Рабыни коварных божеств
Шрифт:
От внезапно раздавшегося звона гонга завибрировали колонны. Божества на удивление организованно вернулись на свои места, и торг начался. Проходил он быстро. Одна за другой колонны удлинялись, поднимая стоявший на них "товар" над всеми остальными. Туда же подлетал "Сплинтер" и шла бойкая торговля. Кроме золота, за без пяти минут рабов предлагали самые невообразимые вещи: чешуйку убитого Зигфридом дракона, зуб Немейского льва, ребро Имира 2 , высушенную голову Лернейской Гидры, дрессированного фейри… Опустев, колонна уходила в землю и Сплинтер перелетал к следующей. Когда подошла наша очередь, Люсиль была близка к обмороку, а Крис до боли сжала мою руку.
2
Имир – в германо-скандинавской мифологии первое живое существо, инеистый великан, из которого был создан мир.
– Томми, если нас купят разные… Господи, да что же это?..
– Главное, запомнить, кто, – я механически поглаживала плечо Люсиль. – А потом попытаться подать весточку…
–Для чего? – глухо пробормотал азиат.
– Как тебя зовут? – кивнула ему я. – Я – Томми, это – Крис.
– Б-бенедикт, – выдавил он. – Томми? Необычное имя…
– Кто бы говорил, – нервно хихикнула я. – Так вот, Бенедикт, из любой ситуации есть выход. Главное искать его, а не…
Лёгкий тычок палки в спину заставил меня замолчать. Клон "популярнейшего персонажа китайского фольклора" подтолкнул меня к краю.
– Решили начать с меня? – возмутилась я. – Почему не с него? – кивнула на голландца.
Притомившись от ужимок, он без церемоний уселся на угол и болтал в воздухе ногами.
– Пятьсот хуарку 3 золота, сотня перьев розовой колпицыи пятьсот певчих птиц!
Первая ставка?.. Я растерянно повернулась к татуированному индейцу, смотревшему на меня так, будто я уже была его собственностью. Но его тотчас перебил смуглый дородный м'oлодец с чертами статуи с острова Пасхи – он предлагал за меня перламутр и чёрный жемчуг. Китаец со скрученными ногтями, свешивавшимися с его пальцев чуть не до земли, предложил шёлк и фарфор, индеец удвоил ставку, добавив к ней перо Кецалькоатля 4 … а мне захотелось последовать примеру голландца – сеть на край колонны и начать болтать ногами…
3
Хуарку – мера веса у ацтеков.
4
Кецалькоатль – досл. «пернатый змей», один из главных богов ацтекского пантеона.
– Ни одного мало-мальски цивилизованного потребителя… – оглянулась я на Крис.
На красивом лице подруги застыло отчаяние.
– У тебя слишком светлая кожа, Томми…
Я в самом деле очень гордилась белизной кожи – до сих пор. Пока она не стала обьектом поклонения для этих смуглых и меднотелых…
– Тысяча кантаров 5 золота, – раздался холодный властный голос.
И сердце пропустило пару ударов – на меня снова смотрели непроницаемо-чёрные глаза египтянина…
5
Кантар – египетская мера веса, равная 139 кг.
– Тысяча кантаров серебра, тысяча кантаров бирюзы и тысяча кантаров лунного камня, – добавил он.
Мои недавние соискатели попытались оспорить добычу, но египтянин только коротко бросил:
–Удваиваю.
Дольше всех не сдавался индеец, попытавшийся составить конкуренцию кожей императора Монтесумы, но египтянин, проронил:
–Утраиваю.
Аналог Сплинтера оживился, уже поднял унизанную перстнями лапку, как вдруг со своего места поднялся ещё один "покупатель". Белая одежда, связки драгоценностей на груди и руках… и золотая маска, полностью скрывающая лицо. Но египтянин его как будто узнал – красиво очерченные губы пренебрежительно скривились.
– Предложенное им, – маска качнулась в сторону египтянина, —и крыло Шеду 6 .
– Хвост Сфинкса, – уже не глядя на меня, отозвался египтянин.
– Шкура Хумбабы.
– Коготь Сехмет.
– Земля из-под ногтей Энки.
–Урей.
– Рогатый змей Нингишзида.
–Капля из Нуна.
– Вздох Энлиля. 7
Я только переводила глаза с одного на другого. Но при последнем заявлении соискателя в маске, Крысообразный даже приподнялся на своём облаке и радостно объявил:
6
Шеду – крылатые быки в шумерскоймифологии.
7
Реликвии:
Хумбаба – свирепое чудовище шумерской мифологии, Сехмет – богиня-львица египетской мифологии, Энки, Энлиль, Нингишзида— божества шумерского пантеона, урей – принадлежность царского убора фараонов, изображение богини-кобры Уаджит, Нун – первозданный океан египетсткой мифологии.
– Продана!
– Нет! —пронзительно выпалила я и тут же получила тычок в спину.
Лицо египтянина потемнело, а купивший меня, даже не глянув в мою сторону, махнул рукой, и к колонне подлетели два кудрявых юнца, с ног до головы покрытых золотой краской и лазурными узорами. Я попыталась ухватиться за Крис. Та намертво вцепилась в мою руку, а Люсиль – в другую. Бенедикт начал отгонять хищно круживших вокруг позолоченных юнцов, по рядам божеств пронёсся смех… Но наше противостояние было недолгим. Клон Царя Обезьян раскидал моих защитников, юнцы подхватили под руки, я ещё слышала тихое обещание египтянина моему новому хозяину "Ты пожалеешь", и юнцы потащили меня прочь. Я лягнула одного, укусила за руку другого, но тут что-то кольнуло в шею, и перед глазами начало темнеть. Из быстро сгущающейся тьмы ещё донёсся дикий вопль подруги:
– Томмииии!..
И всё смолкло.
Глава 5. Кристина
Всё происходящее напоминало какую-то фантасмагорию, далёкую от реальности.
– Страшный сон, не более, – прошептала, вторя моим мыслям, Люсиль.
Я посмотрела на неё со смешанным чувством жалости и досады.
– Глупышка! – бросила я ей, пытаясь справиться с нахлынувшим ужасом. – Мы в другом мире, разве ты этого ещё не поняла?..
– Но почему…
Договорить она не успела, раздалось громкое «Бум-м-м!», отчего у бедняжки подкосились ноги. Схватившись за мой рукав, она еле удержалась от падения.
– Великие божественные собравшиеся, прошу снова вашего внимания! – возвестил зависший рядом с нашей колонной гнусный аукционист.
Безжалостно отпихнув Люсиль, меня подтолкнули к краю пьедестала. И, прежде чем это странное существо объявило о начале новых торгов, я осознала, что таращусь в лицо самого эффектного из когда-либо виденных мною мужчин. Он был высок, широкоплеч и мужественен, его образ не портила даже длинная белоснежная коса, перекинутая через плечо. Нет, скорее, даже дополняла. Но и обычным человеком этот экземпляр божественной красоты не являлся. Я знала это, даже несмотря на его вполне европейскую внешность. Бездонные глаза сияли, как два огромных чёрных бриллианта, а кожа его светилась подобно перламутру. Эльф, что ли? Нет, уши маленькие, красивой формы…
Стоп! Какого чёрта меня потянуло на лирику? Один из таких «благородных» только что приобрёл в качестве игрушки Томми, и теперь её судьбу должна повторить я сама. Нет, ничего хорошего нас в любом случае ждать не может!
– О великие. – Заискивающий голос мерзкого распорядителя аукциона заставил меня вздрогнуть. – Посмотрите на этот готовый распуститься бутон!
При этом он указал когтистой лапой на меня, я инстинктивно отпрянула, но тут же получила тычок в спину.
– Светлая жемчужина для истинного ценителя… – гад продолжал набивать цену и, вероятно, трещал бы ещё долго, если бы его не перебил властный голос:
– Три тысячи скрупулов лунного жемчуга!
Моё сердце гулко бухнуло и замерло. Это был тот самый красавчик! Может, всё не так плохо? В нём всё так благородно… и даже одет он как подобает божеству (в моём представлении). Поверх туники из светлой ткани, расписанной пурпурными рунами и перехваченной в талии голубым поясом, была наброшена серебристая тога, отделанная мерцающей каймой.
Причем, очевидно, я не одна так восторгалась.
– Настоящий Аполлон, – восторженно прошептала за спиной Люсиль.