться недоделанной. Вскорости сюда явится проклятие и опять постарается вас убить. Затем похожая тварь посетит герцога с тем же неблаговидным намерением. Единственным человеком, способным защитить вас — буду я. Но из застенков резиденции устроить это никак не получится.

— История представляется мне все немыслимей, — поглядывая на

собеседника, как на безумца, промолвил мастер. — А индульгенция от